Пепельная Пустошь: Новая земля - Токацин

«На станцию…» - Гедимин угрюмо щурился на погасший символ. Под лопаткой ворочалось что-то угловатое. «Может, на «Арамси»? У них разведка бодрая. Или к Крониону на «Руту», ближе к Куэннам и их странным планам. Или на север… Ладно,» - он выключил передатчик и вышел из-под дерева. «Взять пробы воды – и дальше на юг. Кто-то должен собирать данные.»

Реку Фиран «водяной народ» обжил плотно – вдоль всего русла, от истоков Аркети до южных холмов, дозиметр «видел» усилившийся фон и пульсирующее излучение. Сканер, когда под него не влезал, всё собой заслоняя, подводный житель, показывал косяки немелкой рыбы, роющихся у дна плакодерм, полипы микрин – они отпочковывали от себя с десяток «медуз» и росли себе дальше, выдавая в тёплой воде по два-три «урожая» в год. Никаких жилищ Агва по-прежнему не строили, и у тех, кто всплывал поглазеть на сармата, ни орудий, ни украшений он не видел.

Он зачерпнул чистую воду, потом погрузил другой контейнер в ил. Тринитит, лежащий на дне, утянуло куда-то в глубину, и когда сармат на него натыкался, он чувствовал сглаженные, сточенные грани – стеклянистый материал постепенно оббило и окатало. В воде и придонном осадке была примесь меди с затопленных прибрежных копей Рааласы – медистые песчаники размывало, но маленькую линзу богатой руды эльфы успели извлечь, и металла в воде было немного. «Переварится,» - решил сармат, приглядываясь к траве. Выглядела она, да и лиственные кустарники, как обычно на излёте сезона дождей, - ни неестественно посветлевших листьев, ни бурых пятен. «Там руды было всего ничего. На Земле с такой крошечной линзой заводиться не стали бы…»

В разросшуюся Рааласу руду теперь возили с запада – ещё до того, как старые копи ушли под воду, эльфы вскрыли вторую линзу медистого песчаника. Таких вокруг Рааласы было с десяток, а поодаль – и того больше, но микана с добычей не торопились. Судя по обилию «белой меди» во всех миканских городах, им хватало. Кое-что из орудий и украшений дошло до кимейского поселения Фн’аск; мельхиоровые «цацки» Гедимин видел и у наннов, но ни медных, ни «стеклянных» орудий у них в обиходе не появилось. А вот литейная печь в Эннаре работала круглые сутки, переплавляя железняк из Рудных холмов. Кимеи не брезговали и наннским железом, а вот микана его упорно избегали…

От размышлений о металлургии Гедимина оторвало мигание лучевого сканера. Тот обнаружил среди растений что-то новое – и при этом знакомое. «Земная ДНК, только с некоторыми мутациями…» - сармат разворошил траву и уставился на тонкие тёмно-зелёные листья. «И раньше я этого точно не видел. А ведь проверял тут всё… Что-то новое просочилось из «тайника богов»? Или занесли Куэнны? Но почему именно это растение? Чем оно интересно?»

Кронион поделился программой, разработанной для разведчиков-биологов, - для ликвидатора она была бесполезна, но Гедимин настоял. Теперь он озадаченно смотрел на результаты проверки ДНК. Растению увеличили прочность стебля и раздвинули пределы роста – не до настоящего гигантизма, но раза в три от земного аналога. «Повышенное содержание эфирных масел в листьях,» - Гедимин растерянно хмыкнул. «Чтобы насекомые не ели? Так не помогло же…»

Новое растение, похоже, поселилось тут недавно – его было очень мало среди прибрежной зелени, но чем ближе к Фиранкане, тем больше. «След» явно вёл к эльфийским холмам. Заинтересованно хмыкнув, Гедимин ускорил шаг.

Подножия холмов уже издалека выглядели «как-то не так», а вблизи сармат рассмотрел ровные круги тёмно-зелёной растительности, опоясывающие каждый пригорок. Сторожевая лоза оплетала её стебли, пряча свёрнутые усики под чужими ворсистыми листьями. Местами её плети болтались на весу – из кольцевых посадок были вырезаны сегменты. Кто-то аккуратно, под корень, выкосил небольшие участки, но на них уже пробивались мохнатые ростки. То, что Гедимин издали принял за ворс, было жёсткими тонкими иглами. Они торчали отовсюду – из стеблей, из черешков листьев, плотно покрывали тёмно-зелёные лиственные пластинки… Сармат протянул руку за образцом – сторожевая лоза угрожающе качнулась в его сторону. «Крапива,» - Гедимин сверился со сканером, стараясь не «светить» на вершину холма. «Точно. Даже ДНК… ну, чуть-чуть подправлено. Ага, тоже подрастили стебель и листья, число волокон выросло… ну, и шипов добавилось – но это, кажется, побочка. Может, даже нежелательная. Хм. Ни на Куэннов, ни на микана непохоже – они лишнего не добавляют. Да ещё явно земное растение. Интересно…»

Зачем эльфам понадобилась крапива, кроме как для защиты холмов (но тогда зачем её выкашивать?), Гедимин пока не знал – но сажали её обильно, и отдельные побеги уже выползли за пределы охраняемого круга. С них сармат и набрал листьев для микросканирования. Иглы стали ещё и твёрже, а полости для «поражающего вещества» - выше. «Кто здесь лазит, что сторожевая лоза не справляется?» - думал Гедимин, высматривая незасаженную тропу. Он хотел было, как привык, обойти холмы, но и между ними свивали кольца вьюнки, охраняя прогалины с частыми зелёными ростками. Что-то недавно убрали и посеяли заново – маленькими полосками, похожими не на обширные поля наннов, а на «опытные делянки» биологов. Сармат осмотрелся, взглянул и на холмы – и мигнул, увидев на ближайшей оголённой макушке с полыхающей Тунгой небольшие саженцы. Это определённо были не хвойники – и что-то «нежное», судя по настилу из сена, прикрывающему корни каждого деревца.

- Ну куда?! – донёсся с другого холма недовольный голос сиригна. – Только посадили – надо по корням попрыгать?! Ты же весишь, как откормленный ториск…

Гедимин помахал выглянувшему сиригну. Снова начинался дождь, и существо держалось под араукарией – и в тени дерева сармат разглядел ползучие тёмные побеги. Сиригн поставил ступни между ними; на Гедимина смотреть ему надоело, и он наклонился, направляя новую, ещё безлистную плеть ближе к дереву. Листья у незнакомого растения были круглые, мясистые, и оно точно было не из «эльфийских вьюнков» - не из сторожевых и не из рабочих.

- Что у вас тут выросло? – спросил сармат, поднимаясь на холм. Ступать надо было только по тропинке, посыпанной галькой – вокруг, и в тени деревьев, и на поливаемых дождём пятачках, что-то было посажено. Среди мелких зелёных ростков выглядывали тёмно-бордовые, почти чёрные, а на склоне, где почвенный слой был тоньше, сармат увидел знакомые тонкие листья-«усы» приречного растения. Тут оно росло целым пятном – и, возможно, именно отсюда унесло семена, когда сошла