Обратный отсчет - Токацин

— Стрелковые соревнования, — разведчик еле слышно хмыкнул. — Всё-таки до них дойдёт? И аборигенов позовут? Интересно…

Гедимин задумчиво сощурился.

— Огнемёт, пожалуй, лучше не надо. С их комбинезонами… И ракеты… как проверить взрывчатый знак, никого не покалечив?

Вепуат щёлкнул пальцем по его броне.

— Да есть один способ… Если хочешь показать филкам, что эти штуки в самом деле работают. Сам знаешь, какой. То есть — я бы сказал, что лучше не надо. Но для их уверенности…

Гедимин покосился на свой скафандр и еле слышно помянул уран и торий. «Давно на мне оружие не испытывали. Скафандр выдержит. А вот Айзек с Гварзой…»

Часть 13

28–36 дни месяца Мысли. Равнина, Сфен Земли, долина Элид, Элидген — Сердце Пламени — Сфен Огня, город Шакха

28 день Воды, месяц Мысли. Равнина, Сфен Земли, долина Элид, Элидген — Сфен Огня

Проснулся Гедимин от шума дождя. Снаружи лило стеной. Вещи в шатре — и даже подстилки, уложенные в отдалении от неплотно пристёгнутого полога — были сухими, но гравий под ним едва заметно колыхался — где-то внизу по материковой плите сбегала река. Сармат нашёл её на сканере, оценил ширину и скорость потока, мельком удивился, что весь гравий вместе с постройками ещё не снесло с холма, но решил, что если местные аномалии ему на руку, пусть они действуют и дальше. Пристегнув полог поплотнее, он сел за стол и достал из карманов листки, исчерченные и чистые, и пригоршню завалявшихся деталей, обломков кости и камешков. «Значит, примитивное вооружение из местных материалов… и чтоб не покалечило владельца. Надо подумать…»

Полог заколыхался, потом раздался металлический грохот — кто-то в тяжёлой броне стучал кулаком о кулак. Гедимин недовольно сощурился.

— Вепуат? Чего не спишь? Погода нелётная! — он кивнул на потоки воды за спиной разведчика. Тот прошёл под пологом и остановился на пороге; по скафандру стекали ручьи.

— Вот именно — нелётная, — мрачно кивнул Вепуат, приподнимая и опуская чёрные перья — щитки его скафандра окончательно превратились во что-то странное, живущее собственной жизнью. Гедимин покосился на свою броню и подобрал со стола чертежи.

— Если ты не хочешь, я один пойду, — быстро сказал Вепуат, глядя себе под ноги. — Им нельзя без движения. А в такую погоду… сам видишь — какое тут движение!

Гедимин хмыкнул.

— Как они не вымерли до сих пор? Кто их таскает из Сфена в Сфен, когда погода нелётная?

— Сами улетают, — отозвался Вепуат. — И мои улетят, если спустить их с привязи. Ну а раз я их на ней держу…

Он развёл руками и покосился на дождь за шатром. Гедимин, спрятав чертежи под броню, поднялся из-за стола.

— Идём. Одному там опасно.

…Живые «чаши» туманников расправились, набухли и переполнились; вода ручейками сбегала по ступенчатым выростам, выливаясь на землю. На окраине лагеря аборигены перетаскивали бочки — первые, подставленные под свёрнутый из шкур водосток, уже наполнились. В мозгу Гедимина мелькнуло что-то про фильтрацию, кипячение и адсорбцию, но он тут же об этом забыл — мокрый Вепуат, выбравшись из шатра, сунул ему в руки пучок длинных просверленных костей. На плечах разведчика сидели недовольно хрюкающие и потрескивающие «трилобиты». Он прикрыл их защитным полем, но они видели дождь — и были согласны с Гедимином, что погода совсем не лётная.

— Вкопаем стойки там, у кратера, — на ходу пояснил Вепуат, стряхивая воду с лицевого щитка; её было очень много — штатные механизмы очистки не справлялись. — Чем больше мест для посадки, тем лучше. Были бы там деревья или камни…

— В кратере много камней, — напомнил Гедимин. «И прозрачного стекла,» — добавил он про себя. «В дипломатии я не понимаю, лезть не буду. Но ценное сырьё прямо под боком — и не взять… Трудно.»

— Не торопись, — качнул головой разведчик. — Сегодня мы идём с пустыми руками. Будь готов, если что…

Он коротким жестом указал на оружие за плечом Гедимина. Тот фыркнул.

— И ты опять поставишь меня спиной к этим… аборигенам? И как я при этом должен готовиться?

Вепуат уткнулся взглядом в гравий и жестом попросил Гедимина идти за ним.

…Сармат остановился за разломом, в шаге от костяных вешек — предупреждающих знаков — и удивлённо посмотрел себе под ноги. Структура пепла была нарушена не только ручьями, стекающими с брони пришельца, но и еле заметными кратерами от точечных ударов. Не сразу Гедимин понял, что он видит.

Над Сфеном Огня капал редкий дождь. Гедимин начал считать секунды между падениями отдельных капель в поле зрения — выходило от одной до четырёх. Сармат вяло удивился, что при такой «интенсивности» пепел успел подмокнуть — высыхать он должен был быстрее, чем его мочили. «Трилобиты», почуяв тепло, затрепыхались, но команда Вепуата их успокоила. Разведчик огляделся по сторонам и провёл ступнёй черту.

— Поставь стойки сюда. А мы встанем вон там. Как бы наискось, боком к холму. Ты… только не стреляй сразу, если что заметишь, ладно?

…Вепуат помахал в воздухе обрывком мяса и подбросил его на ладони. «Трилобит», вцепившийся в руку Гедимина, беспокойно шевельнулся, но сармат крепко держал шлейки, не давая ему взлететь. Вепуат кинул кусок на пару метров вверх и поймал его другой рукой. Ещё два «трилобита», пристёгнутые к стойкам, наблюдали за ним, беспокойно шевеля крыльями, но взлетать не пытались.

— Tza! — Вепуат, широко размахнувшись, швырнул мясо куда-то в низину. «Трилобит», сорвавшийся с руки Гедимина, мелькнул в воздухе, разворачиваясь боком, распластался у земли и вернулся к сармату. Куска у него не было, но Вепуат одобрительно хмыкнул.

— Поймал у земли, — пояснил он Гедимину, забирая у него шлейки. — Так, Чужак отработал, теперь — очередь Сокола. А Сокол, как пить дать, наестся пепла. Так себе из него перехватчик…

Он привязал Чужака к стойке и потянулся к шлейкам Сокола. Подранок, напоминая о себе, резко взмахнул хвостом, но Вепуат прошёл мимо. Что-то светящееся мелькнуло за плечом Гедимина, сармат развернулся — и увидел желтоватый силуэт на склоне холма, там, где шевелились странные дымящиеся растения. Желтокожее существо, окутанное свечением, наблюдало за чужаками. Ещё одно Гедимин увидел чуть ближе к вершине — оно припало к земле и выглядывало из-за шевелящихся кустов.

— Там Сэта, — вполголоса сказал он, поднимая руку в приветственном жесте. Яркая вспышка в кустах