Жизнь, которой не было. Том 7 - Денис Палимов

сыном, а с полицейским, будучи карманником. Примерно так я вёл себя в прошлой жизни, если приходилось сталкиваться с представителями закона. Хотя со временем научился неплохо держать себя в руках.

Нил выглядел иначе. Запомнил я его совсем другим. Он довольно сильно прибавил в весе, на лице добавилось морщин, глаза будто впали. Вроде бы прошло четыре года, а по его виду казалось, будто бы все десять, а то и пятнадцать.

— Что ты здесь делаешь? — спросил он после продолжительного молчания.

Вот серьёзно, именно этот вопрос его сейчас интересует больше всего? Действительно интересно, что же член семьи герцога делает на балу в императорском дворце? У него от шока мозг перестал функционировать и ушёл в режим ожидания, что ли? Или это такая защитная реакция?

— Пригласили, — сухо ответил я. — Мне больше интересно, отец: что ты делаешь вместе с герцогом Бартианом и дядей Карниусом? — проговорил я, хотя выдавить из себя «дядей» было не так уж и легко. Считать того человека своей семьёй вообще не хотелось. Очень жаль, что Лиштас достался такой хреновый отец.

— Сынок, я просто пытаюсь вернуть всё так, как было, — начал тараторить Нил. — Потерпи ещё немного. Знаю, что тебе очень тяжело, но скоро всё изменится, — сказал он, подойдя ко мне ближе и положив руки на плечи. — Каким же ты стал взрослым. Тебя прямо не узнать.

— Так обычно и бывает, когда не видишь подростка несколько лет, — вздохнул я. — И о чем вообще идёт речь? Почему мне должно быть трудно, и что ты пытаешься изменить, отец?

— Я пока не могу сказать, — покачал головой Нил. — Это всё слишком сложно, взрослые проблемы. Но ты должен знать, что я сделаю всё возможное, чтобы исправить сложившуюся ситуацию, — продолжил тараторить он, пытаясь заключить меня в объятия.

А Несса заявляла, что это я говорю расплывчато. О чём говорит этот человек вообще без ста грамм не разберёшь. Какие взрослые проблемы, какая ситуация сложилась? Так и хотелось спросить его: «дед, ты таблетки выпил?». Серьёзно, что он вообще такое придумал и чем занимался хренову тучу лет? Меня уже изрядно достало постоянно слышать эти его странные заверения. И так из последних сил держу себя в руках.

— Отец, — начал я без тени улыбки, отойдя на шаг назад, — что происходит? Расскажи мне, что случилось и с чем ты пытаешься бороться? Может, тебя шантажируют или обманывают? И давай всё-таки отойдём с дороги, — закончил я свою мысль, заметив, что людей на улице становится всё больше. Медленно, но верно аристократы покидали императорский дворец, хотя выйти за территорию, окружённую забором, всё равно не могли. Впервые я видел, чтобы охрана была настолько усилена. Даже огромная рогатая сова летала над нашими головами и что-то выискивала, накрывая огромной тенью всех вокруг и злобно «ухая».

— Хорошо, давай отойдём, и я тебе расскажу. Но не знаю, готов ли ты принять правду, — вздохнул Нил, с какой-то тоской и болью посмотрев на меня. Да что же у него произошло-то? Неужели и правда что-то серьёзное?

Отойдя чуть дальше, мы нашли какую-то беседку, рядом с которой почти не было людей, и сели друг напротив друга. Конечно, можно было отвести Нила в лабиринт из живой изгороди, но не хочется показывать ему место, где обычно отдыхает Несса.

— Так что же случилось? — повторил я вопрос, когда мимо беседки прошла какая-то парочка, что-то обсуждая на повышенных тонах. Поблизости больше никого не было, поэтому можно было продолжить разговор.

— Эдиус, — с трудом подбирая слова начал Нил, — все беды, которые происходят с нашей семьёй, случаются из-за одного-единственного человека — твоего деда, — сказал он, после чего замолчал и посмотрел мне в глаза.

Отлично! Он смог сделать непонятную ситуацию ещё более непонятной. Абсурд какой-то. Вроде на одном языке говорим, но в итоге хочется позвать переводчика.

— Пап, — начал я, пытаясь создать максимально дружелюбную атмосферу, — я ничего не понимаю. О каких бедах ты говоришь и причём здесь дедушка?

— Разве ты не видишь… — пробормотал Нил. — Неужели он настолько сильно тебя сломал, что теперь тебе кажется, что всё происходящее — это норма?

— Кто меня сломал? О каком «происходящем» речь? — с трудом сдерживая возмущение, спросил я, хотя глаз уже начинал подёргиваться. Я помню, Деорс говорил, что подобным стилем общения можно быстро вывести демона из равновесия, так вот — Нил идеально для этого подходит. Он уже и меня доводит до безумия. Если напротив него посадить Сэгундо, то он её в два счёта сведёт с ума.

— Эдиус, ты ведь понимаешь, что твой дед никогда не сделает тебя герцогом. Ты для него просто разменная монета, которую можно как угодно использовать. Выбросить, когда не нужно, а также вернуть, ради своих собственных целей. Он может подложить твою мать под любого мужчину, пользоваться твоей тётей, два года держать тебя неизвестно где, пытаясь таким образом показать свою власть. Этот человек опасен и безумен.

Твою-то мать… Я бы ещё поспорил, кто тут по-настоящему безумен. Нил собрал все слухи в один и каким-то образом родил такого странного мутанта в своей голове? Конечно, Зерос не образец для подражания, и быть на него похожим я бы не хотел, но что за чудовище из него лепит мой отец?

— И что же ты хочешь со всем этим сделать? — спросил я, понимая, что переубедить его вряд ли получится. Лучше подыграть и узнать, к чему вообще Нил ведёт.

— Я хочу забрать вас с матерью из того ужасного дома, — тут же ответил он. — Совсем скоро мы будем жить как раньше, втроём. Твоя мать больше не должна будет обслуживать мужчин, на которых укажет Зерос, а ты не будешь страдать только из-за того, что я являюсь твоим отцом.

Он вообще что ли вычеркнул из памяти то, что у меня есть брат и сестра? Или ему настолько плевать на них, что даже за людей близнецов не считает? Жить втроём… Ну да, ну да. Кто вообще внушил ему такие мысли? Вряд ли бы он всё это сам придумал.

— А с чего ты взял, что мы с мамой страдаем?

— Я прекрасно видел, как сильно изменилась Альвия. Герцог уничтожил её личность, сделал другим человеком. Да и тебя он выгнал просто потому, что терпеть не может. Он бы даже убил тебя, но пока удерживает, как рычаг давления на твою мать.

— Пап… а ты не думал, что можешь ошибаться? — спросил я, пытаясь максимально спокойно донести свою мысль, но остатки терпения медленно ускользали. — Дедушка уже давно не обижает маму, а также