Пепел на снегу - Анастасия Ваймор

Краем глаза я заметила, как Эйрих, идущий следом, сделал шаг в сторону и начал медленно обходить двор по широкой дуге, оказываясь за спинами солдат.

Джерд приблизился и встал рядом со мной. В глазах светловолосой красавицы мелькнула паника. Лишь на мгновение, но я успела это уловить. Здоровяк грозно шагнул вперед. Солдаты за его спиной тут же подобрались и сжали рукояти мечей.

— Твой верный пес всё ещё с тобой? — с насмешкой произнесла девушка и бросила короткий взгляд на Эйриха, презрительно сморщив при этом идеальный носик.

— Твоя комнатная собачонка тоже при тебе, — дернув подбородком в сторону здоровяка, ответил ей Джерд.

От услышанного тот пошел по лицу багровыми пятнами. Глаза его опасно сверкнули.

— Не волнуйся, братец, я уже ухожу. Всё, что хотела, я увидела, — с поддельной ласковостью начала девушка. — И да, должна заметить…

— Советую тебе дважды подумать, Оттилия, прежде чем ты продолжишь, — грубо перебил её Джерд и, не отрывая взгляда от ледяных глаз, сделал шаг вперед.

Раздался лязг, и клинок здоровяка уперся Джерду в грудь. Мне хотелось вскрикнуть, но голос не слушался. Я почувствовала, что проваливаюсь в липкую панику.

Джерд оставался неподвижным, но я видела, как тело его напряглось. Мышцы на шее вздулись, лицо стало жестким. За спинами солдат, что успели обнажить клинки, зло оскалился Эйрих. Стоящий рядом Фальк медленно переместил руку на перевязь с ножами. Воздух наэлектризовался настолько, что сделалось страшно.

— Ты решил умереть сегодня, Эйден? — склонив голову набок, угрожающе спросил Джерд. Он слегка подался вперед, отчего клинок здоровяка прорезал рубашку. — Прикажи своим людям убрать оружие, иначе я это сделаю сам, и ты знаешь, что тогда добром всё не кончится, — прорычал он.

Поколебавшись, здоровяк отвел взгляд. Клинок тут же опустился.

— Вы слышали, что сказал принц? Выполнять! — рявкнул он не оборачиваясь.

Мечи вернулись обратно в ножны.

— Эйден, мы уходим!

Гостья резко развернулась, отчего шлейф её прекрасного платья вспорхнул белой птицей, и молча зашагала к карете, зло стуча каблучками по брусчатке.

Через мгновение двор опустел.

Джерд

Джерд кипел от злости, обрушивая её в первую очередь на себя. Всё с самого начала оставалось лишь вопросом времени, и он был обязан это предвидеть. У Реджинара и Оттилии в Зорате уши и глаза имелись повсюду. Шпионская сеть, которую Джерд не так давно обнаружил, выходила далеко за пределы Ауррории. Рано или поздно они узнали бы о незнакомке, живущей на Спящем утесе. Но Джерд наивно полагал, что у него в запасе есть хотя бы несколько дней, чтобы решить, что делать с Кейт.

О том, что она из другого мира, знали трое: он сам, Эйрих и Фальк. Для всех остальных Кейт была чужестранкой, его гостьей, не более. Но всё уже случилось. Оттилия увидела её. И самое главное — поняла, что девушка ему дорога. Это становилось проблемой. Слишком многое из того, что он успел раскопать во Дворце, таило в себе опасность и угрожало не только ему самому, но и его близким. Он почти вплотную приблизился к тому, кто стоял за исчезновением отца, и отлично понимал, каким силам выгодно столь длительное отсутствие короля. Впутывать девушку, которая случайно оказалась здесь из-за него, в эти грязные игры Джерд не хотел. Он всё ещё чувствовал вину за то, что вырвал её из привычной жизни.

Он посмотрел на Кейт. Крахен! Она была напугана! Утром ему показалась, что страх и недоверие между ними начали понемногу таять, но теперь её взгляд вновь направлен внутрь себя. Она как будто пыталась переварить произошедшее.

— Кейт.

Он потянулся к ней, но она сразу отпрянула.

— Кейт. — Джерд всё-таки взял девушку за плечи, заставив поднять голову и встретиться с ним взглядом. — Что она тебе сказала?

Кейт посмотрела на него своими удивительными глазами и тихо спросила:

— Ты принц?

Джерд отпустил её и провел рукой по своим волосам, досадно осознавая, что не оказался рядом, когда был нужен. Он не думал, что всё сложится именно так. Он хотел сам ей со временем обо всём рассказать, надеясь, что тогда она перестанет его бояться.

— Да, Кейт, — ответил он ей и горько добавил, — тольконеправильный.

— Как это?

Девушка, вздохнув, присела на ступеньку крыльца. Джерд только теперь заметил, что во дворе они остались одни. Эйрих и Фальк, должно быть, увели Берту в дом. Он устало опустился рядом и, невесело усмехнувшись, подумал, что столько о себе, как сегодня, он, пожалуй, ещё никому никогда не рассказывал. И заговорил.

Он рассказал о матери, которую не знал, об отце, что признал его, но так и не полюбил, считая недостойным своей крови. О брате и сестре, которые ненавидели его только за то, что он родился на свет.

Он говорил и говорил. Кейт сидела тихо, как мышка. Он ощущал её тепло рядом с собой. Его нога касалась её бедра, и сердце от этого замирало.

Когда он закончил, они ещё долго сидели в тишине. Джерду хотелось, чтобы время остановилось. Ещё каких-то семь дней назад он не знал о её существовании. Мир вокруг был понятен и прост: есть он, есть друзья, есть враги. Есть люди, которых он любит и обязан защищать. Есть задачи, которые он должен решать. Всё казалось обыденным. Не было реки её серых глаз. Не было голоса, запаха, имени. Не было ничего. За семь дней невозможно влюбиться. Но что это тогда?

Сегодня он был готов разорвать Оттилию и её прихвостня Эйдена только за один неверный взгляд в сторону Кейт. Кое-что из того, что сказала сестра, он всё же услышал. Как же она ошибалась! Более прекрасного существа, чем Кейт, он не встречал. Ни себе, ни кому-либо ещё он не смог бы объяснить, что творилось у него внутри. Но существовало ещё кое-что. Он давно никого и ничего не боялся.

«Принять — значит победить», — говорил старый Алахард.

И Джерд следовал этому правилу всю сознательную жизнь. Осознавал проблему и решал её, но сейчас он боялся. Боялся задать Кейт вопрос о том, остался ли кто-то в ее мире. Кто-то, кем наполнено её сердце. Сегодня он его почти задал, когда расспрашивал о семье. Но в последнюю минуту струсил. Испугался ответа. Как он поступит, если услышит, что её сердце занято? О том, что девушка рано или поздно вернется в свой мир и ему придется её отпустить, он и вовсе старался не думать.

Кейт пошевелилась рядом, прерывая поток