Лунный коридор - Ян Цзыси

Услышав слова господина Аргуса, Жуи воскликнула:

– Что? Разве императрица не была красавицей?

Старый художник, казалось, предвидел удивление гостей, он спокойно ответил:

– Когда-то она действительно была красива, но лишь когда-то. Теперь же, боюсь, внешность её уже неотличима от этого портрета.

Господин Бай невозмутимо спросил:

– Господин Аргус, верно ли я понимаю, что изначально вы написали портрет императрицы из будущего, и уже потом сверху написали то, как она выглядела в момент создания картины?

– Верно. Я написал для неё два портрета. В то время Энни ещё не стала императрицей, она была всего лишь женой бедного биолога.

Аргус вновь опустился в кресло и принялся красиво и долго рассказывать гостям свою историю.

Он являлся художником, который мог «видеть» будущие лица людей.

Стоило человеку оказаться перед ним, и в сознании Аргуса возникал его облик из будущего. В юных девушках он видел преждевременно состарившихся от тяжёлого труда женщин, в невинных детях – взрослых людей с коварными лицами, но тяжелее всего ему становилось, когда он не видел совсем ничего. Это означало, что у человека просто не было будущего, не важно, был он преклонных лет или юн, жизнь его ждала недолгая…

Особый дар тяготил Аргуса, он не желал знать будущее других, особенно если оно было печальным. Поэтому он стал с осторожностью выбирать своих моделей. Лишь тот, кто оказывался ему по душе, мог получить шанс позировать для картины. И обычно этот кто-то имел в будущем доброе, приветливое и счастливое лицо. Сначала художник тайком писал именно будущее человека и уже после перекрывал портретом из настоящего.

Так Аргус хранил свою тайну долгие годы.

Однако однажды он сам предложил Энни бесплатно нарисовать её портрет. Дело было в том, что он увидел её «необыкновенно особенный» будущий облик.

На этой части истории взгляд Жуи невольно вновь скользнул к картине. «Необыкновенно особенный? Пожалуй, кроме пухлости и безобразности, самым особенным в ней можно назвать лишь странную краску, которой нарисованы волосы…»

Аргус, словно прочитав мысли девочки, продолжил:

– Я способен видеть то, как лицо человека будет выглядеть спустя многие годы, и даже если ему предстоит пережить множество бед, черты всё равно остаются узнаваемы. Именно поэтому увиденное при встрече с Энни показалось мне немыслимым – её будущее лицо выглядело совершенно иначе, словно место занял другой человек. Особенно изменились её волосы – прекрасные золотые локоны превратились в неописуемое красное нечто!

Успокоив дыхание, Аргус продолжил:

– В процессе написания картины я оказался в сложной ситуации – мне было никак не подобрать верный оттенок для красных волос Энни. Только спустя годы поисков и сотни попыток я смог создать из шести редких ингредиентов тот красный, что сейчас на картине.

– Неудивительно, что господин Бай почувствовал странный запах… – тихо пробормотала Жуи.

Аргус лишь улыбнулся:

– Пожалуй, все люди искусства слегка безумны в своём упорстве. А результат вы видите и сами – цвет совершенен…

– Прошу простить за прямоту, – подал голос господин Бай, – но почему вы не доложили о скрытом портрете его величеству императору? Всё это время он искал супругу по портрету её прежней и не знает, что Энни уже давно выглядит иначе. Все усилия и поиски императора были основаны на ошибочной информации.

Аргус глубоко вздохнул.

– Так и есть. Однако я не в силах сообщить ему истину, что его прекрасной и изящной жены больше не существует, а её место заняла безобразная странная женщина. К тому же разве кто-то поверит моим словам? Не хочу, чтобы меня приняли за безумца и заперли…

На некоторое время в комнате воцарилась тишина.

Наконец-то молчание прервал господин Бай:

– Благодарю за ту информацию, которой вы поделились с нами, она очень поможет в нашем расследовании. Поскольку внешность императрицы Энни претерпела значительные изменения, нам необходимо найти больше зацепок. Помимо облика императрицы, обладаете ли вы какой-либо ещё информацией о ней?

