Я - Красный сын - Николай Миронов

[ДОСТУП ПОЛУЧЕН]

[АРХИВ «КРИПТОН» РАСПАКОВАН]

Перед внутренним взором всплыло меню. Лаконичное, идеальное.

> Раздел 1: Биология и Психокинетика.

(Наконец-то! Инструкция к этому телу. Левитация — это управление гравитонами. Тепловое зрение — выброс накопленной солнечной энергии. Суперслух — ментальная фокусировка).

То, чего я не был способен достичь простыми тренировками в ближайшие годы.

> Раздел 2: Технологическое Наследие.

(Терраформирование планет класса «Земля». Энергетика нулевой точки. Проектор в Фантомную зону. Кристаллические матрицы памяти).

Боги, да с этим я могу превратить СССР в цивилизацию III типа за десять лет. Если, конечно, не взорву планету в процессе.

Достичь такого самому не удалось бы и за несколько столетий.

> Раздел 3: Протокол «Наследие».

Файл светился тревожным красным цветом.

Предупреждение. Завет. Последняя воля.

Я сделал глубокий ментальный вдох и открыл этот файл.

Мир снова мигнул.

Тьма расступилась.

Прямо в моем мозгу, в центре моего сознания, соткалась фигура.

Высокий мужчина в одеждах из белого света, с гербом Дома Эл на груди. Он смотрел на меня сквозь световые годы и, казалось, сквозь саму смерть.

Джор-Эл. Человек, окончательно убедивший меня в том, кто я есть на самом деле, и что все мои сомнения были напрасны.

________

*Константин Эдуардович Циолковский — русский учёный-самоучка, основоположник современной космонавтики.

* Уильям Брэдфорд Шокли — американский физик, исследователь полупроводников. Известен как изобретатель и создатель теории плоскостного транзистора.

* Кортекс — кора головного мозга.

Глава 8. Груз наследия

Голограмма Джор-Эла ожила в полумраке.

Его внешность была величественной и трагичной одновременно. Он напоминал ожившую статую античного стоика, который знал неизбежное — его Атлантида обречена. Он был удивительно похож на то отражение, которое я видел в зеркале каждое утро. Те же резкие, рубленые скулы, тот же волевой подбородок, тот же нос с легкой горбинкой. Однако, его черные, как вороново крыло волосы были тронуты благородной сединой на висках.

Его глаза были пронзительно-голубыми, и в их глубине плескалась бездна боли и смирения. То были глаза отца, который смотрит на своего ребенка в последний раз. От этого взгляда нечто внутри меня невольно сжалось.

Джор-Эл был одет в сложную, многослойную мантию, напоминающую одеяние верховного жреца или учёного из фантастического фильма. Материал казался сотканным из матового белого света и тончайших кристаллических нитей. Ткань не висела под собственной тяжестью — она держала форму, создавая строгий, безупречный архитектурный силуэт. Высокий воротник обрамлял шею, а на груди, словно вплавленный в саму молекулярную структуру одеяния, горел тот самый символ.

Алмаз. Внутри — змеящаяся линия, стилизованная река или буква «S».

Герб Дома Эл. Знак Надежды.

Джор-Эл не смотрел сквозь меня, как обычная голограмма. Казалось, он видит меня настоящего, здесь и сейчас. Его взгляд словно пронизывал пространство и время, оценивая, кем стал его сын спустя годы разлуки.

— Сын мой... — его голос прозвучал вибрацией в моём подсознании. Он был полон усталости и горечи: — Если ты слышишь это, значит, Криптон пал.

Его слова задели во мне что-то фундаментальное, отдавшись мелкой дрожью в неуязвимом теле. Я был тем, кто отнял наследие его истинного сына. Имел ли я, простой учитель истории из чужого мира, право слушать эту исповедь?

— Ты — наше наследие, — продолжила голограмма: — Ты послан на Землю не чтобы править, а чтобы направлять. Стань для них светом, которого у нас не было. Но помни: мы не одни во Вселенной. Остерегайся Сборщика Миров — он уничтожил наш дом. Остерегайся Темного Бога с огненной планеты. И... Берегись изумрудного света.

Затем голос стих. Изображение рассыпалось каскадом световых частиц так же внезапно, как и появилось.

Я лежал на дне капсулы, тяжело дыша. Пот градом катился по лицу, а голова раскалывалась от колоссальной ментальной перегрузки — казалось, череп сейчас треснет. Трагичные эмоции Лары и Джор-Эла, зашифрованные в матрице кристалла, заметно ударили по моей психике.

— Ха-а…

Тишина амбара оглушала. Но внутри моей головы теперь царил кристально чистый, абсолютный порядок. Архив был распакован. И самое главное — я получил не только знания. Я получил тактическое предупреждение.

И именно этим я и воспользовался, чтобы отвлечься от жжения эмоций, переданных мне родителями.

«Сборщик миров, это точно Брейниак, а Темный Бог с огненной планеты наверняка Дарксайд».

Кто ещё, если не они?

Первый появлялся в оригинальном комиксе, поэтому к нему я был морально готов. А вот Дарксайд — это угроза совершенно иного масштаба. Вопрос в том, должен ли он был появиться по изначальному канону этой реальности, или мой мир уникален, и таймлайн уже сдвинулся?

Хотя, в целом, удивляться нечему. Вселенная огромна. В графической новелле намеренно сократили масштаб, сосредоточившись на политике. Здесь же мир был настоящим.

«Ладно, будем решать проблемы по мере их поступления, — я себя невольно одёрнул: — Так или иначе, я всё равно собирался форсировать развитие страны».

Но что насчёт «изумрудного света»? Корпус Зелёных Фонарей?

Или… Криптонит? Но откуда ему взяться в этой реальности?

«Никогда не говори никогда…»

В голову лезли разные мысли, начиная от Марсианского Охотника и заканчивая Синестро. С другой стороны, Стражи Вселенной оставили Криптон на произвол судьбы. Увы, в оригинальном комиксе про многие из этих угроз не было ни слова. Но уповать исключительно на сюжет книжки с картинками было бы верхом идиотизма. В таких многослойных мультивселенных всё могло пойти наперекосяк от одного взмаха крыла бабочки. Даже Флэш однажды переписывал реальность, что уж говорить о богах вроде Дарксайда.

Я медленно поднялся на ноги.

Мир изменился. Точнее, изменилось мое восприятие. Я больше не чувствовал себя неуклюжим подростком, запертым в теле неуязвимого танка. Настройки криптонского организма наконец синхронизировались с моим сознанием. Я чувствовал себя... Цельным.

Взгляд упал на лопату, лежащую неподалеку. Я сфокусировался. Мне больше не нужно было напрягаться до дрожи в висках, как прежде.

В ту же секунду из глаз вырвались два тонких рубиновых луча. Они коснулись железа. Металл мгновенно покраснел и зашипел. Но, я контролировал температуру, поэтому оставил лишь небольшой символ не повредив лопату.

Серп и молот.

Я моргнул — лучи исчезли.

— Полный контроль.

Ранее я тратил огромные усилия, чтобы делать банальные вещи, а теперь… Настоящий «рояль в кустах».

Усмешка тронула мои губы.

«Все Супермены — читеры».

Два года я изнурял свой мозг тренировками, пытаясь выдавить из себя хоть каплю истинного потенциала. Бегал по лесам, поднимал трактора, медитировал на солнце. И всё это было похоже на попытки забить гвоздь микроскопом.