На страже мира - Илона Эндрюс

любое время и по любой причине я могу убить любого из вас без страха возмездия. Бросить вызов мне – значит бросить вызов Иерофанту. Если вы решитесь на это, то вас отлучат от церкви. После смерти ваша душа будет отвергнута раем и вынуждена скитаться по безжизненным ледяным равнинам Небытия, где не светит солнце, нет ни одного живого существа и ни один звук не нарушит тишину вокруг. Я ясно выразился?

– Предельно ясно, – сказала леди Изур, все еще не поднимая головы.

Джордж свернул свиток и спрятал его в рукав.

– Встаньте.

Вампиры поднялись.

Джордж посмотрел на меня.

– Дина, можешь отпустить маршалов.

Я позволила полу вытолкнуть и поставить на ноги обоих вампиров. Они не произнесли ни слова. В комнате воцарилась абсолютная тишина. Можно было бы услышать, как упала булавка. Джордж полностью завладел их вниманием.

– Взаимодействие этой галактики с Землей регулируется договором Космического Сената, – произнес Джордж. – Госпожа Дина, какое положение в нем является самым важным?

– Существование другой разумной жизни в галактике должно оставаться тайной, – ответила я.

– Каково наказание за нарушение этого положения?

– Изгнание.

Лорд Робарт стиснул зубы.

– Понесет ли Дом Воргов ответственность, если проступок лорда Робарта станет достоянием общественности?

– Да. Его Дом будет обесчещен и лишен права входа на Землю.

Пара вампиров поморщилась. Земля была жизненно важной точкой многих маршрутов. Потеря доступа к ней означала, что путешествия Дома Воргов существенно усложнятся. Другие Дома с радостью этим воспользуются.

– Лорд Робарт из Дома Воргов, – сказал Джордж, – я считаю неправильным начинать переговоры о мире кровью. И также считаю, что Дом Воргов не должен нести наказание за то нарушение, которое, скорее всего, было вызвано гордыней, а не злым умыслом. Однако ваши действия едва не сорвали этот саммит и, чтобы мы могли продолжить, вы должны расплатиться. Госпожа Дина, помните ту демонстрацию утром? Не могли бы вы открыть эту дверь еще раз, пожалуйста?

Злить Джорджа было очень плохой идеей. Я повернулась лицом к дальней стене и сосредоточила на ней свою магию. Дерево развалилось, исчезая в никуда, и перед нами открылось бескрайнее янтарное море под пурпурным небом. Вдали торчали рваные темные скалы, пронзающие воду под обломками красных планет. Соленый ветер обдувал нас своим дыханием.

Оранжевую воду прорезало существо – толстое, чешуйчатое, увенчанное длинным ребристым плавником. Кольца, из которых состояло туловище, скользили и поднимались под поверхностью.

Джордж посмотрел на лорда Робарта:

– Один час, маршал. Мы отложим официальное открытие до вашего возвращения.

Вампир поднял голову.

Если он ступит в воду, то под тяжестью доспехов пойдет ко дну. Заходить в эту воду было равносильно самоубийству. Лорд Робарт оскалил клыки. Вампиры носили доспехи, как вторую кожу. Он бы никогда…

Лорд Робарт вытащил из ножен короткий жестокий топор и расстегнул герб Дома на своих доспехах. Черный металл раскололся и упал с него, оставив стоять в простом черном комбинезоне. Он сбросил ботинки, легким движением запястья зарядил топор и прыгнул в воду. Вода доходила ему до пояса.

– Прошу закрыть проход, – попросил Джордж.

Я отпустила дерево, скрыв рыцаря-вампира из виду. Нам понадобится обратный отсчет. Я шепотом обратилась к гостинице, и на стене появился большой цифровой таймер, отсчитывающий секунды от шестидесяти минут.

Джордж повернулся ко мне. Он одарил меня ослепительной улыбкой.

– У нас остается проблема с машиной и полицейским. Это в вашей компетенции. Делегация Святой Анократии, мои люди и я в вашем распоряжении, госпожа. Что нам делать?

Я повернулась к Арланду:

– Маршал, мне понадобится ваш лучший инженер. Остальные пускай расходятся по своим комнатам.

– Хардвир, за мной, – скомандовал Арланд.

Вперед группы протиснулся пожилой темноволосый вампир.

– Я тоже останусь, – объявила леди Изур.

– Остальные, идите по коридору налево. Вперед. Не пытайтесь выйти – гостиница не позволит.

Большинство рыцарей покинули комнату, но пятеро из них остались.

– Мы не можем бросить нашего маршала, – сказала женщина-рыцарь.

Леди Изур взглянула на меня:

– Что скажете?

– Вы можете выбрать двоих, – ответила я им. – И пусть они останутся здесь на страже. Но каждый, кто попытается выйти из этой комнаты, будет задержан.

Женщина-рыцарь и пожилой седой вампир заняли пост у стены. Остальные ушли к себе в комнаты. Кальдения, все еще потягивающая чай, выглядела крайне довольной.

А мне нужно было исправить весь этот кошмар.

– Следуйте за мной.

Я направилась по длинному коридору.

Конюшни располагались в северо-восточном углу дома и выходили окнами во фруктовый сад. Снаружи они выглядели просто как застекленная веранда.

Фурия металась передо мной взад-вперед, испытывая неподдельный восторг. Что ж, хоть кому-то весело.

– Я могу его убить, – предложила леди Изур.

– Это только добавит проблем, – ответил Джек.

– Правоохранительные органы здесь очень хорошо организованы, – объяснил Арланд. – Если кто-то пропадет, остальные быстро скооперируются. Это усложнит все в разы.

Дверь передо мной распахнулась, и я вошла в конюшню. Руки слегка дрожали. Слишком много адреналина и мало магии. Внутри, с гостями в гостинице, я справлюсь, но сейчас чувствовала себя такой нервной, словно выпила три чашки крепкого кофе на голодный желудок.

Офицер Маре лежал на полу рядом со своей разбитой патрульной машиной, а по обе стороны от него расположились стойла. Девушка из клана Нуан Си спокойно раскладывала корм по ведрам. Увидев нас, она остановилась. Когда я приблизилась, нити соскользнули с тела Маре, но твердые корни таверны продолжали приковывать его к полу. Нити потекли ко мне, плавно трансформируясь в метлу. Хотя рот офицеру Маре затыкали корни, его глаза сказали мне все, что требовалось знать. Он был в ярости. Если бы он освободился, то начал бы биться со всеми нами не на жизнь, а на смерть.

Я взглянула на машину. Все оказалось еще хуже, чем я думала. Топор прошел прямо сквозь капот и разрезал двигатель, словно тот сделан из желе. Сквозь щель виднелся пол.

В конюшне царила тишина, если не считать ритмичного жевания, доносившегося из стойл ословерблюдов.

– Я могу сделать это безболезненно, – пробормотала леди Изур. – Он ничего не почувствует.

Я подняла руку:

– Дай мне Крайнюю Меру.

Стена конюшни выплюнула маленький шприц. Я присела на корточки рядом с офицером Маре и ввела содержимое ему в руку. Он уставился на меня так, словно силой мысли хотел взорвать мою голову. Но затем его лицо смягчилось, дыхание стало более глубоким. Его тело обмякло, глаза закрылись, и он погрузился в глубокий сон.

– Что ты ему дала? – спросил Джордж.

– Снотворное.

– Но он все равно будет помнить, что произошло, – возразил Джек.

– Это неважно, – ответила я ему. – Чтобы ему поверили, нужны доказательства. А мы избавимся от улик.

– И это все? – нахмурилась