Пепельная Пустошь: Новая земля - Токацин

Пока Гедимин глазел на «кота», «кислотники» договорились. Караванщиков пригласили в дом, груз распределили между Тайкемами и растащили по островкам. Все корни забрали себе двое жителей – и, держа их высоко над «водой», поплыли к кузнице. Стук там уже умолк, и кузнец и подмастерье (у одного бивни были гораздо длиннее, хватило места на три кольца с камешками) отдыхали, лёжа в кислоте на «мелководье» и выставив только носы. Доплывший до островка хлоргеор обнюхал их, сунулся в «воду» и принялся толкать лежащих широким лбом. Кузнецы нехотя сели. Клыкастый потрепал «кота» по загривку и поднялся на ноги, отряхиваясь от кислоты. Двое с грузом корешков уже добрались до острова и оживлённо махали свободными руками. Кузнец и подмастерье переглянулись.

Едва Тайкемы (и хлоргеор с ними вместе) зашли в кузницу, её крыша стала прозрачной. Гедимин увидел пару небольших песчаниковых жерновов. Мастер рубил корни и кидал их в податчик, не тратя времени на чистку, подмастерье крутил ворот, жижа и кашица лились в глиняный чан. Двое пришельцев между тем наполнили забортной «водой» большую ёмкость и, держа её на двух чапельниках, засунули в горн. Вскоре из трубы повалил густой пар. Кузнецы не возражали. Они, перемолов все коренья, заглянули в бурлящую ёмкость, обменялись короткими жестами – и упаренная «вода» была вылита в чан и прикрыта тяжёлой крышкой. Внутри забурлило.

- На закваску непохоже, - заметил озадаченный Вольт. – Может, я видел сходный процесс, но…

Бурление в чане стало тише. Тайкема, заглянув под крышку, навострила уши и зашуршала чем-то в занавешенных нишах под потолком. Подмастерье вертел в руках толстую кованую трубку – как разглядел Гедимин, бронзовую, изрядно позеленевшую. Загнутая в двух местах трубка напомнила что-то знакомое – примитивную версию более сложной детали. Ещё там было что-то про Би-плазму и сернистую атмосферу Венеры…

- Жжёнка! – выдохнул сармат. – Они её и дистиллировать собрались… Видел? У него мешок с грибками! Дикие дрожжи или что-то вроде… как только выжили в кислоте?!

- Бездна… - пробормотал Брайан; он пригляделся к Тайкеме, высыпающей сухие грибки из мешочка в чан, и Гедимин тоже увидел их – чётко, как под микроскопом. – Да, я вспомнил. Меня даже угощали. Да, у них крепкий алкоголь. Надо проверить, могут ли нарвенги его усваивать. Не хотелось бы, чтобы это им повредило…

На долю секунды у Гедимина сильно закружилась голова. Потом Брайан виновато хмыкнул, и сармат на невидимой опоре проплыл над заводью от кузницы к «гостинице». Ничего, кроме крыши из чёрного сланца, ему не показали – видимо, Вольт заметил, что Гедимин смотрит его глазами, и «канал» был «обрезан».

- Всё в порядке, - пронёсся в мозгу чужой облегчённый вздох. – Алкоголь им знаком. Вам, сарматам, кажется, тоже. Значит, жжёнка? Мик как-то умолчал о такой важной части жизни…

- Мы тогда не палились, - буркнул Гедимин. От воспоминаний о довоенном Ураниуме до сих пор саднило под лопаткой.

- Нарвенгам дали что-нибудь за корешки и деревяшки? Или они так дань платят?

- Дань? – удивился Вольт. – Вы же ви… А, да, теперь не видите. Подождите немного, скоро мы разделимся, и вам станет легче. Нарвенги как раз укладывают всё, что наменяли. Ремни, непромокаемые мешки, мелкие украшения…

Один из жёлтых «кислотников» как раз вышел из дома и рассматривал стену, шевеля усами и навострив уши. Он поскрёб когтем глиняный раствор, дёрнул вибриссами и проверил кладку в другом месте. Потом сунулся в дверной проём, посмотрел наверх, покрутил невидимый Гедимину ворот – дверная завеса с шорохом поехала вверх.

- Изучает, - пробормотал сармат. – И… что у него на руках?

Жёлтый мех на предплечьях придавили маленькие многогранные щитки, нанизанные на тонкий шнурок. Браслеты из «медузьей» «резинки» и останков местной фауны, - ничего подобного Гедимин у нарвенгов раньше не видел.

- Как пища, этот вид канзис… он на любителя, - отозвался Вольт. – Щупальца надо удалять, и остальное так себе – только на корм животным. А вот оболочка – сырьё ценное. Если нарвенги переймут не только её использование, но и разведение канзис, - им это пойдёт на пользу. А каменное строительство… дойдёт и до него рано или поздно. Вообще, Гедимин, мне кажется – в топях Лит они не засидятся. Это не их родная среда. Это временное убежище. Кстати, скоро наш выход. Видите святилище?

Гедимин ошалело мигнул. Повисший в небе многогранник развернул его к одинокому островку с глиняным столбом. Основа была каменная – колонна, сложенная из плитняка – но снаружи её обмазали ярко-красной глиной. Это можно было бы назвать обелиском, если бы не шесть коротких «веток» наверху, пониже острия. С них свисали панцири и клешни. Красная глина была покрыта кругами с мелкими знаками и рисунками внутри. Сейчас рядом стояла Тайкема с длинными подвесками на бивнях и что-то напевала, касаясь ладонью поочерёдно каждого знака. Ещё десяток жителей собрался вокруг, не вылезая из кислоты, - да на островке и не было места для толпы. Гедимин заметил, что весь клочок земли вымощен плитняком, и на камне красной глиной выведены узоры. Тайкема, перетрогав все рисунки, достала мешочек глины и принялась подновлять всё, что стёрлось.

- Вон там и моё имя, - Вольт заметно смутился. Один из разрисованных кругов стал чётче, а Гедимин наконец понял, что там нарисовано. Это был ручной радиометр, рядом с ним – прошитая тетрадь и заострённая палочка, а сверху, уже в переплетении с орнаментом над кругом, - атом с тремя орбиталями электронов. Прибор Гедимин узнал с большим трудом – это была совсем уж древняя модель, таких он и не застал.

- Брайан и Микаель, - будто солнечный луч скользнул по рисунку. – Его, конечно, тоже вписали. Покровители из нас, если честно, никакие… Гедимин, я сейчас проявлюсь. Вы не двигайтесь. Очень скоро встанете на твёрдую землю. Совсем расцепиться нам не выйдет – вы сейчас не поймёте их, они – вас.

Воздух колыхнулся. Тайкемы, собравшиеся уже уплывать от островка, вскинулись и уставились в сторону Гедимина. Точнее – на полосатый бело-чёрный многогранник, повисший над островком. Вольт расправил щупальца (кроме того, на котором стоял Гедимин), накрывая метров сто с островками и зданиями волокнистым куполом.

- Да не обмелеет озеро Лит! Вот я пришёл посмотреть, как живёте вы