Пленники белых ночей - Ирина Ширяева

Но Митя слов не знал, поэтому ограничился солидарным танцем.

Тем временем музыка заиграла громче, темп ускорился. Окружающее псевдоводное пространство стало похоже уже не на стоячую воду аквариума – оно заструилось энергичным потоком.

Всеобщий веселый азарт охватил Митю и придал куража. Хотелось изо всех сил весело беситься, испытывая от этого примитивного развлечения щенячий восторг.

И вот! Разгоняя азарт до предела, безудержным водопадом загрохотал припев.

Его помнил даже Митя. Потому что этот мотив звучит нынче из каждого робота-пылесоса.

– Волна над шпилями сомкнется,

Кораблик килем вод коснется!

Все знали, какой кораблик имеется в виду. Кораблик на шпиле Адмиралтейства, дно которого в случае гибельного потопа наконец-то почувствует воду.

– Раз! Два! Три! Четыре! Пять! – грянула толпа вместе с певцом.

И Митя выкрикивал слова в унисон с остальными:

– Понесутся воды вспять!

Еще пару куплетов, охваченный общим ажиотажем, он скакал и орал вместе со всеми. Отпустить тормоза и слиться с толпой было очень здорово! Почему он раньше этого не знал? Хотелось прыгать и орать еще и еще.

Краем глаза видел, что рядом танцует, подпевает и улыбается Лиза. Это было невероятно весело!

Аплодисменты грянули как разрядка. Митя стал приходить в себя.

И что это было?

Ну надо же так органично вписаться во взрыв фанатского безумия! И главное, ему понравилось. Ему, который всегда норовит убежать от всяческого кучкования и массовости.

Митя знал, что это синдром психологии толпы. Но одно дело – знать теоретически. Другое – почувствовать на своей шкуре внезапно пробудившуюся сладкую гипнотическую управляемость.

А этот… как его… АлаSTAR не зря получает, говорят, миллионные гонорары. Сумел же со своей командой сделать из дурацкой песенки сладкозвучную истерию.

Ну ладно. Будем считать, что это практическое занятие по изучению эффекта больших масс скопления народа. Очень, кстати, полезное.

Он посмотрел на Лизу.

Та вовсе не выглядела удрученной. Совсем наоборот, опустив глаза, улыбалась тихой и опасной русалочьей улыбкой.

На востоке прорезалась узкая бледно-розовая полоска утренней зари. Белая ночь таяла, как кусок сахара в кипятке.

– Нам пора, – сказал Митя.

Он взял Лизу за руку, и они стали выбираться из толпы.

Наконец разгоряченная, гомонящая людская масса осталась позади. Самое время было не спеша проводить Лизу в Смольный. Тем более что вот-вот начнут ходить трамваи. А там, глядишь, и метро откроется – можно будет спокойно добраться до дома.

Однако после музыкального буйства Митин организм чувствовал себя раззадоренным и требовал очередного подзавода.

Хотелось эту неповторимую ночь закончить на какой-то высокой ноте. Поставить эффектную точку.

Митя невольно вспомнил своего отца в бытность того кавалергардом. И ту семейную легенду, когда вот так же под утро он с друзьями отправился на поиски ярких впечатлений.

И нашел такое впечатление в «Бродячей собаке» – на всю жизнь.

Мите хотелось, чтобы они с Лизой этим предрассветным утром тоже нашли друг друга. Ну если не друг друга, то что-то важное. Или хотя бы попытались найти.

Например, Лизину матушку, по которой она так тоскует.

– Как-то быстро закончилась эта ночь. Я и не заметил, – грустно улыбнулся Митя. – Но мы можем успеть еще куда-нибудь сходить.

– Куда? – несколько удивилась Лиза.

– Ну, например, в Ротонду. Отсюда на трамвае по Гороховой быстро доберемся, – предложил Митя. – Вы слышали про Ротонду?

– Ну конечно! – воскликнула Лиза. – Говорят, там исполняются желания. Нужно только написать на стене. Или на бумажке.

– Ну вот, вы и напишите свое самое заветное желание. Может быть, и сбудется, – заманивал Митя.

В то же время парень сильно рисковал. Ведь он не знал Лизу и не мог с большой вероятностью предположить, что она захочет написать. А она вполне могла пожелать, чтобы у нее случился роман со Стивой. Например.

– Да, да! Это очень интересно! – обрадовалась девушка и даже захлопала в ладоши. – Поехали скорее!

Глава 9

Ротонда

В пустом трамвае ребята быстро, как и сулил Митя, добрались до пересечения набережной Фонтанки и Гороховой.

Трехэтажный фисташковый по фасаду дом с белыми колоннами казался абсолютно ничем не примечательным. Глаз за него точно не зацепился бы, если бы не флер до сих пор не раскрытого предназначения этого на вид ординарного места.

Створка тяжелых чугунных ворот во двор оказалась немного приоткрыта. Наверное, намекая таким же, как Лиза и Митя, слишком поздним (или чересчур ранним?) посетителям, что можно войти…

Митя потянул за ручку, дабы расширить щель, и ворота сварливо заскрипели. Словно неосторожно разбуженный от зыбкого сна старик.

Ребята тихо проскользнули под арку и прошли в унылый желтый внутренний двор. Сюда выходило несколько рыжих железных дверей с серыми козырьками.

К одной из них, ничем от других не отличавшейся, Митя потянул спутницу.

На ободранное местами до прежней – синей – краски железо была скотчем кривовато приклеена бумажка: «Господа! Соблаговолите не стучать и не беспокоить жильцов. Извольте позвонить по телефону консьержа».

Митя позвонил по указанному номеру, и дверь скоро отворилась.

На пороге стоял здоровенный парень в казачьей форме. С залихватски закрученными усами и с шашкой на боку. Одной рукой он придерживал дверь, а другой прижимал к гимнастерке заложенный пальцем синий томик Блока.

Неожиданно. Однако Митю после давешней Дворцовой было уже ничем не удивить. Тем более что в месте с репутацией до сих пор не разгаданной тайны все непременно обязано быть странным. При этом не обязательно странно-гармоничным.

– Прошу! – консьерж сделал рукой гостеприимное движение. И посторонился, приглашая гостей зайти внутрь.

Митя пропустил даму вперед, а сам притормозил: надо было отблагодарить консьержа.

Вообще-то это не считалось платой, а расценивалось как добровольное пожертвование на поддержку Ротонды. Но надо же парню на что-то покупать пиво. Pardon! Полное собрание сочинений Блока.

Гость протянул консьержу купюру, и тот не стал отнекиваться.

Митя отметил, что получилось даже слишком щедро. Студент почувствовал себя пошлым купчиком, сорящим денежными знаками, чтобы произвести впечатление на красавицу.

Но как он сейчас понимал этих презренных купчишек!

Прощай, здравый смысл! Безумно хотелось, чтобы Лиза не была разочарована. Иначе зачем затевался этот спонтанный поход?

Лиза тем временем рассматривала знаменитую зелено-белую парадную.

Она представляла собой довольно стандартное по размеру пространство. Однако в эту обыденность была вписана неожиданная здесь круглая ротонда высотой в три этажа. С шестью колоннами и двумя обнимающими ее винтовыми металлическими лестницами.

Ни назначение постороннего для доходного дома сооружения, ни его автор по сю пору не выяснены.

Самая популярная версия утверждает, что здесь