Смерть зимы - Влада Ольховская

получал помощь у медиков, но при появлении Гекаты врачам пришлось прекратить. Если бы ей было дозволено вести себя как Воплощение, она бы и вовсе вышвырнула их вон – потом на него лейкопластырь наклеят, не развалится! Он был ранен куда легче, чем Марк, и это почему-то раздражало.

Но дипломату положено вести себя иначе, и Гекате пришлось остаться раздражающе вежливой. Хорошо еще, что Дагмару хватило совести не злоупотреблять этим. Он уже получил укол обезболивающего, поэтому смог отчитаться о случившемся.

Смерть зимы, значит… Паршиво. Геката прекрасно знала, что это за оружие. Разрушительная дрянь, представляющая опасность даже для Черного Города. С чего она вдруг вывалилась из небытия? Если бы она каждый раз появлялась в период истинной зимы, тут бы живых существ не осталось! Нет, то устройство, возле которого погибли кочевники, явно имело значение…

Возможно, продавцу игрушек каким-то образом удалось восстановить основные функции оружия. Ведь изначально смерть зимы и не должна была проявлять себя спонтанно! Мороз бил туда, где активировалась метка-маяк. Получается, продавец нашел такие метки и призвал силу, которая много лет оставалась на безопасной для людей высоте…

Главный вопрос сейчас в том, научился он делать новые маяки или где-то откопал старые. Если старые, все не так уж плохо: они могут быть использованы только один раз, да и вряд ли их сохранилось много. А вот если он разобрался, как их производить, у них серьезная проблема – еще одна, жемчужина в коллекцию!

Геката старалась думать только об этом и не думать о том, что произошло с Марком. Это падение, поток, который его унес… Он мог погибнуть! Да большинство людей погибло бы на его месте. А он выжил, опять справился… Она понимала, насколько глупо сокрушаться о прошлом: ничего ведь уже не исправишь! И все равно воображение с каким-то мазохистским злорадством рисовало мир, в котором Марка больше нет, и этот мир ей совсем не нравился. Вспомнились слова Агаты о том, что за некоторые мгновения нужно держаться, потому что они ускользают слишком быстро и порой навсегда. Гекате потребовалась вся сила воли, чтобы отстраниться от этого и сосредоточиться на разговоре.

– Что за хищные коровы вас атаковали?

– Мау́лы, – пояснил Дагмар. – Они тут обитают… Точнее, мигрируют сюда каждый год.

– Кто-то мог направить их против вас?

– Вряд ли. Мы далековато забрались… Это моя ошибка, но появление маулов предсказать невозможно.

– Они вели себя типично?

– Для своего вида – да. Они слишком глупы для дрессировки, просто если на пути попадется крупная стая, можно считать, что не повезло. Я очень благодарен Марку. Я этого не забуду.

– Хочется верить.

Она позволила медикам вернуться к работе и покинула холл. Геката вернулась в выделенные ей апартаменты, ей нужно было снова все обдумать.

Стадо маулов этих, скорее всего, действительно попалось на пути группы случайно. После череды снежных бурь многие хищники голодают, объединяются, выходят на охоту. Их даже никуда гнать не нужно – хотя раньше продавец игрушек таким занимался. Но иногда совпадение – это просто совпадение.

А вот использование смерти зимы совпадением быть никак не может. Как же это все не вовремя… Может оказаться, что очень скоро Семь Ветров превратятся в испытательный полигон перед тем, как начнется полноценная атака на Черный Город. Тем больше причин как можно скорее найти, в ком теперь прячется продавец игрушек, и сделать так, чтобы ему стало не до военных стратегий.

В дверь ее апартаментов постучали, и Геката сразу позволила:

– Входи, Мустафа.

Как бы она ни отвлекалась, контроль над окружением она не теряла. Она знала, что Мустафа должен был вернуться с переговоров в любой момент, он и так задержался. Возможно, узнал что-нибудь важное… Было бы очень кстати, хотя изначально она считала, что Кристе ничего не известно. Она потому и послала туда Мустафу: переговоры казались ей не слишком важными.

Оператор шагнул в бывший самолет, превращенный в апартаменты, привычно поклонился, занял одно из кресел. Он Гекате всегда нравился – возможно, потому, что в их прошлом было кое-что общее.

– Есть результат? – спросила Геката.

– Не тот, которого мы ожидали. Криста не знает, откуда взялись роботы, и пока не может сказать, имеет ли кто-то из ее людей к этому отношение. Она будет искать.

– Но ты пробыл там долго. На то, чтобы пообещать нам поддержку, у Кристы ушло бы минуты три.

– Она сообщила мне кое-что еще, – кивнул Мустафа. – То, что произошло до нашего прибытия. Это показалось мне важным.

Геката не стала спрашивать, почему же Криста не рассказала об этом раньше, догадаться и так несложно. На таких переговорах никто никому по-настоящему не доверяет, все боятся подставиться и вечно подозревают собеседника хоть в чем-нибудь.

Любопытно скорее обратное – то, что Криста все-таки решилась рассказать. Она доверилась Мустафе, зная, что рискует. Объяснений могло быть несколько, Геката не спешила с выводами, за Ветром квартала конструкторов еще нужно понаблюдать.

Пока же большее значение имело то, что Криста им рассказала. В очистительных сооружениях города обнаружили останки людей – причем обнаружили случайно. Если бы не поломка, тому, кто швырнул туда трупы, удалось бы скрыть свое преступление. Вероятнее всего, он проделывал это не раз.

После пребывания в отстойнике тела оказались в плачевном состоянии, и все же сканеры смогли определить, что они были расчленены до попадания в воду. Этих людей никто не искал, а значит, они не из Семи Ветров. Да и понятно, почему: продавец игрушек не будет гадить там, где живет. Похоже, он похищал беженцев, их учет никто толком не ведет, близкие есть далеко не у всех.

Это не могло быть убийством ради убийства, он таким не занимается. Похоже, он проводил тут какие-то эксперименты, так что к его ресурсам можно приписать и биологическое оружие.

– У нас набралось многовато указаний на квартал путешественников, – задумчиво произнесла Геката. – Пора заняться им поплотнее.

– Погибшие беженцы – след, ведущий туда, несомненно. Но что еще?

– Да хотя бы нападение, с которого началось наше пребывание здесь. Теперь его организацию приписывают Иовину, но покойников вообще очень легко обвинять. Хотя меня больше интересует не та диверсия, а ситуация с роботами. Я уже говорила: я не верю, что за этим стоят конструкторы, слишком демонстративно. Проводники? Тоже вряд ли. Уж точно не все, хотя я допускаю, что какой-то контакт у продавца игрушек там есть. Но разве путешественники не подходят лучше?

– Я понимаю… Я согласен с вами.

Он больше ни о чем не спрашивал, потому что разобраться действительно не так уж сложно. Беженцы часто прибывают большими караванами, притащить с собой они могут что угодно – вон, уже разбойников притащили! Их досматривают, но Геката видела, как это происходит, и не была