Не хочу, как Русалочка! - Ольга Ивановна Коротаева

— Ваше величество! — Женщины заломили руки и опустились на колени. Они заговорили все разом, ведь никому не хотелось вызывать гнев морского царя. Тот был так же безжалостен к жёнам, как и настойчив с Урсулой. Вот только в поднявшемся гвалте было трудно что-то понять, кроме одного — в последний раз Ариэль видели у пещеры морской ведьмы.

И Тристрид метнулся туда, где пряталась от него желанная добыча.

Урсула была сильной, и её колдовство не позволяло царю проникнуть в пещеру без разрешения ведьмы. Но сегодня он легко вплыл внутрь и замер при виде множества картин, на которых было изображено лишь одно лицо.

Нетрудно догадаться чьё!

Рассвирепев так, что поверхность моря взбурлила и огромные волны поглощали утлые судёнышки жалких людишек, Тристрид разнёс убежище Урсулы, не оставив от скалы, в которой была пещера, камня на камне.

Уничтожив все картины, с трудом перевёл дыхание и приказал верным крабам, которые следовали за своим царём:

— Ищите угрей. Они должны знать, куда отправилась ведьма!

Там будет и Ариэль, царь не сомневался в этом. Видимо, дочь после очередной ссоры с Урсулой решила исполнить то, о чём мечтал сам Тристрид. Убить человечишку! Ведь это разобьёт сердце ведьмы, и она больше не сможет сопротивляться морскому царю.

Вот только глупышка Ариэль, желая помочь отцу, могла пострадать сама!

Глава 35

Эттриан

Возвращаясь к месту, где оставил Ариэль, я вдруг заметил брата. Дэйжин бежал так, будто за ним гнались все дикие кошки Номура.

Что случилось?

Миг посомневавшись, я крикнул помощнику:

— Отыщи Ариэль и приведи в мои покои!

— Что⁈

Нейг округлил глаза, но мне некогда было объяснять, что передумал и хочу жениться на русалке сам. До утра ещё много времени, значит, Ариэль пока ничего не угрожает. А вот Дэйжин мог вляпаться в очередные неприятности.

Я побежал, высматривая брата, и заметил, что тот входит в таверну. Отшвырнув при этом владельца, который решил поприветствовать важного гостя. Мелькнули мысли о Зелоте, который, скорее всего, остановился здесь.

Не к добру всё это.

Котлийцы были невероятно хитры и изворотливы. В морском братстве ходили байки, что неопытные продавцы, рискнувшие впервые вступить в торги с представителями Котлийи, чаще всего оказывались без товара и по уши в долгах.

Я припустил быстрее, чтобы предотвратить катастрофу международного масштаба, как внутри обнаружил и Дэйжина, и котлийца, и — к великому огорчению — Ариэль. Девушка сидела за столом и смотрела на злого принца Вазриана, а тот в свою очередь вжимал Зелота в стену и что-то засовывал ему в рот.

— Дэйжин, что ты творишь? — прошипел я и, оглянувшись, захлопнул дверь.

При виде меня Зелот встрепенулся и, изворачиваясь, улучил момент, чтобы просипеть:

— Помогите!

— Если собрался травить котлийца, надо было закрыть двери, — не обращая внимания на Зелота, продолжил я. — А теперь у тебя куча свидетелей, и отец будет недоволен. Может, перенесёшь расправу на другой день?

— Кто говорит, что я собираюсь его отравить? — хищно ухмыльнулся Дэйжин. — Лишь хочу, чтобы он съел то, чем собирался угостить Ариэль.

Я изумлённо глянул на девушку, а она виновато пожала плечами.

— Как можно?..

— Я уже объяснил ей, — перебил меня Дэйжин. — Если передумал мешать, тогда помоги!

