Тактик 15 - Тимофей Кулабухов

Глаза Эрика остекленели. Вся его тщательно выверенная система сдержек и противовесов, тонких договорняков и план по мирной передаче власти юному наследнику (которым он будет манипулировать ещё больше, чем папашей) рассыпались в пыль, раздавленные простым, но безупречно точным ударом грубой силы.

Силой, которая действовала под чужим флагом.

— Теперь у тебя, Эрик, есть только две дороги, — я перешёл к завершающей части плана, чеканя слова ультиматума. — Первый путь: ты продолжаешь цепляться за политические призраки, пытаясь удержать на троне покойника и его недееспособного сына. Тем самым ты погружаешь страну в гражданскую войну. Мало кто из лордов станет под знамёна чужака, главы шпионской сети и ребёнка. И это в то время, когда Маэн находится под прицелом Мёртвых богов и лишился единого командования. Такой выбор неизбежно приведёт королевство к гибели.

Я сместил фокус внимания на скрестившего руки на груди и несомненно понимающего, куда я клоню, принца.

— Вариант второй. Ты принимаешь обновлённую реальность. Прямо сейчас, не выходя из этого зала, ты признаёшь Гизака единственным дееспособным монархом, способным оперативно объединить ресурсы Маэна перед лицом божественной угрозы. Вы вместе используете весь свой скопленный дипломатический вес, чтобы местные лорды признали его легитимность без лишних затрат времени и солдат. При этом важно, чтобы вы сохранили лояльность Живым богам и не вздумали даже посматривать в сторону Мёртвых. Это важно. Кому кажется, что он может играть с огнём, тот должен помнить судьбу несчастного Назира. Да, народу надо объявить, кто виноват и про исключительную враждебность Мёртвых богов.

— Это ты просишь или они, Живые боги? — спросил принц.

— Я прошу. Прошу и советую. Боги не просят, ты же знаешь.

Гизак кивнул.

Эрик молчал. Он побелел, но несмотря на эмоциональность, он боялся что-то сболтнуть, хотя мыслей в его голове было много, даже слишком много.

Слишком много мыслей для успешных действий.

— Ты согласен, Эрик? По какому пути пойдёшь и поведёшь Маэн?

— Я думаю, — голос Гизака вибрировал от сдерживаемого триумфа, — переговорщик Эрик сделает правильный, прагматичный выбор во благо выживания нашего великого Маэна. Не так ли?

Внезапно, в наступившей тишине раздался словно удар молнии. Взрывная волна всколыхнула лежащие на столе карты и листы с записями.

Я остался на месте, готовясь принять на себя давление чужой силы. Статус полубога позволял мне выдерживать воздействие ауры бога.

Потому что сомнений не было, это припёрся цельный бог. Единственное что — доспех снова вырос на мне, наверное, в этом было что-то вроде рефлекса.

Огромный небожитель Григгас возвышался посреди комнаты, распространяя вокруг себя жар работающей доменной печи. Его горящий взгляд лениво мазнул Эрику, на долю секунды задержался на оцепеневшем принце и окончательно зафиксировался на мне.

Григгас выглядел всё таким же массивным, грубым и недовольным, как и при нашей встрече на захваченном алтаре в крепости Марка, но я заметил в его взгляде тень удовлетворения тем, как обстоят дела.

Интересно только, как он меня подслушал? Я же внутри пространства недоступности?

Бог сделал два тяжёлых шага, заставляя каменные плиты крошиться под подошвами его кованых сапог. Широкая ладонь, габаритами и плотностью напоминающая ковш экскаватора, с размаху опустилась мне на наплечник. Раздался гулкий металлический лязг. Колени протестующе скрипнули под колоссальным давлением, но я удержал равновесие.

— Шустрый ты, парень, рисковый, — пробасил Григгас. Его голос пустил мощную акустическую волну, заставившую вековую пыль обильно посыпаться с потолочных балок. — Был бы ты орком, я бы тебя ещё и похвалил.

Я не стал изображать благодарность.

Вообще-то его появление в мои планы не входило. Однако бог, несомненно, не только слышал весь разговор, но и посчитал нужным вмешаться лично.

Глава 10

Большое зло, огромное зло

Григгас убрал тяжёлую руку и слегка наклонился, сокращая дистанцию. В глубине его пылающих багровых глаз мелькнула откровенная насмешка.

— Так кто, говоришь, укокошил этого мозгляка Назира? — прогремел он, понизив громкость ровно настолько, чтобы вопрос прозвучал как приватный, но его слышали и другие присутствующие.

— Я тут ни при чём, это была группа диверсантов Мёртвого бога Озриса, — озвучил заранее подготовленную версию ровным тоном. — Нападение нежити и взрыв личного оберега Его монаршего величества. Большое горе, мы пошлём письмо с соболезнованиями семье погибшего.

— Мне можно выразить эти самые соболезнования, — с неприкрытым сарказмом сказал пришедший в себя принц Гизак. — Я ближайший родственник. Настолько ближайший, что наследник.

Бог орков медленно моргнул, переводя взгляд с меня на Гизака.

— Да? — раскатисто и иронично хмыкнул он, растягивая толстые губы в жутковатой ухмылке, обнажившей ряд внушительных клыков. — Ну, раз несчастный случай и происки врагов, значит, у нас с вами общие враги. Верно я говорю, Эрик Менсфилд из Ноттингема?

Григгас не собирался тратить время на раздумья о моей честности. Бог вулканов резко потерял ко мне интерес, перенаправив своё внимание на остальных участников затянувшегося совещания.

Его массивный торс развернулся, и локальная температура в помещении снова совершила резкий скачок вверх, заставляя воздух дрожать.

— Значит так, зарвавшиеся смертные, — голос Григгаса полностью утратил ироничные нотки, сменившись жёстким, низкочастотным рокотом надвигающейся лавины. — Слушать сюда и запомнить крепко-накрепко.

Он ткнул толстым, похожим на кусок камня в сторону принца.

— С этой секунды Маэном правишь ты. И не потому, что в твоих венах течет королевская кровь или у тебя завалялся какой-то там кусок пергамента с родословной. А потому, что так решил я, бог огня и вулканов! Троном ты обязан мне. Кланяться ты мне не обязан, потому что в тебе течёт эльфячья кровь, а не орочья. Ты меня понял?

Гизак заиграл скулами, потому что с ним не часто так разговаривают, но кивнул в знак согласия.

Удовлетворившись полученным откликом, бог орков перевёл тяжёлый, выжигающий сетчатку взгляд на англичанина. Эрик сидел, положил руки на стол и пытался уложить всё новые части мозаики в сложную головоломку мироустройства.

Очевидно, это он наложил божественную защиту. Так же все понимали, что разговоры с принцем он вёл исключительно еретические, иначе на кой хрен бы ему было скрывать свои переговоры от богов.

Понимал Эрик и то что пара-тройка фраз принца даст Григгасу формальный повод превратить низкорослого англичанина в кровавую лепёшку.

А вот чего он не понимал, так это моей мотивации участия в этой истории, а также того, почему бог его не убивает, почему бог хитрее, чем кажется на первый взгляд?

Например, того, что Григгас запросто мог бы дать нам самим всё уладить, но он демонстративно вмешался, чтобы показать, кто в