Нартуган: Из огня и магии - Ануар Нурланулы Кошкарбаев

Они подошли к огромным воротам, возвышавшимся над Нартуганом, словно гигантский утёс. Девона дважды постучал ногой по полу.

— Вы пришли пройти испытание?

Дверь осталась закрытой, но из-за неё раздался отчётливый, гулкий голос.

— Да.

— Ваша цель — открыть эту дверь. У вас есть час. Если не справитесь, испытание будет провалено. Испытание началось.

Голос исчез, оставив их в тишине.

— Что теперь? Просто выбить её? — Нартуган был в замешательстве. Он не знал, что делать, и ждал совета от наставника.

— Похоже, чтобы пройти, нужно использовать эти кристаллы на стене, — сказал Девона. Он лишь пожал плечами — правила не позволяли ему раскрывать больше.

Тем временем лже-Салтанат и Ляззат брели по улице, разговаривая о скрытом мире магии.

— Я правильно поняла? Есть два мира: один магический, а другой — обычный, в котором мы живём? — Ляззат пыталась подытожить.

— Да.

— Магические существа проникли в наш мир, и из-за этого у некоторых людей появились такие способности, как у Нартугана?

— Именно.

— А мне, как обычному человеку, никак не овладеть магией?

— Только если заключить контракт и обменять что-то ценное, например, свою душу, на силу. Но даже в этом случае фактически магию будет использовать существо, выполняя твои пожелания, а не ты.

— Обидно как-то. Не иметь магии.

— Есть один безопасный способ. Он очень популярен в Европе. Люди без магических способностей могут использовать магические артефакты. Божественный запрет срабатывает, когда маг применяет способность рядом с человеком, но с артефактами всё иначе, ведь они уже содержат в себе магию. Однако в отличие от обычного использования магии, здесь сам человек становится её источником. Именно поэтому запрет не срабатывает — система не воспринимает его как мага в традиционном смысле. Как видишь, Мастер Далагут посвятил годы изучению этого вопроса и добился больших успехов.

— Артефакты? Типа волшебной палочки?

— Она может принимать любую форму. Сильные волшебники способны создать материю из собственной магии и наделить её предназначением. Как Девона — он выполняет задания, потому что запрограммирован подчиняться.

— Неужели Девона это артефакт?

— Техника та же, но у него есть собственный разум, и он плохо поддаётся контролю. А вот предметы — другое дело. Я могу дать тебе один из них, если хочешь.

— И что я должна сделать взамен? — Ляззат не верила, что может просто так получить что-то столь ценное.

Водяное существо исказилось в неестественной, почти хищной улыбке.

— Я хочу, чтобы ты использовала его на Нартугане.

— Так, стоп. Я не собираюсь причинять ему боль.

— О нет, она не причиняет боли. Напротив, моя священная амброзия помогает раскрыть чувства. Возможно, Нартуган наконец признается тебе в любви. Я же вижу, как вы смотрите друг на друга.

Ляззат вздрогнула и резко вскинула голову.

— Я… не знаю, о чём ты, — пробормотала Ляззат, стараясь казаться равнодушной.

Лже-Салтанат лишь загадочно улыбнулась.

— Ой, да брось. Я не читаю мысли, но мне не нужно. Это слишком очевидно.

Ляззат стиснула зубы. Было неприятно, что её чувства так легко разгадали, словно это было написано у неё на лице.

— Даже если так… Я не собираюсь использовать заклинания приворота! Это какая-то магическая шутка? — Её голос прозвучал резче, чем она хотела.

— Это не приворот, — мягко ответила лже-Салтанат. — Просто надень амулет, когда Нартуган будет рядом. Амброзия будет издавать приятный аромат и привлекать его внимание.

— А если она подействует не только на него?

— Амброзия не создаёт чувства, а лишь раскрывает то, что уже есть. Если у Нартугана нет к тебе тёплых чувств, ничего не произойдёт.

— Ты уверена, что это безопасно? — Ляззат колебалась. Всё это звучало слишком подозрительно.

— Абсолютно, — голос лже-Салтанат был мягким, почти успокаивающим. — Просто попробуй.

Несмотря на сомнения, Ляззат протянула руку и взяла маленький флакон с бесцветным маслом внутри.

Глава 11

Испытание № 3

— Эфирное оружие — не самое сильное и не самое быстрое в мире магии. Но среди волшебников оно самое популярное. Знаешь почему?

— Почему же?

Девона внимательно разглядывал настенные кристаллы, пока объяснял Нартугану, зачем они здесь.

— Оно само преобразует свет и может быть создано в любой момент. Это делает его невероятно удобным: его можно создать мгновенно, а затем так же быстро скрыть, если рядом обычные люди. У твоей матери есть особая версия этого оружия, её можно использовать даже в присутствии смертных…

— Так, у нас осталось сорок минут. Что мне делать, Девона? — Нартуган не сразу заметил, что простоял возле красочных минералов уже около двадцати минут.

— Ты же знаешь, я не могу тебе подсказывать, — карлик пожал плечами. — Давай лучше я расскажу, как эфирное оружие меняет форму и цвет в зависимости от своего хозяина. У твоей матери, например, оно карминовое. Знаешь почему?

— Подожди… — Нартугану показалось, что Девона пытается его отвлечь.

В его голосе звучала нарочитая небрежность, а взгляд упрямо скользил по стенам, избегая ворот. Казалось, он намеренно уводил разговор в сторону, стараясь сбить Нартугана с толку. Но подросток понимал, что сейчас важнее всего — решить задачу. Если Девона не мог дать ему совет, то не имело смысла тратить время на пустые разговоры. Собравшись с мыслями, он вновь принялся внимательно изучать огромные ворота.

Древние врата выглядели так, будто были созданы из редкого, таинственного материала. На ощупь он напоминал настенные минералы, но поверхность, отполированная до совершенства, была холодной и гладкой, словно застывшая вода. Нартуган долго изучал загадочные руны и символы, излучающие мягкое, пульсирующее свечение на воротах. Время от времени иероглифы меняли цвет — от тёплого оранжевого до глубокого синего, словно внутри камня скрывались мерцающие разноцветные лампы. Вокруг ворот располагались кристаллы, сверкающие и искристые, освещающие пещеру. Их сияние отражалось от стен и пола, заставляя всё вокруг мерцать и пульсировать.

Встав напротив двери, Нартуган чувствовал, как от неё исходит поток энергии — глухой, тяжёлый, словно сдерживаемая буря. Магия здесь не просто существовала, она шевелилась, дышала, жила. Сатир что-то бормотал на заднем плане, но Нартуган уже не слушал. Его злило осознание того, что двадцать минут испытания ушли на пустые разговоры. Он сжал кулаки, стараясь не терять концентрацию, когда вдруг тишину прорезал резкий женский голос.

— Тебе нужно избавиться от него. Рано или поздно он тебя погубит, — голос звучал спокойно, без тени сомнения.

— Кто это?

— Я и есть Врата Причала. Охраняю и в то же время испытываю. Ты даже не представляешь, как скучно стоять здесь веками и наблюдать, как приходят и уходят другие.

— И чтобы не стоять без дела, ты решила устраивать испытания? — Нартуган не видел никого. Он говорил