Майор. Назад в СССР. Книга 16. Часть 1 - Максим Гаусс

— Наш, — сказал он. — Советский. Не экспортный. Но я не припомню, чтобы сюда поставляли оружие.

— Ну еще бы, кто-бы стал тащить сюда ствол иностранного производства?

Кто стрелял? В кого стрелял? Ответа не было.

Мы двинулись дальше по коридору, терялись в догадках. КГБ-шники напряглись, у них наверняка было с собой табельное оружие. Я свое светить не хотел, ни к чему это сейчас.

Я шел по центральной части коридора, изредка находя следы на бетонном полу — кровь, окурки, гильзы. Остальные брели за мной, глядя по сторонам.

Следы привели нас в центральную лабораторию.

Помещение было большим, с высокими потолками. Вдоль стен — стеллажи с приборами, колбами, какими-то устройствами. В центре — массивный стол, заваленный бумагами и схемами. На полу — еще гильзы, еще кровь. И тело.

Человек лежал лицом вниз, в белом халате, залитом кровью. Я подошел, перевернул. Мужчина, лет пятидесяти, с бородой, в очках. Мертв. Несколько пулевых ранений в грудь.

— Кто это? — спросил я, обращаясь к Дмитрию.

— Ученый, — ответил тот. — Работал здесь. Кажется, это Кузнецов. Антон Викторович.

— Вы его знаете?

— Встречались раньше, еще на материке. Хороший ученый и специалист.

— В какой области?

Дмитрий Александрович промолчал, а я не стал давить. Обстановка и так напряженная, а эти двое ее еще больше накаляют своим молчанием.

Я подошел ближе, склонился и медленно осмотрел тело. Рядом — портфель, разорванный, содержимое разбросано. Какие-то документы, фотографии. Я поднял одну. На ней — группа людей в белых халатах, стоят на фоне какой-то установки. В центре — человек, похожий на моего отца.

Я сунул фотографию в карман.

— Чем здесь занимались? — спросил я, поворачиваясь к Осипову.

Он молчал.

— Я спрашиваю, — повторил я. — Чем занимались в этой лаборатории? Что за эксперименты? Почему стреляли? Где все люди?

Он отвел взгляд.

— Товарищ капитан, — сказал он. — Не все вопросы можно задавать.

— А вы попробуйте ответить, — я шагнул к нему. — Мой отец работал здесь. Он пропал. Люди пропали. Вертолет сбит. В нем кто-то стрелял. И что-то мне подсказывает, что вы знаете, что здесь происходило. Я хочу знать правду.

Он посмотрел на меня. В его глазах было какое-то подобие страха. Или что-то другое?

— Это закрытая информация, — сказал он.

— Плевать на ваши грифы! — я повысил голос. — У меня есть допуск к секретам, но у вашей «Грозы» они другие. Свои собственные. Я здесь вовсе не для того, чтобы играть в шпионов. Я здесь, чтобы найти отца, а заодно понять, что тут произошло и помочь генералу Беркутову. И если вы мне не поможете, я найду свой способ! Итак?

Он молчал. Игорь Викторович стоял рядом, скрестив руки на груди, и тоже не проронил ни слова.

— Ладно, — сказал я. — Убедили. Тогда я сам найду ответы.

Я пошел дальше по коридору, освещая путь фонариком. Остальные, помедлив, двинулись за мной. Лаборатория сменилась жилыми помещениями — каюты, столовая, душевые. Везде — следы беспорядка, вещи разбросаны, мебель перевернута. Кто-то уходил в спешке.

Одна из комнат была с закопчеными стенами — значит, здесь был пожар? Очень странно!

Я заглянул в одну из больших общих кают. На койке — чей-то пустой рюкзак, фотография женщины и ребенка. Я взял ее, посмотрел. Потом положил на место.

— Где все? — спросил я. — Куда они делись?

— Может, эвакуировались, — предположил Дмитрий Александрович.

— На чем? Вертолет-то разбит. Судов здесь нет. Пешком не уйти.

Он не ответил.

Мы вышли к центральному посту связи. Аппаратура связи была разбита, провода выдраны из блоков. Я попробовал включить — бесполезно, даже признаков жизни не было.

— Связи нет, — сказал я. — И уже не будет.

— Что будем делать? — спросил механик, глядя на все это безобразие.

— Искать дальше. Искать выживших. А попутно нужно разобраться и понять, что же здесь произошло!

Мы двинулись вглубь комплекса. Коридор уходил вниз, в скалу. Стены здесь были грубыми, необработанными. Пахло холодом и сыростью.

— Там, впереди, — сказал я, показывая на дверь в конце коридора.

Мы подошли. Дверь была железной, массивной, с замком вроде того, что висел на входе. Осипов достал свою карту, приложил. Замок зажужжал, тоже щелкнул.

Дверь открылась.

За ней был просторный зал. С высокими потолками, с огромными окнами, за которыми — темнота. В центре — какая-то установка, похожая на реактор. Все было накрыто колпаком. Внутри что-то гудело, излучало тепло. Вокруг — приборы, экраны, провода.

Я подошел ближе. На установке — табличка с надписью: «Проект 82. Осторожно! Высокое напряжение».

— Что это? — спросил я.

— Энергетическая установка, — ответил Осипов. — Обеспечивала комплекс электричеством и теплом.

— Но РИТЭГ внизу…

— Он всего лишь резервный. Основной источник энергии — этот!

Я осмотрелся. Вдоль стен — стеллажи с какими-то ящиками, инструментами. На полу — еще гильзы, еще кровь. И следы, ведущие к двери в противоположной стене.

— Туда, — сказал я.

Мы прошли через зал, открыли дверь. За ней — еще один коридор, короткий, с несколькими дверями по бокам. Я заглянул в первую — пустой кабинет, разгромленный. Во вторую — склад, с ящиками, на которых написано «Осторожно! Радиация».

— Что здесь хранили? — спросил я.

— Образцы, — ответил Игорь Викторович. — Материалы для исследований.

— Какие исследования?

Он снова не ответил. Только выразительно хмыкнул.

Мы пошли дальше. Коридор закончился еще одной дверью — тяжелой, герметичной, с иллюминатором. Я заглянул внутрь.

Там была лаборатория. Большая, с длинными столами, заставленными приборами. На стенах — схемы, графики, какие-то формулы. В центре — массивный стол, на котором лежало что-то, накрытое брезентом.

Я толкнул дверь — она открылась. Внутри пахло химикатами, озоном и еще чем-то сладковатым.

Я подошел к столу, сдернул брезент.

Под ним был макет. Макет какого-то устройства — сложного, с множеством деталей, проводов, трубок. Похожего на то, что я видел в зале с реактором.

— Что это? — спросил я.

— Проект, — ответил Осипов. — То, над чем работали здесь.

— Какой проект?

Он помолчал.

— Создание нового источника энергии, — наконец сказал он. — Безопасного, дешевого, почти вечного. На основе изотопов.

Я посмотрел на макет.

— И что? Получилось?

— Не знаю, — он покачал головой. — Результаты засекречены. Но что-то пошло не так. Иначе бы мы не оказались здесь.

Я отошел от стола, осмотрел лабораторию. Увидел сбоку еще одну дверь, но на ней не было ни замков, ничего. На полу следы — кто-то заходил и выходил отсюда.

На самой двери только узкая полоса из стекла, которая была затонирована. За ней что-то тускло светилось. Вероятно, внутри помещения кто-то есть, а может и нет. Вдруг затрещали динамики, где-то под потолком.

— Кхр-кхр… Вы кто такие?