Фантастика 2026-140 - Павел Игоревич Хохлов

Король, между тем, не смущаясь, закончил свою историю, и потребовал вина. Слуга мигом налил из кувшина полный бокал и поднёс королю.

- Какая гадость! – выдавил из себя король, опрокинув в себя это пойло, и упал на сцене замертво.

Конечно, гадость! Хотел выпить вина, а ему подсунули воды. Я не знаю ни одного тролля, который не пришёл бы в ярость, если бы его вот так обманули! Однако, на сцене произошло замешательство. Быть может, королева ожидала, что действие яда должно сказаться как-то иначе? Жаль, если моё вмешательство раскроют. Тогда короля всё же отравят настоящим ядом, а не сонным зельем, как это сделала я. С другой стороны, все мы разные, и яды сказываются на нас по разному! Может, не догадается, спишет на усталость короля после охоты?

Окружающие придворные, тем временем, ухватили его величество за руки и за ноги и чуть не бегом утащили из тронного зала. Королева нервно ходила по сцене туда-сюда, ожидая, видимо, когда ей скажут, что король умер. Подожди, милая, сейчас скажут. Моё сонное зелье полностью иммитирует смерть! Не прощупывается пульс, не определяется дыхание, даже на зеркале, даже подобие трупного окоченения происходит. Ты, конечно, обрадуешься. Посмотрим, как ты обрадуешься потом, когда, примерно через сутки, «труп» оживёт! И скажет тебе своё королевское «спасибо»!

И тут на сцену выбежал какой-то господин, которого я прежде не видела. Не обращая внимания на её величество королеву, он взволнованно прокричал в зал:

- Господа! Есть ли среди вас врач?! Одному из актёров стало плохо!

Я думала, что теперь, когда королева увидит полный зал народа, и поймёт, что все они видели её подлые выходки, она, по крайней мере, смутится. Ничуть не бывало! Королева, заламывая руки, стояла на краю сцены и с надеждой смотрела в зал. А из зала уже бежали на сцену какой-то полненький гоблин и фея Салса.

Хе-хе! Знаем мы эти шутки! «Одному из актёров стало плохо»! Это, чтобы паники не поднимать! Смерть короля, да ещё и в чужой стране, это международный скандал! Король-то, как мы помним, из Аржандии! А умер у нас. Короля вы торопитесь осмотреть, а не какого-то там актёра! Только, ничего вы, господа не поймёте! Господин доктор только подтвердит смерть, потому что все симптомы похожи, а фея Салса проверит наличие магии и не обнаружит магического вмешательства! Потому что его нет! Возможно, могла бы помочь Софья Викулишна. Она прекрасная травница и могла бы обратить внимание на запах от воды из бокала, из которого пил король. Но её нет в зале.

Так что, я смотрела на сцену, улыбаясь от уха до уха. Король останется жив! Происки королевы будут раскрыты! Ура!

В зале, между тем, тревожно перешёптывались. А минут через двадцать, с убитым видом вышел этот человек, который докторов искал и печально объявил, что какой-то спектакль не может быть продолжен по техническим причинам. И господа зрители могут сдать билеты в кассу и получить назад свои денежки. В любое время в течение трёх дней. Что такое «спектакль» и как он связан с «техническими причинами» я, признаться, не поняла. Но не сильно расстроилась. И, пока мы пробирались к выходу, пока стояли в очереди в гардероб, пока выходили на улицу, я сдавленно хихикала.

- Жаль! – печально сказала Алина, когда мы вышли из театра, – Прекрасные актёры, замечательная игра, великолепный спектакль!.. Кто знает, что дальше с труппой будет.

- Надо говорить не «с труппой», а «с трупом» – смеясь поправила я, – Я знаю! Не будет трупа! Король будет жить!

- Ты о чём? – нахмурилась подруга.

И я всё рассказала.

Не меньше пяти минут Алина стояла с выпученными глазами и открывала и закрывала рот, не в силах выдавить из себя хоть слово. Словно рыба, выброшенная на берег. А потом закатила мне лекцию про театр. На полчаса. Прямо посреди улицы.

Ой-ё! Что же я натворила! В общем, это были не король, не королева, не первый министр, не придворные и даже не стража! Это … долго объяснять. Я схватила Алину за рукав и рванулась обратно в театр.

- Ты куда? – сдавленно выкрикнула русалка, – Если они про тебя узнают … могут отравление припаять! Посадят года на три!

Я не отвечала. Я целенаправленно мчалась к театру, таща за собой подругу. А потом оказалось, что двери театра закрыты. Я вышибла их заклинанием не задумываясь. И поспешила внутрь. Внутри было темно. Но, память ведьмы не подвела. Я уверенно шла в кромешной тьме, где нужно поворачивая, где нужно распахивая двери.

На сцене горела одинокая свеча. Посреди сцены лежал «король», а вокруг собралась вся труппа. Толстенький доктор-гоблин и фея Салса всё ещё суетились вокруг окоченелого тела, не обращая внимания на мрачные взоры артистов.

- А я говорю, он ещё жив! – горячо доказывала фея, – Я вижу ауру! У мёртвого тела ауры не бывает!

- Увы! – отвечал гоблин, – То, что вы видите, это остаточные явления. Так бывает. Мне вриходилось с этим сталкиваться в моей многолетней практике. Но, если вы настаиваете, я могу попробовать вколоть ему …

- Никаких уколов! – перебила я, забегая на сцену и на ходу скидывая шубу на пол.

- Васька?! – до глубины души поразилась фея Салса.

- Всем встать! Отойти на два шага назад! – я не отреагировала на возглас феи и командовала жёстко, тоном, не терпящим возражений, – Дайте пациенту больше воздуха! Теперь тишина! Кто скажет хоть слово, будет иметь дело со мной! И ему не понравится!

Доктор возмущённо взглянул на фею, та ответила ему растерянным взглядом. Сказать хоть слово не решился никто.

Я присела рядом с «королём» и расстегнув свою сумочку, просто вывалила на пол её содержимое. Раздался всеобщий изумлённый вздох, когда по полу покатились пузырёчки с подозрительными жидкостями и пара метательных ножей. Однако, опять никто ничего не сказал. Это правильно. Вид у меня был, как … как у разъярённой ведьмы. Ну, вообще-то, это я на себя рассердилась. Только окружающие об этом не догадывались.

Вот он! Я нашла нужный пузырёк и поднесла его к синюшным губам «трупа». Раз, два, три, четыре … ладно, пусть будет пять капель. Должно хватить. Теперь считаем тридцать секунд. А за это время ищем … вот она! Маленькая баночка