Мятежники Звёздного острова - Дмитрий Николаевич Овсянников

В лагере и за повозками потрескивали костры, часовые вглядывались в безмолвную даль, из которой тянулся мимо Торо Браво королевский тракт. Сегодня конные разведчики встретились с черными рейтарами монарха. К утру к горе подоспеет все столичное войско. Над лагерем нависла тревожная тишина, вечерний холод пробирал до костей.

Обходя позиции, дон Карлос в который раз видел знакомое ему зрелище – военный лагерь в ночь перед боем. Всегда одно и то же: угрюмые, притихшие люди, негромкие разговоры, молитвы полушепотом. У одного из костров молодой солдат надсадно горланил похабную песню, с десяток товарищей столпились вокруг, но веселыми они не казались. При виде командора все умолкли – нет, никто не пьян. Сказав несколько ободряющих слов, дон Карлос направился дальше.

На одной из повозок первой линии за край щита ухватился крепкими ручищами капитан – бывший мастер из гильдии плотников. Так и есть, он осматривал, хорошо ли сбиты доски. Заметив дона Карлоса, бывший плотник неловко вытянулся, задрав подбородок – даже в высоком шлеме он смотрелся на голову ниже командора.

– Не отпускает прежнее ремесло, капитан? – спросил идальго.

– Нет. То есть… кхм… Так точно! – Плотник еще не свыкся с ролью офицера.

– И что сказал бы плотник?

– О щитах? Сколочено на совесть. Доски толстые, арбалет не пробьет. Если только завалить щит туда, – мотнул головой капитан, указывая за ограду. – Потянуть, что ли. Много сил нужно.

– А что скажет солдат?

– Людям страшно, – сухо проговорил капитан. – Почти все отказались от обычной порции вина. И с полудня осаждают священников. Все хотят исповедаться.

– Это обычное чувство, капитан, – отвечал дон Карлос. – Неизвестное пугает. Страх уйдет, когда люди увидят своих врагов – тоже людей, с таким же оружием. Не испытывают страха лишь безумцы, но безумие не пристало хорошему воину.

– Истинная смелость – не в отсутствии страха, сын мой. – Падре Бенедикт подошел бесшумно. – Она в его преодолении. Vivere militare est![10]

* * *

Утром над долиной разнеслись звуки трубы. Шлемы и пики королевской пехоты тускло блеснули вдалеке, ответив на невеселое приветствие первых лучей осеннего солнца. Дон Ромеро, выехав вперед, бросил взгляд на склон горы.

– Ха! Эти бездельники не поленились укрепиться! – ухмыльнулся полковник. – Провалиться мне, на что они рассчитывают? Впрочем, сейчас увидим.

В сопровождении нескольких офицеров и знаменосца дон Ромеро приблизился к склону. Трубач заиграл сигнал королевского дома, призывая вождей противника для переговоров. Дон Карлос, де Агилар и шестеро капитанов выехали навстречу.

Полковник недобро покосился на рыцарские доспехи и осанку противников – он не ожидал увидеть во главе восстания дворян.

– Я полковник дон Ромеро де Фероса. Кто здесь достоин говорить с благородным кабальеро, военачальником войск его величества? – надменно произнес он.

– Дон Карлос де Альварадо, военный командор города Эль Мадеро, – представился командор. – Со мною дон Родриго Суарес, граф де Агилар. Довольно ли этого господину полковнику, чтобы утолить жажду беседы? Среди нас еще немало благородных сеньоров!

– Вполне! – Скрытая насмешка дона Карлоса попала в цель, полковник решил не оставаться в долгу. – Хотя что вы за рыцари, если связались с чернью!

– Узнаете в бою! – запальчиво воскликнул де Агилар.

– Я принял под начало людей, что доверились мне, – спокойно ответил дон Карлос. – Не вижу в этом ущерба для чести рыцаря. Но полно. Что за нужда повела господина полковника так далеко, да еще с войском? Неужели в благословенном Лас Агиласе сделалось тесно?

– Довольно шуток! – Полковник почувствовал нарастающий гнев – проклятые мятежники не выказывали ни страха, ни почтения. – Сейчас моими устами говорит король!

– Талантам его величества нет числа! – поддел один из капитанов.

– С чем вы пожаловали на нашу землю? – строго спросил дон Карлос.

– Его величество недоволен тем, что его владения оскверняют войной… – Дон Ромеро заговорил так, словно произносил речь перед всей армией Острова.

– …Без его участия! – не унимался все тот же шутник-капитан.

– Тихо! – бросил через плечо дон Карлос.

