Гибнущий мир - Карина Крылова

Опустив голову, он уставился невидящим взглядом на водную гладь и ненадолго замолчал и погрузился в раздумья.

– Она оказалась достаточно смышленой, чтобы обнаружить нестыковки в отчетах, что оставили для нас люди главы. Либо…

Замолчав, Фэнрис встал и вытянул согнутую правую руку до уровня плеч. Змея сразу же воспользовалась этим: обвивая тело хозяина, пробралась вверх, к открытой ладони, где устроила свою голову.

Фэнрис молча рассматривал фреску, на которой изобразили плескавшихся в воде полуобнаженных женщин, его взгляд потяжелел. Не в первый раз он задумался о том, придет ли когда-нибудь время, когда Аталейн можно будет считать настоящим оазисом, жемчужиной среди пустыни. Местом, где за благополучие города не придется бороться. Или они обречены потонуть в кровавых распрях еще на долгие десятилетия?

– …Либо они перестали таиться и находятся на финальной стадии приготовлений. Возможно, уже на днях глава нанесет решительный удар по силам лорда. – Фэнрис сделал два шага к бассейну, но остановился у самой кромки, где переливалась в свете свечей кристально чистая вода. – Давно я не спрашивал ни у кого совета.

Змея как будто смотрела на него с любовью, но, как и ожидалось, ничего не ответила. Фэнрис устало взглянул на нее в ответ, прежде чем тяжелыми шагами зайти по колено в воду, куда отпустил ее. Рассекая спокойную гладь, она проплыла к центру и там застыла. Фэнрис не сдвинулся с места, устремив взгляд на блестящую крышу дворца, видневшуюся вдалеке сквозь стеклянный потолок.

Внезапно вошедший слуга замер на пороге, застав эту картину.

– Лаэт, – испуганным голосом начал он, – пришел посланник из торгового союза, говорит, что по поводу налогов на мастерские.

– Приготовь приемную и одеяние.

Печаль из глаз Фэнриса исчезла, едва он услышал шаги позади. На лице вновь появилось привычное для всех мягкое выражение. Излюбленная его маска.

Слуга кивнул и вышел так же тихо, как и зашел.

Приемная была светлой и просторной. Огромные окна со стеклами, которые являлись отдельной гордостью Фэнриса, пропускали достаточное количество дневного света, чтобы не зажигать свечи. Гобелены делали кабинет более уютным и роскошным, массивный стол, покрытый темным лаком, со стоявшими по бокам от него креслами завершал картину.

В одном из кресел, уверенно опершись рукой на подлокотник в виде львиной головы, сидел ничем не примечательный посетитель. Одежда его была не плоха и не хороша – казалось, отведи от него взгляд, и тут же забудешь, как выглядел. На вошедшего лаэта он смотрел спокойно и уверенно. Фэнрис опустил глаза на затянутые в черную кожу руки и позволил себе мягкую улыбку – Отис с каждым разом постигал мастерство маскировки все лучше.

Заметив, что лаэт улыбается, юноша смутился. Образ загадочного ночного посетителя был разрушен. Он наверняка понял, что провалился, потому что всегда мог почувствовать малейшую перемену в настроении лаэта.

Фэнрис неторопливо прошел к столу, разлил вино в бокалы и подвинул один в сторону Отиса, молчаливо предлагая угоститься. Тот покачал головой. Впрочем, свой Фэнрис тоже не тронул, просто тянул время, ожидая, когда провожающий его слуга покинет комнату.

Садясь в кресло, он увидел появившиеся на столе два запечатанных конверта. Движение Отиса было едва уловимым, но в последний момент Фэнрис его заметил и негромко хмыкнул, выказывая свое одобрение. Постороннему могло показаться, что повисшая в комнате тишина полнилась напряжением, но на деле такая тишина была для них чем-то привычным, уютным.

Фэнрис по очереди вскрыл оба конверта и углубился в чтение. Отис молчаливо рассматривал гобелены. Один его интересовал гораздо больше, чем другие: на нем войска, поклонявшиеся богу Солнца – Светилу, – отвоевывали темный участок мертвой земли у последователей демона Куала. Контраст между темной и светлой сторонами невольно вызывал восхищение каждого, кто имел честь увидеть это творение.

Шорох сминаемой бумаги нарушил тишину, словно удар утреннего колокола.

– Значит, кузница. – Фэнрис сжал кулак, сильнее комкая бумагу. – Сомневаюсь, что в ближайшее время получится узнать что-то еще, можешь пока оставить этот вопрос.

– А что по поводу второго? – В мягком и приятном голосе Отиса чувствовалось раздражение.

Фэнрис смотрел на его напряженную позу и не мог не улыбнуться.

– Я принял к сведению. Дальнейшая слежка не нужна.

Отис кивнул, не отрывая взгляда от гобелена.

Когда они впервые встретились, Отису было столько же, сколько и Айрин сейчас. Он был необузданным глупцом, который выживал, участвуя в боях на арене. Благородные лаэты и иды готовы были выложить круглую сумму золотом, чтобы посмотреть, как бойцы проливают кровь. Не забери его оттуда Фэнрис, сейчас он был бы уже мертв. Подобная мысль ему не понравилась.

Глава гильдии железа устал быть на вторых ролях и задумал переворот, сговорившись с Чертогами. Заручился поддержкой магов. Фэнрис чувствовал, что они стоят на пороге ужасающего будущего. Последствия такого опрометчивого решения сильнее всего ударят не по Верхнему городу – возможно, Совет вообще не заметит никаких изменений. Он гадал, сколько у них осталось времени, прежде чем реки крови потекут по улицам Аталейна.

– Вы уверены, что Айрин не имеет отношения к лорду или главе? Слишком подозрительно, что она появилась именно тогда, когда мы в ней нуждались. Еще и такая смышленая, – спросил Отис. Лицо его не изменилось, но голос был полон напряжения.

Внезапный вопрос вырвал Фэнриса из размышлений. Он обернулся к Отису, который теперь смотрел на свои руки.

– Ты ведь расспросил людей, с которыми она пришла, разве еще остались сомнения?

– И все же. Их могли подкупить, они могли соврать…

– Прежде всего не нужно подвергать людей, переживающих кошмар наяву, оценке. – Фэнрис положил скомканные листы на край стола. – Они подтвердили, пусть и неохотно, что подобрали ее у Мальгаты вместе с загадочным спутником, похожим на ученого. Не думаешь же ты, что лорд или глава связались с ней заранее и способствовали ее появлению здесь?

Отис сглотнул.

– Нет, – тихо ответил он, – я так не думаю. Но продолжу за ней следить.

– Не переусердствуй.

Отис неторопливо поднялся из кресла.

– Как пожелаете, лаэт Фэнрис. Глава вербует людей очень быстро. Я не буду предпринимать никаких действий самостоятельно, но и вы, пожалуйста, от этого тоже воздержитесь. – В голосе Отиса сквозило едва сдерживаемое раздражение.

– Ты же знаешь, как я не люблю непрошеных наставлений. – Голос Фэнриса звучал устало.

– Это не наставление, а беспокойство.

– Мне порой кажется, что ты забываешь о том, на что я способен.

Отис поджал губы, впервые показывая эмоции на безжизненном лице. Он постоял молча какое-то время, прежде чем взять себя в руки и сказать:

– Я не сомневаюсь в вас, мой