Новые опасные видения - Харлан Эллисон

ПЯТНИЦА, 1 СЕНТЯБРЯ 2084 ГОДА

Сегодня я по случайности узнал, что у Асперы есть второй «пациент» – и что это не кто иная, как юная богиня мисс Дюпон. Я настоял, чтобы Аспера нас познакомила. Она согласилась, но смогла скрыть нежелание не лучше, чем нарезанный лук. Я сделал вид, что не заметил.

Уже через четверть часа она заговорила о моем отце. Совершенно безответственный, сказала она. Слабый человек. Отчего же? – справился я. Да оттого, что бросил мою мать ради Эммы, а Эмму – ради Вероники. Все мужчины таковы, ответил я: мужчины ветрены. Она хотела прибавить больше, но увидела, что уже сказала слишком много.

Заволновалась, Аспера?

ПОНЕДЕЛЬНИК, 4 СЕНТЯБРЯ 2084 ГОДА

Аспера отважно свела нас вместе. Как и многие известные мне артисты, Шейла поначалу показалась в простом личном общении неказистой. Чай заваривала неумело, и Аспера ненавязчиво поправляла ее ошибки. Похоже, она искренне переживала за впечатление, что оставит ее протеже. Но Шейла отвечала благодарностью. Что там, в своем дочернем поведении она была истая Корделия – вплоть до того, что называла Асперу Маленькой Мамой, не без подковырки.

И все-таки как мало Шейла нуждалась в чьей бы то ни было поддержке! Ее красота не так легка и отрепетирована, как у Асперы. Ее тело тоньше, лицо угловатее, чем допускает простой вкус. Грация ее идиоритмична. Но все это не имеет значения, ведь она богиня. Она полная луна, тогда как Аспера – полумесяц. Особенно притягательны ее глаза: узкие и голубые, так и играют жизнью: юркие, поблескивающие и – парадоксально – плоские. Это два начищенных до зеркального блеска щита, поднятых перед ней в знак одновременно и застенчивости, и предостережения. Волосы окрашены в иссиня-серый с металлическим отливом, что лишь сильнее выделяет холодный взгляд. Она напоминает мне Веронику – Веронику перед тем, как она состарилась. Да, чрезвычайно привлекательна. И юна, столь юна!

Хотел бы я получать то же удовольствие и от нашей беседы. Пример:

– Аспера рассказывает, мистер Риган, что вы знаете о мышах все.

– Я около сорока лет рассматривал их мельчайшие частички под микроскопом. Не то чтобы мимолетное увлечение.

– О, по-моему, это гадость, – произнесла она, наигранно передернувшись. – Мыши ужасные. Маленькие, ползучие – фу!

– Боюсь, моя чувствительность уже притуплена.

– А они есть у вас с собой – на корабле?

– Мы держим несколько в лаборатории, а также есть большой запас яйцеклеток во внешних холодильных хранилищах.

– Там, где находятся и мои? – спросила она с распахнутыми глазами.

– Да. Но, уверен, перепутать их невозможно, если вас это беспокоит.

Здесь, как и на Земле, женские яйцеклетки держат на льду. Еще никто не придумал лучше средства для проблемы, возникающей у бессмертных женщин с ограниченным числом яйцеклеток, и без этой довольно примитивной меры менопауза была бы неизбежна.

– Но подумать только, если бы все-таки перепутали! И если бы у меня родилась маленькая мышка! Или ребенок был бы наполовину человеком и наполовину мышью, как минотавр? Тогда бы я пустила его бегать по лабиринту. Там дело в хромосомах, да? И в генах. Аспера говорит, вы знаете каждый ген мыши. Должно быть, вы очень смелый. Но что вам осталось теперь, когда вы знаете все?

– Теперь, зная все, я создам бессмертную мышь.

– О, я бы на вашем месте этого не делала, пока не изучат контроль рождаемости. Вы же знаете, какие неприятности были у нас – даже с бесплатными противозачаточными для всех, – пока не открыли Морозильни.

