Похитительница Ночи - Холли Блэк

Некоторое время, несмотря на различия, дела у них шли отлично. Чарли устроилась на подработку в «Цилиндр», получала множество подпольных заказов через Бальтазара и нескольких других знакомых. Хотя Марк иногда доставлял ей неприятности, он ценил, что она не гнушается трудом, и, конечно, радовался заработанным деньгам.

Выходные Марк отводил для музыки. Его группа претерпевала постоянные преобразования, принимая новых участников и меняя название. Чарли время от времени тусовалась с коллегами-барменами и рабочими с кухни. Ходила на выступления Марка и, глядя на него на сцене, на его сияющее от радости лицо, чувствовала, как сердце переполняется любовью – так сильно, что ей становилось больно.

Однако Марк периодически исчезал и отказывался говорить, куда. На кутеж? Или на заработок на стороне, к которому не хотел привлекать Чарли? А, может, и вовсе к другой женщине? Он злился, когда она давила, обвинял ее в недоверии.

Вспоминая, как собственная мать рылась в оставленном ее парнями мусоре, как проезжала мимо мест, где они обещали быть, чтобы проверить, там ли машина, Чарли замолкала и прекращала расспросы. Бывали и хорошие моменты, когда они с Марком лежали в постели, и он шептал ей на ухо: «Я люблю тебя до луны и обратно». Она пыталась сосредоточиться на положительном.

В конце концов все это стало неважным.

Однажды днем они гостили у брата Марка, Брайана. Будучи отставным военным, он поговаривал о том, чтобы стать полицейским. Марк считал, что это отличная идея, а Чарли не была так уверена.

– Эй, иди сюда, – позвал ее Марк.

Войдя в комнату, она обнаружила, что они смотрят видео, в котором сумеречник с теневыми крыльями объяснял, как сумел оживить свою тень после драки в баре.

– Что думаешь? – спросил Марк.

– Мне нравятся его крылья, – отозвалась она, до сих пор не веря в реальность магии.

– Будь мы темноделами, могли бы воровать книги для себя. – Марк объявил это так, словно Чарли подобная мысль никогда не приходила в голову.

Она вспомнила свои детские игры в притворство и то, к чему это привело. Подумала об одержимости Поузи разными способами становления сумеречниками: удушьем, гипотермией, сильной болью. Ничто из вышеперечисленного не гарантировало стопроцентного благоприятного исхода и являлось невероятно опасным. Поэтому Чарли вечно переживала, как бы сестра не натворила глупостей.

– Но мы не темноделы, – возразила она. – Такие, как мы, не обладают магией.

Вскоре после этого Творцы – банда альтерационистов под управлением Наместницы (до того, как она приобрела всеобщее уважение) – захотели найти мемуары, которые украл у парня из Атланты кукловод, предположительно живущий в Олбани, штат Нью-Йорк. Чарли и Марку поручили украсть их у другого вора.

– Без проблем, – заверила Чарли Наместницу и отправилась домой строить планы.

Пока Марк все это время не переставал бубнить о том, как несправедливо устроен мир, во главе которого всегда стоят сумеречники. Он не хотел идти на дело, а мечтал оживить свою тень.

– Все в порядке, – сказала тогда Чарли. – Я и сама справлюсь.

Марк лежал на кровати в их квартире, увлеченно играя в видеоигру.

– Они тебя не уважают, ты же знаешь.

Она положила голову ему на плечо.

– Я думала, что, пока у нас есть деньги, мы плюем на чье-либо мнение.

Он недовольно хмыкнул.

– Я внесла залог за дом, – сообщила Чарли.

Будь она человеком иного склада, попыталась бы избежать надвигающейся ссоры. Но, оставаясь самой собой, хотела ее ускорить.

– Это глупо, – отозвался Марк, отрываясь от игры, чтобы посмотреть на нее. – Ты воровка. Налоговики тебя сцапают, если прежде это не сделают те, кого ты обманула.

– Никто меня не поймает.

Они оба могли быть одинаково неразумными.

Марк рассмеялся.

– Ты хочешь стать роскооошной дамой. Жить в доме, обнесенном аккуратным заборчиком. И чтобы твоя сестра поступила в колледж.

– А ты хочешь целыми днями валяться в постели и ныть, что твоя тень такая же ленивая, как и ты сам.

Любое упоминание о Поузи действовало Чарли на нервы. Пока она собиралась, Марк топтался рядом, явно злясь. Однако перед тем, как она ушла, он решил извиниться.

– Слушай, прости. Сам не знаю, что со мной в последнее время творится, – сказал он, обнимая ее и чмокая в макушку. – Я буду скучать по тебе.

Обремененная семейным проклятием и падкая на любовь, Чарли поверила каждому его слову.

Как только она вернулась, Марк умыкнул книгу прямо у нее из-под носа, поскольку вбил себе в голову, что сможет обменять ее на оживленную тень. Чарли не была в курсе его плана, но не собиралась позволить ему сыграть ту же шутку, которую сыграла с ним в день их знакомства. Она подменила книгу, подложив вместо нее другую, и сделала вид, что ни о чем не подозревает.

Марк имел глупость потребовать плату, которая была у сумеречников под строжайшим запретом. Оживленная тень могла быть отсечена только от другого темнодела, и просить ее означало просить членов Ложи предать одного из своих.

Возможно, поэтому, когда Наместница обнаружила, что принесенная Марком книга подложная, она отрубила ему все пальцы на правой руке. И сказала, что ему еще повезло, ведь она могла бы отхватить руку до самого запястья. В конце концов, таким было традиционное наказание для воров.

Отныне с музыкой для Марка было покончено. Вот так он и лишился возможности заниматься единственным делом, которое действительно любил.

Чарли не могла предугадать, как поступит Наместница. Она совершенно не желала Марку подобной участи, но теперь это не имело значения. Ему было все равно. Он возненавидел ее. Так сильно, что они с Брайаном расстреляли ее машину, всадив в нее две пули и убив парня на пассажирском сиденье, Джоша Форда, чью фамилию Чарли в то время даже не знала.

Марк был худшим парнем. Худшим из худших.

Но, насколько ей было известно, единственный человек, которого Марк когда-либо убил, погиб случайно. А второй единственный человек, которого он когда-либо пытался убить, до сих пор оставался в живых.

И не был монстром.

Если прежде Чарли игнорировала связанные с Марком тревожные сигналы, то теперь сама бежала на них, как бык на красную тряпку.

Глава 15

Кнут и пряник

Наливая воду в кофеварку, Чарли ждала, что Ред расскажет ей о визите Розы. И потом, пока готовила яичницу, одевалась и представляла, как Аделина оценивает ее одежду. Передумав, она переоделась в рваные джинсы и футболку с надписью «Дайте мне кофе или убейте», чтобы наверняка уверить Аделину