Гибнущий мир - Карина Крылова

спокойно можно попасть внутрь. Спустившись на этаж ниже, ты окажешься в комнате с секретарями, нужные нам записи должны быть на столе их главы. Аккуратно забираешь записи, возвращаешься – только в этот раз свернешь в сторону, выходящую на набережную, там у окна ждешь моего сигнала. Я поставлю лестницу, когда никого не будет рядом, и ты спустишься.

Отис провел рукавом под носом, точь-в-точь как типичный работяга, за которого себя выдавал. Его взгляд прошелся по крышам домов, останавливаясь на солнце, что уже начинало медленно клониться к закату, удлиняя гуляющие по городу тени.

– Аврелий, позвольте мне действовать самостоятельно.

Если Фэнрис и удивился внезапной просьбе, то виду не подал. Самоуверенность Отиса однажды могла обернуться неприятностями, но, с другой стороны, Фэнрис считал, что юноше необходимо больше самостоятельности, чтоб не слишком от него зависеть. С долей беспокойства он все же одобрительно кивнул.

Отис шагнул вперед, но в последний момент Фэнрис удержал его, схватив за потрепанный рукав рабочей одежды. Он пытался найти слова, которые не будут восприняты как оскорбление. Отис молчаливо ждал.

– Ты взял инструменты? – наконец спросил Фэнрис.

– Всегда ношу с собой. – Отис приподнял край одежд, делая вид, будто чешется, и показал спрятанный кинжал.

Только убедившись, что он вооружен, Фэнрис отпустил его и, хлопнув по плечу, занял место на противоположной стороне улицы.

Отис, шаркая одной ногой, двинулся в сторону нужного дома. Фэнрис отметил, что, несмотря на уверенность, которую его помощник показал ранее, нервозность его никуда не ушла. Мрачное предчувствие подсказало Фэнрису, что способ, который выбрал Отис, может ему не понравиться. Он полез в карман за своей маленькой книжкой, но застыл на месте: подойдя к дому, Отис зашел через главный вход в приветливо открытые двери.

На то, чтобы не кинуться следом за ним, ушла вся его выдержка. Фэнрис усилием воли подавил нарастающее беспокойство и заставил себя анализировать ситуацию. Так и не достав книжку, он убрал другую руку в глубокий карман и сжал рукоять стилета, направляясь вслед за Отисом.

Остановившись в тени у дома так, чтобы видеть вход и слышать, что там происходит, Фэнрис замер, в любой момент готовый сражаться. Через несколько невероятно долгих минут, во время которых он успел придумать эпитафию для дерзкого помощника, Отис вышел из той же двери, держа в руках светлую кожаную сумку, покрытую известковой пылью. Пройдя мимо лаэта, чтобы не привлекать ненужного внимания, он направился в ближайший переулок и скрылся за углом.

Выждав немного, Фэнрис двинулся вслед за ним. Едва сдерживая возрастающее раздражение и желание проучить Отиса, он с недовольством, сквозящим в каждом движении, посмотрел на помощника. Его светящееся от радости лицо немного остудило гнев Фэнриса.

– Объяснись! – Злость все же нашла выход в его словах.

Несмело улыбнувшись, Отис как можно мягче сказал:

– Они сегодня закончили строительство фермы, вечерней смены нет, потому что они отмечают, поэтому и двери так открыты. Никто меня не увидел, лаэт, даю слово!

Фэнрис устало прикрыл глаза. Злость постепенно отпускала его. Он должен был проявить больше терпения к Отису.

– В следующий раз это может не сработать.

– Я знаю, лаэт.

V

«Благородное» общество

Поговаривают, что лорд Аталейна любит участвовать в заговорах и строить планы, но мне он показался немощным и старым. Мало того, затворником, не выходящим за пределы дворца. Подданные же считают его человеком с добрым сердцем, мудрым правителем, готовым прийти на помощь. Видимо, безопасные стены, достаточное количество воды и еды позволяет им закрывать глаза на происходящее в Нижнем городе. Это не имеет ничего общего с милосердием, если хочешь знать мое мнение. Что же касается твоего задания, в Аталейне действительно есть человек, подходящий под описание, и у него в услужении целых две женщины, так что поторопись и найди мне сестричку.

Дракон-искуситель

Дверь кабинета, распахнувшись, ударилась о стену, и вместе с приторным запахом духов и вина в комнату ворвался незнакомец. Свет от лампы выхватил его фигуру в проеме, стоило тому сделать шаг вперед. На нем была дорогая одежда, пошитая из красного бархата. Благодаря покрывавшим ее узорам, выполненным золотыми нитями, она ярко блестела. Пояс и кошель, сделанные из хорошей кожи, говорили о богатстве. Но его русые волосы были растрепаны, а на высокие сапоги налипла грязь вперемешку с песком, и это совсем не сочеталось с дорогим одеянием.

Смерив сидевших в креслах помощников лаэта надменным взглядом, мужчина подошел ближе к столу, на котором высилась стопка старых счетных книг. К удивлению Айрин, он занял место, на котором обычно сидел лаэт Фэнрис. Его расслабленная поза, словно он был хозяином кабинета, заставила ее насторожиться. Сидящий по левую руку от нее Отис, который напрягся, стоило незнакомцу войти, не добавлял уверенности. Сейчас он молчаливо взирал на мужчину с каменным лицом.

Помедлив, Айрин незаметно прикрыла свитки, куда выписывала несостыковки за последние несколько месяцев поставок. Мужчина явно из благородных, в этом не было никаких сомнений, но он не вызывал доверия – ни манерой держаться, ни странным блеском в глазах.

– Налей-ка вина, девочка. Мне не нравится ждать, а твоего лаэта здесь, судя по всему, нет, – надменно протянул он.

Мужчина потянулся к столу – Айрин заметила, как дернулись пальцы Отиса, лежавшие у него на коленях. Но мужчина лишь поддел нож для вскрытия писем, перекинул его в правую руку и начал чистить грязь под ногтями. Застывшая от подобной бесцеремонности Айрин в неверии посмотрела на Отиса. Его напряженные руки немного расслабились и теперь свободно лежали на коленях. Почувствовав ее взгляд, Отис коротко кивнул. Айрин, обеспокоенная происходящим, встала и неуверенно принялась выполнять поручение.

– Лаэт Альтего не говорил, когда почтит нас своим присутствием. Если благородному лаэту угодно, он может оставить для него письмо.

Айрин позавидовала непринужденному спокойствию в тоне Отиса. Сама она ощущала повисшее в воздухе напряжение и никак не могла расслабиться.

– Разве я позволял тебе говорить? – Злость мужчины теперь слышалась весьма отчетливо, хоть он и был порядком пьян.

Когда Отис вскочил с места, Айрин чуть было не уронила кувшин с вином, но испытала небывалое облегчение, увидев, что он поднялся лишь для того, чтобы поставить перед посетителем маленький круглый стол, на который тот тут же закинул ноги. Обычно столик служил другим целям: лаэт Фэнрис любил пить чай, расставив на нем чашки. Нелегко будет избавиться от грязи, натекшей с сапог гостя.

С того места, где стояла Айрин, хорошо было видно, как мужчина изучающе смотрит на