Лучший мистический детектив - Гапарон Гарсаров

Поиски божка шли вязко и нудно. Погода в этом году на Алтае стояла пресквернейшая. Было постоянно холодно, и шел мелкий, нудный, бесконечный дождь. Рабочие, нанятые из местных жителей, вымотались, бесполезно перекапывая тонны грунта.

Наконец удача улыбнулась археологам. Они обнаружили среди Башадарских курганов магнитный диполь.

— Природу обнаруженной аномалии на данный момент мы установить не можем, — констатировал Черняков. — Но проверить, что за этим может крыться, мы просто обязаны, черт меня подери.

В очередной раз, прозондировав вершину одного из многочисленных курганов, обнаружили на глубине нескольких метров какую-то большую полость. Черняков дал приказание рабочим рыть шурф и сам стоял у ямы, поливаемый бесконечным дождем.

Когда вырыли яму глубиной три метра, случайно ткнув лопатой в стенку, вдруг наткнулись на верхнюю часть огромной каменной плиты, поставленной вертикально. Прозондировали каменную плиту и обнаружили за нею огромную пустоту.

Пришлось расширить яму, и углубить еще на полтора метра, чтобы ничего не мешало отвалить плиту. Установили палатку над ямой, чтобы изолироваться от дождя, поставили шаткую лестницу. Работа пошла немного веселее.

Уже под вечер, когда стало темнеть, камень был откопан достаточно, чтобы попытаться отвалить его. Но неожиданно рабочие зароптали. Все чаще звучали призывы перенести дальнейшие работы на утро. Но Черняковым овладел азарт. Он сам полез в яму и Морозова загнал туда же. Повздыхав, рабочие подчистили подходы к камню и ломами и кайлами отвалили его.

За камнем виднелось черное пятно проема. Из него явственно веяло мертвенным холодом и каким-то странным запахом. Он был не то, чтобы неприятным или отвратительным. Он был совершенно не похожим на все прежде знакомое. Морозову пришла неожиданно в голову пафосная мысль, что это запах прошлого, трудно распознаваемая смесь вековой пыли, каких-то экзотических растений, помещения, в которое много веков не ступала нога человека.

Всем стоящим в яме стало неуютно. Захотелось наверх, пусть и под дождь, но подальше от этой ниши, вызывающей непонятный, ничем не объяснимый ужас. К тому же закончился бензин в генераторе, свет погас, и всех охватила тьма, что еще больше встревожило находящихся у входа в неизвестность. Рабочие уже всерьез зароптали.

— Хорошо, черт с вами, бездельники, вы все идите в лагерь, а мы с Александром Николаевич немного осмотримся и за вами, — решил Сергей Геннадьевич.

Рабочие, попрощавшись, полезли из ямы. Когда они вылезли, их внимание было привлечено необычным шумом со стороны стоящей невдалеке большой ели. Недоуменно подняв головы, рабочие с трудом разглядели в темноте в ветвях дерева огромную сову.

Птица то расправляла крылья, то с шумом их складывала, переваливалась со стороны в сторону и смотрела на них ярко горящими в темноте огромными глазами. Постояв зачарованные необычной картиной несколько минут, рабочие, нахлобучив поглубже шапки и запахнувшись пиджаками, под проливным дождем побежали в лагерь, живо обсуждая на ходу загадочное явление.

Оставшись вдвоем перед темным проемом, Черняков и Морозов, зажгли огарки свечей и, подталкивая друг друга, ступили в проем. Как только они ступили в проем, обуял их непонятный, ничем не объяснимый страх. И холод… первобытный, пронизывающий заставлял их тела, прикрытые явно не к месту легкой одеждой, содрогаться от озноба…

Ничего пугающего не было в этом ходу, прорытом глубоко под землей, но охватила их ничем объяснимая тревога. Подбадривая друг друга, спотыкаясь о неровности пола, брели два ученых все дальше и дальше к неизвестности, постукивая зубами от холода. Впереди шел Черняков в одной руке держа свечу, другой, прикрывая ее пламя от вполне ощутимого встречного движения воздуха.

За ним шел Морозов, крепко сжимая в правой руке кайло, весь напряженный, готовый к любым неожиданностям. В левой руке он держал небольшой ломик. Они уже потеряли счет времени. Ход тянулся и тянулся, петлял, то, поднимаясь вверх, то, опускаясь вниз, уводя ученых все дальше и дальше от входа.

Наконец в неверном свете свечи они увидели, что впереди открывается большое помещение. Они вошли с опаской, внимательно рассматривая склеп. Стены и пол были отделаны хорошо обработанными каменными плитами. В качестве потолка был, вероятно, кусок скалы, низко нависший над головой. Помещение было пустым, только посреди большого низкого зала на четырех огромных валунах стоял большой каменный гроб.

Сергей Геннадьевич вместе с Александром Николаевичем, осторожно ступая на плиты, начали подходить к долгожданной находке.

Их предосторожности были не лишними. Проведя много лет в экспедициях, ученые не раз сталкивались со всевозможными ловушками, которые устраивали древние строители, стараясь предохранить могилы от разграблений. Ученые имели возможность неоднократно наблюдать результаты этих мер предосторожностей, находя в подобных склепах мумифицированные трупы или скелеты тех, кто был слишком самонадеян. Однако на этот раз все обошлось без ловушек, что очень удивило Чернякова и Морозова.

Добравшись до цели, археологи поставили на крышку гроба свечи, и стали внимательно ее осматривать. В центре каменной плиты была высечена огромная сова, а справа и слева столбиками высечены какие-то письмена. Черняков, сдув пыль с поверхности, поднес к ней зажжённую свечу и, низко наклонившись над ней, стал толстым пальцем водить по письменам. Он что-то возбужденно бормотал себе под нос.

Морозов стоял в стороне, и взволнованно ждал результатов работы своего шефа. Черняков откинулся и исподлобья взглянул на своего помощника.

— Ну, что ж, черт меня побери! Александр Николаевич, перед нами, несомненно, находится захоронение древнего шамана. И есть надежда, правда весьма призрачная, что в гробу находится тот артефакт, за которым мы с вами охотимся уже несколько лет. Будем ждать завтра или…

Он отошел от гроба и встал рядом с Морозовым.

— Сергей Геннадьевич, вы, что сможете спокойно спать, когда мы находимся, может быть, в шаге от разрешения загадки века? — не сдержавшись, рявкнул Морозов, глядя на своего шефа горящими от возбуждения глазами.

Черняков понимающе усмехнулся.

— Молодой человек, вы знаете, чем можно воодушевить настоящего ученого. Я человек любопытный, как всякий истинный ученый. А я таковым себя считаю, — Черняков выпрямился и заложил правую руку за борт пиджака. — Черняков — это имя в археологии! Меня знают во всем мире! Сколько открытий в археологии принадлежит мне!

Морозов рассмеялся — настолько не соответствовала пафосная поза старого ученого с его перепачканным чем-то белым костюмом, разводами грязи на лице и грязными руками.

— Но сможем ли мы вдвоем открыть эту каменную коробку? — обеспокоенно, забыв о пафосе, пророкотал Черняков, и на полусогнутых ногах подбежал к гробу.

Возбужденный Морозов бросился к нему. Он почти ползал носом по камню, рассматривая возможность его открытия. Крышка гроба была поставлена на древесную смолу. Да еще и весь шов был