Дело о чёрном рыцаре - Лариса Куницына

class="p1">— Но это правда! Эта злокозненная старуха и её прислужница… Они украли у меня это письмо лишь для того, чтоб не дать мне исполнить волю Ива. Эта баронесса де Роше никак не хочет выпускать из рук богатство и власть, хотя стоит одной ногой в могиле!

— При чём здесь богатство и власть? — уточнил Марк. — До совершеннолетия Алана она будет управлять его владениями. На то есть эдикт короля Армана.

— Король Жоан может передумать!

— С чего бы ему это делать?

— Я уверен, что там достаточно злоупотреблений!

— Вы слишком легко разбрасываетесь голословными обвинениями, ваша светлость. К тому же не забывайте, что хоть наследником является Алан, его бабушка пока остаётся главой рода де Роше. Она передаст своё право на управление только своему внуку и только после того, как ему исполнится шестнадцать лет.

— Не важно, — немного подумав, заявил де Шамбле. — Я говорю не о землях, а о мальчике. Его отец желал, чтоб он поступил ко мне оруженосцем, а я обучил его искусству войны! Именно на этом я и настаиваю.

— Хорошо, — кивнул Марк. — Тогда скажите мне, как вы намерены обеспечить его благополучие и обучение?

— Ну, я полагаю, что средства на это будут выделены из его наследства, — пожал плечами барон. — У меня есть имение под Шартром, небольшое, но вполне уютное, там есть лес для прогулок и охоты. Моя дочь знает языки алкорцев и свободных городов и поможет ему с учёбой. Если его величеству будет угодно предъявить какие-то особые требования к его обучению, я найму учителей. Он будет жить в отдельной и вполне уютной комнате на всём готовом. Я сам буду обучать его фехтованию на мечах. Поверьте, за два года я сделаю из этого мальчишки настоящего мужчину!

— Я сообщу о нашем разговоре королю, — кивнул Марк.

— Я прошу вас замолвить за меня словечко, — улыбнулся де Шамбле. — Я всегда был на вашей стороне, ваше сиятельство! И даже когда вас чернили враги, обвиняя в смерти Ива де Роше, я не поддерживал эти слухи, хотя был свидетелем получения того приказа и смерти Чёрного барона. Он так ждал вас, когда его теснили наёмники! Вы ведь часто бывали в штабе и знали там многих. Вы — ближний рыцарь короля. Кто бы отказался выполнить вашу небольшую просьбу?

— О чём вы, барон? — прищурился Марк.

— Ни о чём! — снова заулыбался де Шамбле. — Слухи — такая неприятная вещь! Их трудно опровергнуть, особенно когда прошло столько времени. Но они могут так плохо сказаться на репутации королевского чиновника! Однако с вами такое, конечно, не случится! Вы вне подозрений, поскольку за вас вступился сам король Арман! А его слово теперь сродни откровениям богов!

Марк вышел из комнаты де Шамбле с тревожным чувством. Барон снова напомнил ему о тех давних слухах, которые когда-то так болезненно ударили по его самолюбию. И сделал он это намеренно. Похоже, в его словах таилась угроза снова поднять ту неприятную тему, а Марк так некстати проговорился, что так и не выяснил, откуда взялся тот странный приказ. Так почему его не могли подсунуть королю сторонники барона де Сегюра, ближнего рыцаря, несколько раз дравшегося на дуэли с Ивом де Роше? К тому же Арман конечно прикрыл бы своего любимчика, которого пестовал с детских лет, что он, собственно, и сделал, когда эти слухи поползли в первый раз.

Сама по себе эта попытка шантажа выглядела довольно жалко. Теперь у Марка было достаточно возможностей опровергнуть любую клевету и пресечь порочащие его слухи. Однако было ясно, что отказавшись от идеи с письмом, барон де Шамбле намеревался воздействовать на посланника короля, намекнув на то, что может подпортить ему репутацию. По-видимому, других козырей в рукаве у него не было, и Марк, уняв свою тревогу, а потом и раздражение, счёл, что этот разговор никоим образом не может повлиять на его ранее принятое решение.

Ещё меньше шансов на получение права опеки над Аланом было у его тётки, жены небогатого землевладельца, не имеющей ни ума, ни образования, ни влияния в тех кругах, куда вскоре надлежало войти её племяннику. Однако Марк считал, что и с ней нужно побеседовать, чтоб выполнить поручение короля в точности. Потому он спустился этажом ниже и осмотрелся. Помимо двери в покои, которые теперь занимала баронесса де Роше, здесь были ещё три двери. Ему уже было известно, что хозяева замка живут раздельно, и теперь он размышлял, какая из них ведёт в комнаты Беатрикс де Фурже. Как раз в это время одна из них распахнулась и на пороге появился лакей Мартин. Увидев гостя, он заметно смутился, но Марк лишь спросил его о том, где он может найти хозяйку замка.

— Вам сюда, ваше сиятельство, — поспешно проговорил молодой человек, одной рукой придерживая открытой дверь, из которой вышел, а второй пытаясь застегнуть ливрею. Он намеренно повысил голос, чтоб оповестить госпожу о визите именитого гостя.

Тут же откуда-то раздался голосок Беатрикс и она выскочила из дальней комнаты и устремилась навстречу графу де Лорму. Бросив на неё взгляд, он тут же отметил несколько смятую причёску и беспорядок в одежде.

— Входите, ваше сиятельство! — воскликнула она, присев в поклоне. — Я полагала, что вы задержитесь у баронессы де Роше дольше. Вы уже поговорили с бароном де Шамбле? И что вы о нём думаете? Мне кажется, он лгун! Я не так часто встречалась с бароном де Роше, но он был таким гордым и безупречным красавцем, что трудно представить его в кампании этого грубого человека!

Она продолжала что-то говорить, а Марк вошёл в небольшую гостиную и осмотрелся. Комната была довольно мрачной, со старинными шпалерами на стенах и унылым серым гобеленом, на котором был изображён единорог, больше похожий на осла, чем на коня, и дева со слишком тонкими и длинными руками, которая выглядела болезненной и грустной. К тому же, здесь было мало вещей, тех самых, которые обычно скапливаются в комнатах женщин, всех этих кружевных салфеточек, шкатулочек, ларчиков, ваз и корзинок с рукоделием. Ему показалось, что тут и не живёт никто, лишь на время поселилась хозяйка замка, как в комнате придорожной гостиницы, чтоб скоротать несколько ночей, пока гости уберутся из её дома, и она сможет перебраться в покои старшей сестры, куда более просторные, нарядные и уютные.

— Присаживайтесь, господин