"Фантастика 2026-55". Компиляция. Книги 1-26 - Александра Шервинская

мной иди, – всё так же неприветливо сказал гном, но я не собирался спрашивать, чем вызвал такое его отношение: мне, в общем-то, не было никакого дела до того, что думает обо мне какой-то явно рядовой обитатель крепости.

Мы свернули с площади в небольшой переулок, который вывел нас в жилую часть. В широкий коридор, хорошо освещённый невидимыми светильниками, выходили прочные двери, часть которых была открыта.

– Те, что не заперты – свободны, – гном упорно не желал встречаться со мной взглядами, – выбирай любую. В них есть всё, что нужно для того, чтобы переночевать. Поесть можно на площади, это бесплатно.

Тут он поморщился, и я прекрасно его понимал: для любого гнома слово «бесплатно» так же ненавистно, как для того же Максимилиана слово «сочувствие».

– Благодарю, – вежливо сказал я и под внимательным взглядом моего провожатого вошёл в ближайшую комнату: я не видел смысла выбирать, так как где именно провести одну ночь, мне было практически безразлично. Особенно после блуждания по Ирманской пустоши и ночёвки в шалашах и сугробах.

– Тут остаёшься? – уточнил гном и, дождавшись моего кивка, вышел, не прощаясь. Вскоре его шаги стихли где-то в каменном лабиринте, и я наконец-то смог оглядеться.

Комната, в которой мне предстояло провести вечер и ночь, была небольшой, но достаточно комфортабельной. Кровать, стол, два прочных стула, нечто вроде приземистого комода – вся эта мебель была сделана из дерева и выглядела более чем солидно. Окон, естественно, никаких не было, хотя в потолке располагалось небольшое прямоугольное окошко, через которое лился мягкий сероватый свет. Выходило оно на улицу или в какую-то большую пещеру, я не знал, да и какая , в общем-то, разница? Бежать отсюда я всё равно не собираюсь, и не только потому что наверняка заплутаю в этих каменных коридорах, но и потому что не вижу в этом смысла. На мою жизнь и свободу никто не покушается, завтра меня обещали доставить на берег – ну и смысл суетиться?

А вот насчёт поесть – это было бы неплохо, так как последний раз я хоть что-то успел перехватить перед тем, как подняться с Хигеном на обрыв.

Интересно, что всё же привело моего тренера, наставника, приятеля – не знаю, какое слово наиболее точно отражает наши отношения – сюда, в Ла-Тредин, где ему явно были не слишком рады. Что заставило его пожертвовать своей свободой ради того, чтобы доставить меня сюда? Или… или всё это было тщательно продуманной цепочкой событий? Если меня попросили привезти сюда, в как бы несуществующую крепость, кого-то, кто присвоил себе предназначенную другому силу, то, может быть, Хиген в своё время тоже получил задание: привезли в Ла-Тредин некого человеческого колдуна Каспера Даргеро? Возможно такое? Очень даже! Что ему пообещали за меня? А так ли это важно? Может быть, таким образом он возвращал долг, может быть, выкупал чью-то жизнь, может быть, искупал былые ошибки, кто знает? Да и имеет ли это теперь значение, ведь командор сказал, что мы больше никогда не увидимся, а я почти уверен, что такие, как он, не ошибаются. Ну что же… какими бы соображениями Хиген ни руководствовался, я признателен ему за то, что он выполнил взятые на себя обязательства. Иначе я так и считал бы, что захватить трон империи – это самое смелое желание, которое только может возникнуть у человека. А оказалось, что это не могущество, это всего лишь тень той власти, которой можно обладать…

Аккуратно положив свои немногочисленные пожитки на кровать, я вышел из комнаты, убедившись, что никакого ключа нет. Осмотрев дверь, заметил, что в ней нет замка: судя по всему, такого понятия, как воровство, в Ла-Тредине просто не существовало. Впрочем, как и понятия «личное пространство». Но вариантов не было, и я просто плотно прикрыл дверь, постаравшись запомнить её расположение. А то вломлюсь в чужое жилище…

Пройдя по коридору, я оказался на уже знакомой площади и, чувствуя себя не слишком уверенно, толкнул дверь в помещение, из которого отчётливо пахло едой.

Внутри было почти пусто: лишь за дальним столиком сидел уткнувшийся в тарелку человек да за стойкой возвышался настоящий великан. Он внимательно посмотрел на меня и равнодушно кивнул, мол, проходи.

– Мне сказали, что я могу перекусить в любом месте? – уточнил я, чувствуя себя достаточно неловко и от этого раздражаясь. – Это действительно так?

– Да, ты гость Ла-Тредина, значит, можешь пользоваться правами так же, как его постоянные жители, – кивнул трактирщик, – садись за любой столик, я принесу тебе поесть. Выпьешь?

– Нет, благодарю, – я отказался от выпивки, так как в этом странном месте предпочитал иметь голову свежей, не затуманенной алкоголем. – А вот от горячего чая или кофе не откажусь.

– Садись, я скоро принесу твой заказ, – трактирщик махнул рукой в сторону пустого зала и ушёл куда-то вглубь, видимо, на кухню.

Я выбрал столик в самом дальнем углу и уже собирался сесть на широкую лавку, когда незнакомец, которого я заприметил с самого начала, не поднимая головы, спросил:

– Какое время года сейчас в большом мире?

– Весна, скоро листья начнут распускаться, – охотно ответил я, – хотя по ночам всё ещё холодно…

– Весна… – задумчиво повторил незнакомец, по-прежнему глядя в свой пустой стакан, – а какой год?

– Вчера был 2239 от Возникновения, – хмыкнул я, – есть такая штука, приятель, называется календарь. Не пробовал пользоваться?

Мрачный посетитель трактира никак не отреагировал на мои слова, лишь склонился ещё ниже и прошептал что-то типа «неужели… так давно…»

Потом он встал и, не оглядываясь, вышел из заведения, и я вскоре забыл о нём, так как трактирщик принёс поднос, уставленный тарелками с простой, но сытной и вкусной едой. Только почувствовав аромат мяса и овощей, я понял, насколько проголодался.

– Будешь уходить, поднос поставь вот туда, – хозяин показал на несколько полок, приколоченных к стене, – у нас принято убирать за собой посуду.

– Как скажешь, – я и не подумал спорить: мне всё равно завтра утром предстоит покинуть это непонятное место, так что не стоит и привыкать к местным порядкам.

Поев, я, в соответствии с просьбой неразговорчивого трактирщика, поставил поднос с пустыми тарелками на полку и отправился в комнату, которую мне предоставили для ночлега. Отсчитав третью дверь справа, я вошёл и убедился, что на мои вещи никто не покушался, так как на кой они кому-нибудь сдались. После еды тянуло в сон, поэтому я снял сапоги, не раздеваясь, упал на кровать, прямо поверх покрывала, и моментально провалился в глубокий сон. Как ни странно, мне ничего не приснилось, словно