Узоры тьмы - Кэри Томас

– Да так, просто решили выбраться в город. Эффи поехала вперед.

Брови его сошлись на переносице. Он не хуже Анны знал, что они с Эффи едва ли стали бы предпринимать совместную вылазку куда бы то ни было.

– Эффи сказала, что она договорилась встретиться с Азраилом. Что вы задумали? Вы же в последнее время даже не разговаривали.

– Лучше тебе не знать, – прошептала Анна, но он уже переступил через порог и принялся обводить комнату взглядом.

– Что происходит, Анна? Я заслуживаю это знать.

Анна собралась с духом, пытаясь его успокоить:

– Ты прав. Ты этого заслуживаешь.

Он подошел к ней вплотную, и от его запаха мысли у нее начали путаться.

А вдруг я никогда больше его не увижу?

Даже перспектива не увидеть больше света дня не пугала ее так сильно.

Теперь он вглядывался в ее лицо, не в своей обычной деликатной манере, но отчаянно и настойчиво. Анна отстранилась:

– Мы отправляемся в Нижний мир, чтобы остановить заклинание истерии.

Он замер, как будто плохо ее расслышал, потом выражение его лица рассыпалось, как рассыпается обуглившийся в пламени листок бумаги.

– ЧТО?! КУДА ВЫ ОТПРАВЛЯЕТЕСЬ? ВЫ С ЭФФИ? – Он покачал головой. – Нет. Даже не думайте. Об этом и речи быть не может. Это безумие. Вы не можете туда отправиться. Я вам не позволю.

– Мы должны.

– Никто не должен спускаться в Нижний мир!

– Я должна.

И Анна рассказала ему, объяснила все, как объяснила до него Эффи. Загадка Яги. Сказки. Как ее звала смерть. А потом объяснила ему последний кусочек – кусочек, о котором поклялась себе никогда ему не рассказывать, – о том, что нашла в Библии заклинание, благодаря которому он появился на свет. Что это заклинание требовало его смерти. И что она собиралась отправиться в Хад не только для того, чтобы остановить истерию, но и для того, чтобы покончить с проклятием тоже. К чести Аттиса, он все это выслушал. Он слушал ее, и в его серых глазах бушевала буря, но, когда она закончила, он закрыл их и заговорил медленно, как будто каждое слово причиняло ему боль:

– Сказка?

– Ты сам говорил мне, что сказки могут служить картами…

– Какой только чуши я не несу, когда пытаюсь произвести впечатление!

Анна подавила отчаянный смешок:

– Но ты был прав. Сказки могут служить картами. Как в этом случае.

– Откуда ты знаешь? Каким образом ты собираешься найти дорогу? И как попадешь обратно? И даже если ты туда попадешь, каким образом ты свяжешь духа?

Каждый его вопрос звучал как гвоздь, ломающийся о стену под ударом молотка.

– Думаю, нет смысла задавать эти вопросы… пока я не окажусь там. – При виде его лица Анна заговорила быстрее. – Я не могу этого объяснить, я просто знаю, что я как-то связана со всем этим, со всем, что происходит. Что это Хад меня зовет. Куча ведьм отправились туда и благополучно вернулись.

– После многих лет подготовки!

– У меня тоже было много лет подготовки! Моя жизнь с тетей была адом. – Анна попыталась улыбнуться, но он отвел взгляд. – Ты не должен это понимать, Аттис, просто доверься мне.

Он замотал головой. Голос его, когда он заговорил, был хриплым и надломленным:

– Весь год… весь год ты внушала мне, чтобы я не смел жертвовать собой, а теперь сама идешь в пасть к смерти…

– Это не одно и то же.

– Каким это образом?

– Я не собираюсь умирать. Я смогу это сделать. – Она шагнула к нему. – Я знаю, что смогу. Это не признание поражения, а совсем наоборот.

Он с вызовом поднял на нее глаза:

– А если я прямо сейчас убью себя и покончу с проклятием, ты все равно туда пойдешь?

– Да. Самое главное, из-за чего я туда иду, – это заклинание истерии. И если ты сейчас себя убьешь, мне просто незачем будет возвращаться, вот и все…

Ее голос пресекся.

Лицо Аттиса задрожало, как будто он не мог больше сдерживаться.

– Тогда я иду с вами.

– Нет! – Она попыталась не завизжать. – Это невозможно. Азраилу удалось договориться о встрече с верховными ведьмами Хада только для меня и Эффи. Мы уже и так искушаем судьбу. Если мы сейчас начнем требовать большего, они просто откажут нам. Я не могу рисковать.

– Я не позволю вам с Эффи отправиться туда в одиночку.

– А вдруг в Нижнем мире с тобой что-нибудь случится? Тогда мы потеряем нашу единственную надежду избавиться от проклятия…

Его глаза сузились.

– Кажется, ты грозилась не допустить, чтобы я погиб из-за проклятия?

– Я этого и не допущу.

– Ты пытаешься загнать меня в ловушку, Анна?

– Возможно.

– Значит, я должен сидеть и смотреть, как два самых дорогих для меня человека… собираются совершить безумство?

– Да, – произнесла она умоляющим тоном, но он подошел к ней вплотную, припечатав к стене всей своей мощью, убийственным свинцом своих глаз.

– Я мог бы остановить тебя. Я мог бы заставить тебя остаться.

– Я знаю.

Она сглотнула.

Он посмотрел на нее с высоты своего роста. Волосы упали ему на глаза.

– Хочешь, я это сделаю?

Это был нечестный вопрос. Он был слишком близко, так близко, что у нее путались мысли. Она остро чувствовала неравенство сил: он был крупнее и сильнее, и, хотя однажды ей и удалось сдержать его при помощи защитного круга, тогда на ее стороне был эффект неожиданности. Если они сейчас начнут мериться магической силой, неизвестно, кто выйдет победителем. И все же ее сдерживал не страх перед ним, а его близость, от которой перехватывало горло и подкашивались ноги. Ему вовсе не нужно было пускать в ход силу. Достаточно будет поцелуя.

– Ты говорил, что не станешь пытаться сдержать меня, – прошептала она.

Он грохнул кулаком о стену над ее головой и отошел, опустив голову и бессильно ссутулясь.

Она подошла к нему и положила руку на плечо, заставив развернуться обратно.

– Прости, Аттис.

– Не нужно извиняться, просто вернись назад. – Он приблизился к ней, как будто собирался схватить, но его руки висели по бокам, лицо застыло в нескольких дюймах от ее лица. – Когда тебе нужно выходить?

– Минут через десять.

– Мне надо кое-что тебе сказать. Только не здесь.

– Хорошо… – отозвалась Анна неуверенно.

Он протянул ей руку. Она взяла ее.

Они вместе сбежали по лестнице. Анна не знала, куда они направляются. Он провел ее через кухню и через заднюю дверь вывел в сад. Он повернулся к ней лицом, и не успела она опомниться, как садик с Мистером Рамсденом, объедающим