Круговорот и тени - Джин Родман Вулф

что кто-либо из них по сути своей «более свят». Разные люди воспринимают Бога по-разному, и, на мой взгляд, Господь всякий раз поступает подобно всем нам: в каждом случае выбирает способы, наиболее подходящие для изложения собственной воли. Разговаривая с нами, Он нас вовсе не награждает, а обращается к кому-либо, поскольку Ему есть что сказать именно этому человеку, помимо того, что говорится Им для всего человечества.

Н. Дж.: На последнем Ридерконе многих присутствовавших весьма впечатлил ваш экспромт по поводу внутренней природы «скверного человека». Существует ли в действительности, на ваш взгляд, сознательное зло? Не могли бы вы несколько расширить мысли, высказанные на Ридерконе?

Дж. В.: Похоже, вы полагаете, будто в действительности зло может существовать лишь сознательно и никак иначе – будто зол только тот, кто признает себя злым. Я с этим решительно не согласен.

Н. Дж.: Романы о Латро не связаны с циклами «Нового Солнца» / «Длинного Солнца» / «Короткого Солнца» явно, однако боги эллинистического мира Латро в определённой степени возникают вновь в «Книге Длинного Солнца» и «Книге Короткого Солнца»: всё те же языческие архетипы, преобладавшие до христианства, обретают плоть в далёком-далёком будущем. Пас – это Зевс, или тщится ему уподобиться, и так далее. В чём причина этой повторяемости? Всего-навсего в неизбежном сходстве языческих пантеонов или в буквальной, материальной преемственности «божественных» языческих персонажей? В самом ли деле Пас – это Зевс?

Дж. В.: Нет, Пас – определённо не Зевс (как бы ему ни хотелось быть самим Зевсом). Античные боги, как правило, вовсе не таковы, какими их представляют сегодня. К примеру, Арес – бог-солдат, а не бог войны. Афродита – богиня секса, а не любви: бог любви – её сын, Эрос.

Н. Дж.: Многие не уверены, как следует называть двенадцать томов «Нового Солнца» / «Длинного Солнца» / «Короткого Солнца» в общем. Приемлемо ли в качестве общего их именования «Брийский цикл»?

Дж. В.: «Брийский цикл»? По-моему, самое подходящее название, какое только можно сыскать.

Дж. Дж.: С Северианом общаются ангелоподобные существа; Иносущий дарует Шёлку непосредственное озарение; Рассказчик в книгах «Короткого Солнца» описывает жизнь Шёлка с нескольких точек зрения. Всё это очень похоже на пространную интерпретацию Ветхого Завета, Нового Завета и далее – Церкви. Между Иисусом и Шёлком множество параллелей, а после погребения и «воскресения» Шёлка в «Прощании с Длинным Солнцем» не раз встречаются длинные «благовестия», проповеди «учения Шёлка», и завершается всё огненным апокалипсисом… что определённо выглядит, как прямая отсылка к Евангелиям, Книге Деяний и Откровению Иоанна. Имелась ли у вас в голове такая структура с самого начала или в начале работы над «Книгой Длинного Солнца» и «Книгой Короткого Солнца»? Если нет, не стоит ли, на ваш взгляд, осмыслить эти произведения с такой точки зрения?

Дж. В.: Нет, никаких библейских параллелей мне в голову до сих пор не приходило. Однако осмыслить все эти книги с такой точки зрения, по-моему, стоит.

Дж. Дж.: Дж. К. Роулинг в цикле о Гарри Поттере создаёт весьма замысловатые истории для юношества, великолепно отражающие её привязанность к К. С. Льюису. Читали ли вы «Гарри Поттера»? Что можете сказать о литературной и общей ценности этих книг?

Дж. В.: Из «Гарри Поттера» я читал только первый том. По-моему, великолепно. Возможно, лучшее, что написано для детишек годами постарше со времён «Хоббита». Жаль, эти книги не появились пораньше, когда мои ребятишки ещё не вышли из подходящего для них возраста.

Дж. Дж.: Не могли бы вы рассказать, как у вас с Розмари сейчас со здоровьем?

Дж. В.: У Розмари диабет. Ходить подолгу не может, с лестницами вовсе беда. У меня глаукома. В остальном всё у нас хорошо.

Дж. Дж.: Что вдохновило вас взяться за книги о рыцаре-чародее? Давнее ли желание или некий внезапный толчок, наподобие размышлений о карнавальных костюмах, подтолкнувших вас к созданию Севериана?

Дж. В.: Однажды я познакомился с мальчуганом по имени Ник (теперь-то он уже не так мал). Очень, очень смышлёный, он просто-таки бредил рыцарями и средневековым антуражем вообще. Я постарался понять, чем его так привлекало всё это, и начал писать книгу.

Дж. Дж.: Во многих из ваших книг, особенно в книгах о Латро и в «Брийском цикле», изображён неявный конфликт или, по крайней мере, взаимодействие «высших сил», отчасти кроющееся «позади» событий, происходящих среди людей. То же самое наблюдается в одиннадцатой главе Книги пророка Даниила, а также и в «Илиаде». Интересно, откуда берёт начало эта весьма любопытная тема в ваших произведениях? Как вам пришло в голову писать таким образом?

Дж. В.: Без комментариев.

Дж. Дж.: Не могли бы вы ответить, насколько верны некоторые из возможных причин, побудивших вас написать историю о патере Шёлке, как то: а) разочарованность неверными истолкованиями повествования о Севериане со стороны читателей; б) желание написать собственный вариант «Дневника сельского священника»; в) некое особое событие из собственной жизни; г) нечто совсем другое?

Дж. В.: Ни одна из вами предложенных. Началось всё с идеи написать о хорошем, порядочном человеке, служащем неправедной вере, не более.

Дж. Дж.: Ай, ну, почему нет? С тем же успехом я, по крайней мере, мог бы задать один из вопросов на шестьдесят четыре тысячи долларов, так что просто пойду ва-банк. [Хм-мм, тут нужно формулировать как можно точнее. О’кей, вот оно.] Какие из перечисленных ниже планет физически (не просто в книжном, символическом смысле) те же самые, что и Синий с Зелёным, в том же порядке?

Ушас и Луна;

Урд и Луна;

Луна и Ушас;

Луна и Урд;

пара Урд;

пара Ушас;

пара Лун?

Дж. В.: Никакие.

Н. Дж.: О «Рыцаре-чародее»: что, кроме упомянутого вами знакомства с мальчиком Ником, послужило первым толчком к написанию романа, объединяющего благородное рыцарство с прагерманскими мифами?

Дж. В.: Краткий ответ: не знаю. Начал думать о рыцарстве, гадать, отчего именно этот период вечно нас завораживает. Действие греческих мифов происходит в Золотом веке. Наш Золотой век – Средневековье: действие большинства волшебных сказок (и всех лучших из них) происходит в Тёмные века. Думал я о множестве разного, в том числе и об ужине, но в то время мне было нужно заняться новой книгой, причём очень хотелось отвлечься, отдохнуть от вселенной книг «Нового Солнца».

Н. Дж.: Отчего вы решили сделать рассказчиком в «Рыцаре» современного американца? Нет, возьмём шире: как по-вашему, отчего так много авторов артурианского фэнтези (от Марка Твена в «Янки из Коннектикута» до Пола Андерсона в «Трёх