Обратный отсчет - Токацин

Он вскинул сфалт над головой. Сгусток плазмы взлетел в зенит — и там взорвался с оглушительным грохотом. Не успело дымное облако, подсвеченное изнутри красным, погаснуть окончательно, как Гедимин выстрелил снова — и снова, и снова, пока от грохота не загудело в голове. Сармат, досадливо щурясь, опустил сфалт. «Надо было отбить сигнал,» — запоздало включился мозг. «Сигнал, sa has— su… Какой⁈»

Небо над горизонтом распорола белая вспышка, и Гедимин услышал громовой раскат. Ещё две вспышки сверкнули чуть левее и ближе. Среди чёрных «облачных» складок ярко проступили широкие шестиугольные силуэты. Пять объектов, окружённых синеватым свечением, быстро увеличивались в размерах — «эскадрилья» приближалась. Ещё пара секунд — и она рассыпалась над головой Гедимина, и странные существа, сложив перепончатые крылья, пошли на снижение. Сармат, облегчённо вздохнув, убрал сфалт за плечо и приподнял руки, показывая пришельцам пустые ладони. «Кого-то дозвался. Осталось договориться…»

Существа не спешили — осторожно подбирались к машине со стороны фургона, то и дело останавливаясь и переглядываясь. Гедимин изобразил дружелюбную улыбку и поднял руки выше. «С чего ты взял, что они знают этот жест? Поймут ещё неверно…» — мелькнуло в голове, и сармат досадливо сощурился. «Как-нибудь да поймут! Ничего не делать — понятнее не станет.»

Чужаки рассматривали его, а он рассматривал их, отгоняя навязчивую мысль о том, что на сигнал могли слететься и местные падальщики. В полёте они казались большими, на земле же, со сложенными перепонками, сильно ужались — длинные тонкие тела на шести длинных тонких конечностях, всего метр в холке, метров шесть от носа до хвоста. Из спины торчали, мерцая синеватым светом, длинные, хрупкие на вид шипы. Все эти существа выглядели так, будто их пропустили через волочильный станок; Гедимин даже удивился, разглядев на морде, где смыкаются тройные челюсти, — ему казалось, что такое длинное тонкие рыло должно переходить в хоботок. Белесо-синеватые тела опоясывал извилистый чёрный орнамент, и сармат не сразу разглядел на нём ремни, а между передними и средними лапами — аккуратно закреплённые сумки. Одно из существ приподнялось на двух парах конечностей, заглядывая на крышу машины, и Гедимин увидел, что оно легко достаёт «руками» до завязок — и что пальцы у него довольно длинные и вполне гибкие, а мелкие предметы, свисающие с шейных шипов, — явно искусственные. «Рэссена. Не литьё — ковка. Тонкая работа,» — мелькнуло в голове сармата. «Похоже, разумные. Не нападают — хорошо. Попробую поговорить.»

Здесь, у правой гусеницы, сканер показывал безопасный пятачок, и Гедимин спрыгнул с крыши прицельно на ровную площадку, остановившись в считанных метрах от чужаков. Они подались назад, разворачивая перепончатые крылья. Сармат снова поднял руки. Несколько секунд никто не двигался с места, и тишину нарушал только треск слабых разрядов. Трещали наэлектризованные шипы существ, и «антенны» местных «деревьев» тянулись к ним, но заряда на пробой пока что не хватало. «Не знаю, какие бывают Сфены,» — подумалось Гедимину, — «но этот явно про электричество.»

— Дим-мин, — чётко проговорил он, притронувшись пальцами ко лбу. «Если сюда заходят Скогны или Бронны — этот жест должны знать. И что дальше?»

— Синви, — вспомнил он название посёлка Скогнов, вроде бы находящегося недалеко от лагеря; как переводится «Дальний Край» на местное наречие, он понятия не имел. — Я иду туда.

Он изобразил пальцами, что идёт, и дополнил указующим взмахом руки.

— Синви?

«А ведь они не ходят, а летают,» — с тоской подумал он, глядя, как складываются перепонки, и как чужаки осторожно приближаются. Двое свернули вбок, на полусогнутых лапах скользнули вдоль машины, рассматривая странную штуковину. Трое остановились, быстро переглянулись и зашуршали, приоткрывая тройные челюсти. Голос у них был странный — то ли треск, то ли шипение. Через пару секунд что-то зашуршало и у машины; Гедимин обернулся и увидел, что двое чужаков обнюхивают окровавленные гусеницы. Ещё мгновение — и оба шарахнулись в сторону, издавая громкий треск. Чужак с коваными подвесками на шее вскинулся, поднимаясь на четыре лапы, и повернул длинную морду к лицу Гедимина. Тот мигнул.

— … sakkatha! — всё, что удалось ему разобрать в громком треске, перемежаемом шипением. На всякий случай он кивнул.

— Сагаты. Напали на нас на перегоне. Со мной шёл Калиг, страж… — Гедимин нарисовал в воздухе посох. — Его, наверное, убили. Мне нужно вернуться. Знаете дорогу в Синви?

— … sakkatha… — затрещало со всех сторон. Чужаки быстро переговаривались, оглядываясь друг на друга. Гедимину показалось, что он расслышал что-то похожее на «кайшу» и — вроде как — «синви»… или «синри»? «Вот же меня забросило,» — угрюмо щурился он, чувствуя на рёбрах холодный обруч. «Как ту экспедицию к Тамоанчану…»

Существа замолчали. Украшенный подвесками развернулся к сармату и приподнял сложенные крылья, сделав рукой резкий жест. Гедимин услышал громкий треск, и длинная морда повернулась куда-то в сторону. Четверо пришельцев повторили это движение, растянувшись вдоль рыжей земли, как длинные указатели.

— Туда? — Гедимин указал на машину и резко провёл от неё рукой к живым «указателям», а потом изобразил, что идёт. — Понятно…

Существа ждали, не двигаясь, пока он забирался в кабину, потом сместились к ней и разделились — встали по двое с двух сторон, чуть поодаль от гусениц. Куда делся пятый, Гедимин не разглядел, но предположил, что тот взлетел на крышу. Сармат надавил на сигнал — существа подпрыгнули, выгибая спины, но тут же оглянулись на глайдер и слегка приподняли перепонки. Две группы двинулись вперёд — довольно быстро, быстрее, чем Гедимин ожидал. Машина поползла за ними.

Он ехал, как ему показалось, минут пятнадцать — на Равнине чувство времени сильно сбоило. Существа держались рядом, не взлетая и не удаляясь; когда он замешкался, объезжая живой бугор, чужаки остановились и повернули к нему морды. «Куда-то ведут,» — подумал сармат со слабой надеждой. «Если доберёмся до поселения, надо будет связаться с… Мать моя колба, тут даже передатчик не найдёшь! Занесло же в дикие края…»

Невидимая дорога, по которой Гедимина вели, плавно свернула направо; в свете бортовых огней вдоль левого борта проступили очертания гребнистого склона. Возвышенность была большой — глайдер ехал вдоль неё минуты две, прежде чем существа остановились, и группа с левой стороны метнулась вправо. Гедимин увидел, как они взбираются на уступы, налегают на тёмный камень, и часть холма медленно отползает в сторону. За широким неровным проёмом горел свет.

«Огромное