Наследник Драконов - Карина Розенфельд

Внутри было не совсем темно. Сквозь дыры в крыше в дом проникали серые столпы света. Щербатый пол зарос сорняками. Главную комнату пересекала огромная деревянная балка, а на ней сидели вороны. Семь воронов, если быть точным. Пол под их насестом покрывал толстый слой помёта, от которого шёл такой ужасный запах, что дети скривились и зажали носы.

– Круто, всегда бечтал о бриключении, которое бахнет бтичьим бомётом, – гнусаво сказал Гедеон.

Эллиотт кивнул и начал осматривать комнату в поисках какой-нибудь подсказки, которая могла бы им помочь. Но вокруг были лишь мебель, обвалившиеся стены и пыль.

Гулливер подошёл к старой деревянной плошке, стоявшей на полу. Она была надтреснутой, но выглядела чистой. Великан достал перевязанный верёвкой кожаный мешочек и насыпал в плошку большую горсть зёрен.

Вороны тут же расправили крылья и запрыгали на балке. Самый большой из них взлетел, приземлился рядом с плошкой и клюнул пару зёрен. А потом повернулся к Гулливеру.

– Отличные зёрна, – сказал он, покачиваясь на чёрных лапках.

Услышав, что птица разговаривает, ребята резко отшатнулись.

– Я сплю или что? – прошептал Эллиотт.

– Не думаю, – так же тихо ответила Тамара.

Их разговор привлёк внимание ворона, и он каркнул в ответ:

– Значит, это из-за них ты пришёл?

– Да, Кроуи, из-за них.

– Я знаю, что ты ищешь, – сказал ворон по имени Кроуи, снова поворачиваясь к великану. – И мы поможем найти ответ, потому что твой дар порадовал нас.

С этими словами он вернулся на балку и, по-видимому, вступил в напряжённый разговор со своими собратьями, который состоял из щёлканья клювами, размахивания крыльями и пронзительного карканья. Гулливер жестом позвал детей выйти из дома, и те сразу поспешили наружу, подальше от ужасной вони.

На улице они жадно вдохнули свежего воздуха.

– Значит, в Драконии вороны говорящие?

– Не все, но некоторые да, и другие животные тоже, – ответил Гулливер на вопрос Эллиотта.

– А как узнать, какие из них говорящие? Представим, например, что я начинаю рассказывать о своей жизни собаке, а она ничего не понимает. Я буду выглядеть глупо.

Тами рассмеялась, представив разговаривающего с собакой Гедеона.

– Это можно понять только тогда, когда животное заговорит. Здесь, в деревне, ни для кого не тайна, что семи воронам известно многое, а их вожак может рассказать, что они услышали, пока летали по стране, или узнали у других воронов. Все вместе эти птицы образуют отличную информационную сеть, – продолжил Гулливер, не обращая внимания на замечание Гедеона.

– Гулливер, а в Драконии много магии? – спросил Эллиотт. Ему хотелось узнать об этом мире чуточку больше.

– Она есть, но… ей редко пользуются. Да и сейчас она не так распространена, как раньше. Людей, которые умеют колдовать, становится всё меньше, и если так пойдёт дальше, то однажды магия совсем исчезнет.

– Как жаль!

– Очень жаль, но если ты взойдёшь на трон, то, возможно, сможешь всё изменить, – с сияющей улыбкой сказал ему великан.

Было видно, что он и правда верил в это.

Мальчик недоверчиво покачал головой.

– Поверить не могу. Я родом из мира, где животные умеют разговаривать, где есть люди с кроличьими ушами и магия, где у меня есть чокнутый дядя, а я должен стать королём. Это… эм… Не могу подобрать слово. Но в любом случае всё это слишком тяжело переварить за несколько дней.

– У тебя получится, – ответила Тами, одарив друга очаровательной улыбкой, той самой, от которой Эллиотт каждый раз таял.

Наконец спустя несколько минут большой ворон вприпрыжку подошёл к ним. Он расправил большие чёрные крылья, захлопал ими, а потом наклонил голову, разглядывая Эллиотта.

– Я знаю, кто ты, – сказал он. – Многие давно ждут тебя, сын Анаитис.

– Меня зовут Эллиотт.

Ворон сделал нечто вроде реверанса, наклонившись вперёд.

– Эллиотт, встретить тебя – честь для нас. Ты не задавал нам вопроса, но мы тем не менее дадим тебе ответ: ты в большой опасности, и она всё ближе. Её тень движется к тебе и твоим друзьям.

– Как противостоять ей?

– Пока что тебе это не под силу. Но однажды ты поймёшь, как это сделать. Я могу лишь дать тебе подсказку: портал находится среди звёзд и в твоём сердце.

– Я не понимаю, что это значит…

– Скоро поймёшь.

Затем Кроуи повернулся к Гулливеру, поклонившись и ему.

– Дорогой Гулливер, мы нашли ответ. Ты должен найти ту, у которой простыни летают на ветру. Они на самой вершине цветущего холма, недалеко от мельницы с зелёными крыльями. Там-то она и прячется.

Гулливер поклонился ворону.

– Спасибо, Кроуи. Мы сейчас же отправимся на поиски мельницы.

Ворон каркнул в последний раз и тотчас взлетел, кружа у них над головами.

– Эллиотт, не забудь, что я сказал тебе о портале: звёзды и твоё сердце!

Потом он улетел и скрылся вдали.

– Что ж, это было весьма поучительно, – заключил Гулливер, потирая руки.

– Вы думаете? А мне кажется, что этот ворон слишком уж много туману напустил, – заметил Гедеон.

Друзья направились обратно в деревню.

– Вы знаете, где находится мельница с зелёными крыльями? – спросила Тамара. Ей приходилось чуть ли не бежать, чтобы держаться рядом с великаном.

– Пока нет, но мы её найдём, не переживай.

На обратном пути Эллиотт молчал. Он думал о том, что сказал Кроуи о портале, но ещё больше – о приближающейся опасности. Ему не хотелось рисковать жизнями своих друзей. Эллиотт совершенно не понимал, что делать. Он не знал, ни что из себя представляет подстерегавшая его опасность, ни как её избежать или остановить. Мальчику оставалось лишь ждать и смотреть, что с ним теперь будет…

Глава 17. Засушливая долина

Едва друзья успели вернуться в деревню, как раздался звук туманного горна. Они поспешили подняться по скрытой в горе лестнице и вернуться на корабль Йоланды.

Поверхность Летучей реки стала цвета серого неба, которое всё больше затягивали тучи. Температура сильно упала, поэтому ребята вместе с Гулливером скрылись в тесной каюте. Там они растянулись в своих гамаках и задремали, убаюканные лёгкой качкой джонки, которая отправилась дальше по реке.

– Вы думаете, что у нас всё получится? – позже спросил Эллиотт у Гулливера, рассматривая тёмный сучок на деревянном потолке.

– Конечно, что за вопрос! Мы на верном пути, я точно знаю.

Гулливер обладал несокрушимым оптимизмом. Но до Эллиотта его уверенность доходила с трудом: мальчику казалось, что он плывёт в бескрайнем океане и не знает, в какой стороне ближайший берег.

– Признаюсь, слова Кроуи меня напугали. Он говорил об опасности и всём таком…

– Эллиотт, ты в опасности. Я тебе это сразу сказал, да