Вынув кинжал, я приставил его к груди котлийца, но он упрямо отворачивался, отказываясь глотать еду. Пришлось немного надавить, чтобы на белоснежной рубашке выступила кровь. Ариэль вскочила и испуганно прижала ладони к щекам, а Зелот наконец сдался.

Когда Дэйжин убедился, что тот проглотил всё, до крошки, то отпустил котлийца. Зелот осел на пол и, мечтательно улыбнувшись, обнял себя руками. Жалобно посмотрел на меня:

— У вас есть зеркало?

— Думаешь, мы испортили твою смазливую мордашку? — ухмыльнулся я и, цапнув со стола зеркало, протянул мужчине. — На, любуйся!

К моему изумлению, Зелот жадно схватил его и уставился на своё отражение, рассматривая со всех сторон.

— Как же я хорош! Само совершенство! Жаль, нельзя жениться на самом себе…

Мы с Дэйжином растерянно переглянулись.

— Он хотел, чтобы Ариэль стала самовлюблённой идиоткой⁈

Девушка прыснула в кулак и помотала головой, знаками показывая что-то.

— Да-да, — отмахнулся Дэйжин. — У тебя очень изящные пальцы, русалка!

Ариэль в сердцах топнула и прижала ладонь ко лбу. Я же задумчиво произнёс:

— Или же эр напичкал еду приворотным зельем?

— Так Ариэль должна была влюбиться в него⁈ — хохотнул Дэйжин и махнул рукой. — Пусть теперь сам себя… любит! А девушка выйдет за меня.

— Нет. — Я наградил брата тяжёлым взглядом. — За меня.

— Что⁈ — У Дэйжина глаза на лоб поползли. — Ты сам просил жениться на ней.

— Передумал, — объяснил, осторожно перемещаясь к Ариэль.

Зная брата, легко предположить, что тот вот-вот взорвётся от гнева, и чем это закончится, неизвестно. Лучше нам с русалкой немедленно исчезнуть, потому что лицо наследного принца уже начало наливаться кровью.

Перехватив кинжал поудобнее, брат криво ухмыльнулся.

— Я не привык делиться игрушками, Риан. Даже с тобой!

Он двинулся на меня, и я приготовился к новой драке, как вдруг раздался страшный звон, и в стороны посыпались сверкающие осколки.

Распахнул шире глаза, Дэйжин медленно обернулся, а русалка, которая стояла за ним с медной рамой разбитого зеркала в руках, снова замахнулась и ударила.

— Ариэль! — бросился я к ней.

А брат рухнул на колени. По его щеке скользнула алая струйка. Губы принца шевельнулись:

— Потрясающая девушка!

И Дэйжин рухнул лицом в пол.

— Ты что делаешь⁈ — возмутился я, проверяя, жив ли брат. — Ты же могла его убить!

Русалка отбросила погнутую раму и, коснувшись крови принца, коснулась испачканным пальцем моего кулона.

«Что этому медведю сделается? Полежит, отдохнёт… Может, поумнеет к утру. А мне замуж надо, если ты не забыл. Или передумал жениться?»

— Как раз об этом думаю, — буркнул я. — Судя по всему, ты не женой хочешь стать, а сразу вдовой.

Глянув, как Зелот, рыдая, собирал осколки зеркала, а Дэйжин всхрапнул, я вздохнул:

— Впрочем, вариантов теперь нет. Здесь остался лишь один более-менее вменяемый принц. Осталось решить, где взять двух свидетелей, и можно искать жреца.

Тут на пороге, едва переводя дыхание, появился Нейг. В руках моего помощника, шевеля отростками и мигая глазками, сидел краб русалки.

— Есть свидетели! — выдохнул Нейг.

И мы двинулись к портовому жрецу, который жил в маленькой хибарке. Он опрыскивал зельями корабли, провожал в последний путь погибших моряков и иногда соединял любящие сердца. Не отказался и сейчас.

Зевая, он бормотал что-то невразумительное и качал брачным жезлом, когда краб вдруг выдал мужицким