Лемони, или Тайны старой аптеки - Владимир Торин

безучастно глядел на насекомых, лениво ползающих по плафону лампы, и мечтал о стуле. О простом стуле, на который можно было бы присесть хотя бы на минутку. Как назло, тут их не водилось, кроме пустующего сейчас стула-насеста, который принадлежал мадам Клопп. Вот только о том, чтобы взобраться по приставной лесенке и усесться на него, даже думать было рискованно. Теща аптекаря сегодня из своей комнаты не выходила, но она уж точно как-то прознала бы, если бы Джеймс решил занять ее место…

Лемюэль весьма смягчил, сказав, что мадам Клопп нездоровится: судя по звукам, которые порой доносились из ее комнаты, там происходило какое-то погодное бедствие. Теща аптекаря, по всей видимости, постоянно ворочалась, отчего кровать скрипела и скрежетала на весь этаж, к этому добавлялись стоны вперемешку с проклятиями, прерываемые лишь хрипами-хлюпаньем отхаркивания слизи.

Да уж, в таком состоянии она точно не могла бы спуститься и запереть крышку люка.

Джеймс вернулся мыслями к своим утренним злоключениям. Он ни на мгновение не поверил словам Лемюэля о том, что его запер кто-то из местных злыдней. Да и зачем бы им это понадобилось? Но если это была не мадам Клопп, тогда кто?

Также неясную тревогу вызывал найденный в стоке ключ. Джеймс изучил его, как только вернулся в свою комнату. Открыв футлярчик, он обнаружил внутри свернутую трубочкой бумажку, на которой было аккуратно выведено: «Восемь раз по часовой стрелке и три раза против». Сомнений не возникало: это инструкция к тому, как применять ключ. Сразу же появилось несколько вопросов: как ключ оказался в клоаке? его кто-то выбросил? что именно он заводит?

Сам собой напрашивался вывод, что ключом заводится аптечный автоматон. Джеймс тут же попытался завести механоида, который стоял в его комнате, но ключ не подошел к замочной скважине у того на груди. Оставалось надеяться, что он подойдет к другому – тому, который стоит у черного хода.

Подтвердить свою догадку Джеймс не успел. Лемюэль ждал его за дверью и тут же потребовал следовать за ним: пришло время уроков по аптечному мастерству, которые на поверку оказались уроками по тому, как выслушивать странности посетителей, не снимая вежливой улыбки с губ и не закатывая глаза каждые две минуты.

Учитывая, что за личности заходили в аптеку, навык этот был определенно необходим. Лемюэль владел им превосходно: никому не удавалось распознать душевный скрежет аптекаря, когда озвучивалась какая-нибудь очередная причуда. При этом посетители постоянно интересовались, что это за незнакомый молодой человек стоит рядом с мистером Лемони, и Лемюэль то и дело представлял кузена. Посетители выглядели недоверчивыми и обеспокоенными: за годы посещения аптеки они привыкли к тому, что здесь ровным счетом ничего не меняется…

– Джеймс? Вы меня слушаете? – спросил Лемюэль.

Джеймс вздрогнул и поднял голову.

– Простите, Лемюэль, я задумался о… О чем вы говорили?

Аптекарь поглядел на него с неодобрением.

– Я рассказывал о перечне необходимых для аптеки лекарств. Очень важно его знать, если вы не хотите опозорить фамилию Лемони в первый же день за стойкой «Полезных Ядов». Прошу вас, будьте внимательнее.

– Конечно-конечно. Кажется, вы что-то говорили об инфлюэнце?

Лемюэль вздохнул и повторил сказанное ранее:

– Большую часть того, что покупают в аптеке, составляют средства от инфлюэнцы, различных видов мигреней и болей. Также особым спросом пользуется все, что связано со сном: бессонница и ночные кошмары – лучшие друзья аптекаря. Отдельно я отметил, что вы должны всегда иметь большой запас сиропа от кашля, средство от насморка, различные мази-«согревины». Помимо этого, следует регулярно пополнять перевязочный материал: люди – очень неаккуратные существа и постоянно ранятся. Битое стекло, края бумаги, бритвенные лезвия, ножи убийц… хе-хе… Все описанные мной средства – это то, что отпускается в регулярном порядке.

– Есть еще какой-то порядок?

Лемюэль кивнул.

– И тут мы переходим к самому важному в работе аптекаря. Как думаете, что это, Джеймс?

– Терпение?

– Это само собой, но я о другом. Некоторая часть лекарственных средств отпускается строго по рецепту, а доктора… хм… Доктора – это джентльмены, которые способны вновь запустить остановившееся сердце или заштопать прореху в теле размером с кеб, но когда дело касается разборчивого написания рецептов… О, это уже выше их сил! Вы должны научиться читать докторские каракули – это особый аптекарский навык. К тому же нужно всегда быть начеку: некоторые хитрые личности постоянно пытаются подделывать рецепты. Перед тем как открыть аптеку по возвращении в Рабберот, вам следует обойти всех докторов в округе и подробно изучить их почерки и манеру письма, запомнить как следует каждую закорючку.

– Обойти докторов и изучить почерки, – повторил Джеймс.

Лемюэль закрыл толстую книгу в зеленой обложке и сложил на ней руки.

– Перейдем к книге учета. Учет – это важная часть работы аптекаря. Благодаря ему я знаю, что осталось, а что заканчивается, и могу составить список всего, что требуется заказать. Обычно я записываю все проданные за день лекарства после закрытия, но вам для начала я советую отмечать все, что отпускаете, сразу. У меня хорошая память – спасибо отцу. С самого детства он заставлял меня запоминать не только всех, кто заходил в аптеку, но и то, что они брали. Его наука была суровой и безжалостной: когда я ошибался, отец меня наказывал – заставлял пить Горькую пилюлю. Давайте проверим, вспомните ли вы всех, кто сегодня заходил в аптеку, и что они покупали. Начнем по порядку.

Джеймс наморщил лоб, припоминая.

– Почти сразу, как мы спустились, зашла… или нет!.. заехала миловидная девушка на паровых роликовых коньках – она пыталась купить пестицид для своей болеющей комнатной мухоловки. Вы сказали ей, что лекарств для растений здесь нет и быть не может.

– Недурное начало! – похвалил Лемюэль. – Кто пришел следом?

– Грустный парень в черном. У него был футляр с трубой, а под мышкой он держал ручного хряккса. Этот молодой джентльмен спрашивал что-то от посмертного разложения.

Лемюэль кивнул, и Джеймс продолжил:

– После зашла продавщица пудры в полосатом платье и в сопровождении громилы, который едва пролез в двери. Им требовалось лекарство со странным названием… эм-м-м… «Тингельтангель». Затем приходили: парочка клерков с аллергией на бумажную пыль, нетрезвый цирюльник, заглянувший за средством от тремора, и очень красивая дама в боа из пурпурных перьев – ее интересовало средство для… хм… соблазнения, чтобы очаровать какого-то газетчика из «Сплетни». Помимо этого, трижды заходила дама с провалами в памяти. А еще был этот… странный мальчишка.

Джеймс замялся – упомянутый мальчишка был, несомненно, самым причудливым посетителем из всех, кто при нем переступал порог аптеки. Крайне