Аргус пригладил седеющие волосы и вдруг, точно припомнив что-то, хлопнул по подлокотнику кресла:

– Голос! У неё был совершенно особенный голос, как же его описать… Он напоминал шёлк, окрашенный в бледно-голубой цвет.

Жуи напрягла голову, но так и не смогла представить, как звучал бы голос, похожий на бледно-голубой шёлк.

– Мой старый друг как раз занимается коллекционированием звуков, и некогда он сохранил и голос императрицы. Вам не помешало бы наведаться к нему, возможно, это поможет вашему расследованию.

С этими словами Аргус нашёл листок бумаги и быстро написал на нём адрес.

Тайна внутри медового шарика

– Господин Бай, мы и правда отправимся искать пчеловода? Интересно, как у художника вообще появился в друзьях пчеловод? Искусство кажется делом очень далёким от пчеловодства.

На следующее утро Жуи с господином Баем сошли с бабочкобуса на узкой пригородной дороге. Девочка не понимала, как голос императрицы сможет помочь им в расследовании.

– Внешность императрицы Энни эти годы постоянно менялась, возможно, сейчас она уже не похожа и на второй свой портрет. На данный момент мы владеем слишком маленьким количеством информации, поэтому каждая зацепка достойна внимания. Не забывай, помощница Жуи, что голос, как и лицо, является важным опознавательным признаком личности. Например, если ты, стоя за дверью, услышишь внутри библиотеки чей-то разговор, как ты определишь, есть ли среди говорящих я?

– По голосу!

– Именно ты узнаешь мой голос. Голос каждого человека имеет свой особый тембр, тон и сонорность, и они не похожи на те, что у других людей. Поэтому когда ты слышишь мой голос, то сразу понимаешь, что это я.

Жуи неожиданно осенило:

– Я поняла, господин Бай! Другими словами, даже не зная лица императрицы Энни, мы поймём, что перед нами она, когда отыщем человека с голосом, похожим на шёлк бледно-голубого цвета, верно?

– В теории так и есть.

– Как здорово! – Довольная Жуи щёлкнула пальцами. – У вас, господин Бай, острота слуха одна из лучших в семействе псовых! Наверняка нас ждёт успех!

Стоило ей произнести «семейство псовых», как серебристо-белые лисиные уши едва заметно дрогнули, однако господин Бай всё же сдержал свой гнев.

– Помощница Жуи, я уже говорил тебе не щёлкать пальцами, это вульгарно. При невысоком уровне умственного и эмоционального развития нужно хотя бы вести себя скромно.

Дикая, поросшая травой земля сменилась бескрайними полевыми угодьями по обеим сторонам от дорожки. Кто-то аккуратно засеял поля бесчисленными красными лилиями.

Солнце поднималось, и в небе на востоке уже светлела заря, цвет которой гармонично перетекал из одного оттенка красного в другой. На этом прекрасном фоне тысячи лилий напоминали алое море. Утренний ветер поднимал на нём волны и гнал к линии горизонта, уводя взгляды наблюдателей к несравнимо великолепному небу.

От такой красоты замирало сердце, и Жуи невольно замедлила шаг. Тут сидевший на её плече Себ неожиданно взлетел в воздух и каркнул куда-то вдаль.

– Среди цветов кто-то есть. – Господин Бай остановился.

Так и было – по полю огненных лилий к краю дороги неторопливо двигалась чья-та фигура. Фигура становилась всё ближе, и Жуи наконец-то смогла разглядеть, что принадлежала она старику.

– Господин Бай, а что это у него за спиной? Какой-то большой ящик, – тихо пробормотала девочка. – Может, это термобокс с едой для продажи…

– Чрезмерная любовь к съестному, помощница Жуи, отрицательно влияет на твою способность судить о вещах здраво. Это улей, возможно, пожилой господин перед нами – тот, кого мы ищем.

Лишь после ответа господина Бая девочка заметила, что вокруг старика