– Это не насущная угроза. К сожалению, мы еще далеки от наших целей.

– «К сожалению»? Значит, вы правда настолько себя с ними отождествляете?

– Я говорю «к сожалению» потому, что, знай мы, как сделать мышь бессмертной, мы бы гораздо ближе подошли к пониманию причин и собственной мутации. И тогда смогли бы сделать бессмертными и смертных на Земле. Впрочем, знает Бог, даже если я что-то открою, не представляю, какой от этого прок в такой дали от Земли.

– Поэтому вы работали с мышами сорок лет и поэтому продолжаете работать теперь?

– Да. Правда, строго говоря, сейчас я не работаю. Я, так сказать, в отпуске.

– О, так нельзя! Если есть талант, его нужно применять, а не зарывать. Я, конечно, всего лишь танцовщица, но я никогда не зарою свой талант.

Я не понял, было ли это очередным лицемерием или она правда так молода, что верила в свои слова.

– А можно зайти к вам в лабораторию и посмотреть на мышей?

– Когда угодно.

– А потрогать?

– Да. На ваш страх и риск.

Она захлопала в ладоши.

– О, Маленькая Мама, скажи, что разрешишь потрогать мышь мистера Ригана!

Асперу заметно раздражала ее ребячливость – почти пародия на ее отношения с Шейлой. Но Маленькая Мать, хоть и побледнела, не могла отказать.

СРЕДА, 6 СЕНТЯБРЯ 2084 ГОДА

Сегодня Аспера принесла мою маску. Она великолепна, и меня переполняет благодарность.

Потом мы говорили о Шейле. Я раскритиковал легкомысленность девушки строже, чем считал нужным или чем заслуживала Шейла. Аспера согласилась – слишком поспешно, – но настаивала, что и у нее есть достоинства, путь даже незаметные мне. Я ответил, что очень в этом сомневаюсь.

– О, я тебя уверяю, – возразила Аспера.

– Значит, ты очень хорошо ее знаешь?

– Все-таки мы очень сблизились в ходе психоанализа. Процесс переноса – щекотливое дело в таком случае.

– Могу себе представить. – Я не стал уточнять, какие диагностические инструменты она применяла в своем щекотливом деле. Все было понятно и так.

– Ты же оставишь ее в покое, да, Оливер?

Я дал слово. Она поцеловала меня в щеку.

– Ты душка, и я тебя очень люблю. – И, несмотря на улыбку, с которой она хотела сгладить такие сильные слова, я думаю, это была правда. Тем печальнее.

ПОНЕДЕЛЬНИК, 25 ДЕКАБРЯ 2084 ГОДА

…И полночную тишь потревожить не смеет даже юркая мышь[192].

Два месяца! Больше. А что поделывал Звездный Мыш? Шпионил за микрокосмом, обессмерчивал своих собратьев-мышей. До сих пор без заметного успеха.

Хорошо, лучше всего на свете снова взяться за работу, ощутить знакомый укус этого жучка – любопытства. В лабораторию регулярно заглядывает Шейла, чтобы поахать над аномальными мышами, рожденными в моих экспериментах, но до сих пор я держал свое слово, данное Аспере. Мои разговоры с Шейлой ограничивались лекциями в моей области. Она потрясающе несведуща в науке, но схватывает на лету – и даже стремится к этому.

На некоторых уроках присутствовал Хатум, попавший под те же чары. Шейла этого то ли не замечает, то ли отказывается замечать. Она не сводит глаз с меня – и я злорадно мучаю Хатума зрелищем своего притворного равнодушия. И где теперь твое зубоскальство?

НОВЫЙ ГОД, 2085 ГОД

Мы вышли на конечную скорость и теперь просто мчимся, пока не придется притормозить для нашей первой остановки – тау Центавра, в нескольких десятках лет от нас. Есть, конечно, звезды и