Песнь Ариадны - Guiltythree

Два Святых клана Белого Пера присоединились к битве за Небо Внизу, ведя своих воинов в смертельную схватку с омерзительными сосудами, защищавшими его — и теперь силы Домена Голода были близки к прорыву.

Сейшан приближалась к берегам острова, становясь всё сильнее и сильнее по мере того, как вокруг неё проливалось всё больше крови.

Дела для Мордрета складывались неважно… особенно потому, что его противник отказывался умирать.

Будучи Верховным Титаном, Мордрет был сильнее Астериона. Более того, он был гораздо более искусным воином, и его коварному хитроумию не было равных. Однако Порождение Снов заключал в своём Домене всё человечество, и поэтому всё человечество придавало вес его Воле.

Таким образом, сама реальность изгибалась, чтобы помочь Астериону победить, одновременно работая против Мордрета. Будто он сражался на дне океана, и огромный вес тёмной воды давил на него — его противник, напротив, был поддержан и защищён холодными течениями.

И всё же, несмотря на это, Мордрет снова и снова одерживал верх в жестоких схватках с Астерионом. Он избегал смертоносной грани Трансцендентной формы Морган и пронзал тело Астериона… он отрубал конечности Астериона, сносил ему голову, обескровливал его, пока вся поверхность небесной цепи не стала скользкой от крови, даже рассекал его надвое — снова и снова.

Даже когда его броня была разбита и разорвана, а десятки неглубоких ран усеивали его оригинальный сосуд… по крайней мере, тот, который даровало ему Заклятие Кошмара после Второго Кошмара, чтобы заменить тот, что был уничтожен Рыцарями Валора… Мордрет продолжал сражаться, нанося Порождению Снов смертельные раны.

Отчасти это было благодаря его собственной силе и мастерству, а отчасти благодаря тому факту, что одно из его Отражений всё ещё носило облик Кассии и поэтому могло заглядывать на несколько мгновений в будущее. Благодаря этому Мордрету удавалось сдерживать Астериона, несмотря на огромную разницу в весе их Воль.

Однако всё это было бесполезно, потому что Порождение Снов нельзя было уничтожить. Его тело было всего лишь проявлением идеи, и, пока идея о нём всё ещё существовала, он мог проявлять себя заново столько раз, сколько захочет.

Вероятно, существовали некоторые условия, такие как высокая цена, оплачиваемая эссенцией души, но, поскольку Астерион теперь повелевал всем человечеством, его эссенция была бесконечной.

И поэтому…

Тяжело дыша, Мордрет приказал своему мечу удлиниться в копьё и нацелил его на Астериона, заставляя улыбнуться свои бледные губы.

«Перестань пытаться отравить мой разум, старик. Это не сработает».

Сделав ещё один шаг вперёд и подняв свой меч, Астерион ответил на его улыбку своей.

«О? Я думаю, это работает прекрасно».

Мордрет не показывал этого, но был вынужден согласиться. Чем дольше они сражались, тем глубже когти Астериона вонзались в его разум. Он уже чувствовал странный, иррациональный порыв предаться отчаянию и отбросить всякую осторожность, бросив вызов Порождению Снов на дуэль душ — что действительно было хорошим вариантом, теперь, когда он думал об этом…

«Нет, идиот!»

Мордрет покачал головой, словно надеясь избавиться от мыслей, внушённых ему. Бросить вызов Астериону на дуэль душ было верным способом умереть, или, что ещё хуже, стать рабом. В конце концов, Мордрет был бы совершенно уязвим, если бы вторгся в обширную, зловещую душу Порождения Снов — и хотя он мог бы там отразить Аспект Астериона, он не получил бы преимущества от владения Доменом Голода.

Более того, даже если бы Мордрет победил и уничтожил душу Астериона, получив контроль над его телом… какой в этом смысл?

Идея Порождения Снов всё ещё осталась бы нетронутой, а это означало, что Астерион просто проявил бы для себя новое тело и новую душу.

Это было то, что Мордрету становилось всё труднее и труднее помнить. Вместо того чтобы ответить Астериону, он просто выставил копьё вперёд, снова бросаясь в бой.

Действительно, зачем Мордрет упорствует в таком бессмысленном деле?

Защищать Остров Чёрного Дерева, сражаться с Порождением Снов…

Естественно, потому что у Мордрета был план.

Это был отчаянный план, без сомнения… даже авантюра, в которой он должен был поставить на кон всё — включая свою жизнь. Однако он просто не видел другого способа одержать победу в войне против Порождения Снов.

Даже если бы Мордрет отступил сегодня и спрятался в Полых Горах, совершая налёты на территории Домена Голода из безопасных бесконечных туманов, он лишь отсрочил бы свою смерть. Астерион был просто слишком могущественен и слишком дьявольски коварен, и, уже завоевав мир, он не будет побеждён в будущем.

Единственный шанс остановить его был сейчас.

Итак, Мордрет привёл в действие свой последний, отчаянный план — не позволив Астериону прочитать его в своих мыслях.

Спрятать что-то от Порождения Снов было непросто, но из-за того, насколько обширен и фрагментирован был разум Мордрета, он едва мог с этим справиться.

Всё, что ему нужно было делать, это сосредоточиться на кровавой бойне битвы, на перспективах своих бесчисленных сосудов — все они тонули в мучительном море насилия — и на боли от того, что его резали и разрывали на части сотню раз каждое мгновение.

По крайней мере, пока, казалось, Астерион не знал, что Мордрет готовится сделать.

«Думаю, этого достаточно, ты не находишь?»

В голосе Порождения Снов слышалась нотка насмешки.

Когда Мордрет попытался стереть расслабленную улыбку с его лица остриём копья, взгляд Астериона внезапно стал холодным и безжалостным. Рванувшись вперёд с ошеломляющей скоростью, он схватил древко копья и легко раздавил его пальцами. Когда зачарованное оружие рассыпалось дождём искр, он уже был рядом с Мордретом.

Его ладонь столкнулась с чёрным металлом нагрудника Мордрета, и ужасная ударная волна сотрясла мир.

Мордрета отбросило на сотни метров назад, из его рта хлынул фонтан крови. Отскочив от залитой кровью поверхности небесной цепи, он прокатился ещё сотню метров и наконец остановился, слабо пытаясь подняться на ноги.

В следующее мгновение, однако, он отшатнулся и выругался. Астерион был уже рядом с ним, нанося смертельный удар алым клинком своего меча — хотя Мордрет увернулся, острый край всё же задел его поперёк груди, легко прорезав погнутый нагрудник и оставив глубокую рану.

По телу Мордрета потекла кровь…

И, в отличие от Астериона, он не мог просто проявить для себя новое тело.

Даже если у него и было мириады запасных тел на выбор.

Град разрушительных ударов обрушился на Мордрета, заставляя небесную цепь греметь и стонать. Астерион, казалось, был везде одновременно, его ужасающая сила заставляла дрожать и Небо Вверху, и Небо