– И требует, чтобы вы немедленно сложили оружие, выдали нам зачинщиков мятежа и впредь исполняли указы его величества!

– Сожалею, полковник, но у того, что ты назвал мятежом, нет зачинщика, – спокойно ответил дон Карлос. – Здесь действует целый народ. Есть что-то еще?

– Да. Всем, кто сложит оружие добровольно, государь дарует жизнь!

– Передай государю, что он опоздал. Жизнь нам даровали чуть раньше наши отцы и матери. И мы постараемся, чтобы люди короля не смогли отнять ее.

Дон Ромеро побагровел.

– У меня четыре тысячи! – вскричал он.

– Одна, – осадил его дон Карлос. – И ни пикой больше.

– Даже этого хватит, чтобы уничтожить вас, – произнес полковник.

Переговоры завершились. Военачальники поспешили каждый к своему войску.

* * *

– Люди вольного города! – Дон Карлос стоял под знаменем, развевавшимся над повозкой первой линии укреплений. – Взгляните! Вы видите силу и спесь наших врагов. Они сыты и обуты, они закованы в сталь и вооружены. Откуда все это? Кто хлопотал об их снаряжении? Кто терпел нужду, чтобы в срок выплатить налоги на содержание королевского войска? На кого теперь поднимают оружие эти свиньи?! Взгляните – среди них нет наших братьев. Окажись любой из нас в столице – примут ли его как равного? На него станут смотреть свысока, насмехаться, продавать и покупать, как скотину! Лучшего из пришедших будут гнать до тех пор, пока нужда не приведет его на паперть или на виселицу! Кем они возомнили себя? Они жрут, пьянствуют и одеваются за наш счет и смеют презирать нас! Они не могут жить без нас – мы обходимся без них! Так кто же, выходит, сильнее?! В этот день мы служим истине и справедливости. Теперь нам не нужно скрывать свою ненависть и кланяться тем, кто пришел грабить нас! Не бойтесь ничего – истина с нами, а вам известно, что истина – мать отваги и силы! Пусть же сегодня чужаки отведают нашей стали и упьются своей кровью! Пробудись, железо!

– Пробудись, железо! – вскричали повстанцы, потрясая оружием. – Святой Георгий!

Воинственные кличи разнеслись над Торо Браво. Дон Карлос смотрел на лица своих людей и не видел в них страха – лишь яростную решимость победить или умереть. В этот миг сам идальго ощутил давно забытое чувство радостного воодушевления – подобное испытывает юноша, отправляясь на встречу с любимой. Дон Карлос улыбнулся, воздев клинок к небесам.

Перестроившись в боевой порядок, терция приблизилась к подножию.

Ряд повозок с деревянными щитами, перегородивший склон, не показался столичному войску грозным препятствием.

– Прикажете стрелять, господин полковник? – обратился к дону Ромеро капитан арбалетчиков.

– Два-три залпа для острастки будет достаточно, не стоит переводить болты, – отвечал полковник. – Пусть эта шайка узнает, что такое королевская пехота! Разгром завершим мечами и пиками.

Три шеренги арбалетчиков выступили вперед. Каждая из них по очереди выпустила болты, навесом перебрасывая смерть через щиты на повозках.

– Поднять щиты! – прокричал дон Карлос, едва завидев приготовления стрелков.

Командиры повторили его приказ, горожане поспешно прикрылись наскоро сколоченными щитами – и тут же в каждом из щитов засело по нескольку железных наконечников. Где-то вскрикнул раненый.

– Не опускать!

Последовал новый град железа – страшное испытание для людей, ни разу не бывавших в бою. Злобное жужжание летящих болтов, тяжелый стук над самой головой, крики и стоны раненых – тут и самые смелые не смогли сдержать дрожи в коленях. Однако люди понимали – офицеры немало потрудились, заранее донося до них непривычную мысль, – что, как ни опасно стоять под обстрелом за повозками, на открытой местности гибель и вовсе неотвратима. Уцелевших под стрелами без труда затопчет строй пехоты. Щиты, усаженные болтами, враз отяжелели, часть из них уже невозможно стало удерживать.

– Не подпирать щиты макушками, черт подери! Приколет к голове – и крышка для гроба не понадобится!

– Командор, нужно ответить! – К дону Карлосу протиснулся капитан Эрнандес. На его начищенном шлеме появилась свежая зарубка.

– Сейчас сами перестанут, – присматривался через бойницу дон Карлос. – Пускай не думают, что у нас есть свои арбалеты.

И действительно, после третьего залпа шеренги королевских стрелков разошлись в стороны, пропуская плотные ряды пикинеров.