Псы и чародеи. Книга 1 - Наталья Владимировна Резанова

древнем амфитеатре. Не упомянул он и о том, что, согласно Горонви, столь победоносно убитый князем зверь вовсе не был кутхой. (Впрочем, Фиахра подозревал, что Лайгде и сам это знает, но позволяет придворным восхвалять свою охотничью доблесть.)

Князя рассказ как будто позабавил, и он дал согласие посмотреть на провидца, если тот действительно заявится. Но увлечен этой затеей не был. Пока что его больше интересовала расчистка склона, над которой трудились десятки рабочих.

Для Фиахры все происходящее было еще одной головной болью. Неизменным побочным эффектом полезного дела. Счастливым свойством увлекаться тем, чем занят, Фиахра не обладал, и, может быть, на его должности это было только полезно.

На Лайгде такие ограничения никто не накладывал. И сейчас, вдыхая запахи свежей земли и сосен, пригретых солнцем, запахи, которые не могла перебить даже вонь немытых человеческих тел, чувствовал нечто вроде азарта.

Три цвета: зеленый – трава, кустарник и хвоя; коричневый – земля и стволы деревьев; и белый – камень. Прежде зеленый и коричневый господствовали, теперь же они отступали. Взгляду князя представал обширный ряд ступеней, вырезанных в склоне горы. Расходясь веером, они на две трети обхватывали круглую арену. На противоположной от склона стороне – там, наверное, тоже что-то было, но пока невозможно понять что. Туда рабочие еще не добрались, и высокая земляная насыпь оставалась на своем месте, храня под собой то ли тайну, то ли помойку.

Лайгде снова повернулся к амфитеатру, рукой прикрыв глаза от слепящего блеска. Если бы строение не занесло землей и песком, оно бы, как часто бывает со временем, приобрело желтоватый оттенок. Но под землей камень сохранил первозданную белизну. Белизну, уходящую ввысь по горе.

Князю Лайгде в молодости немало пришлось постранствовать. Он повидал величественные храмы Лейры, дворцы и замки Нанны, когда сватался к дочери великого герцога. Так что не был он наивным провинциалом, которого легко потрясти. Но такое сооружение? У нас, здесь, в Дробезе? И столетиями скрыто так, что и память о нем стерлась?

На какой-то миг он позабыл, что вся эта бурная деятельность затеяна лишь для отвода глаз. Воистину то, что является из-под земли, – чудо света! Пусть жители Дробезы гордятся им, а все прочие завидуют. Но что это было такое?

– Здесь некая тайна, мой господин. – Голос, который услышал Лайгде, будто отвечал на невысказанный вопрос. – Но нет сомнения – отсюда питалась мощь Старой Дробезы.

У стремени князя стоял человек, подошедший беззвучно. Охрана то ли хором зевала, то ли решила, что он безопасен, – и потому пропустила. Лишь Фиахра, о чем-то препиравшийся с главой надсмотрщиков у насыпи, издалека узрел пришлеца и поспешил к князю.

– Ваша светлость! – отдуваясь, вскричал он. – Это и есть Горонви, который…

Фиахра хватанул ртом воздух. Вопреки его ожиданиям, Лайгде вовсе не выглядел разгневанным. То ли у задыхающегося Фиахры был достаточно комичный вид, то ли его заинтересовали слова Горонви.

– А! Стало быть, провидец!

– Не совсем так, господин мой. Я объяснял почтенному Фиахре: мой дар – видеть то, что скрыто. Где бы оно ни было спрятано: в прошлом, в будущем, в душах людей…

– Очень удобно для розыска покраденного, – хмыкнул Фиахра.

– Погоди, Фиахра. Я сам поговорю с нашим гостем. Видишь, магистр, мой Фиахра не верит в чародейство…

– Он плохо бы исполнял свою должность, если бы был доверчив.

– Ну, чего ждать от Фиахры, я и сам знаю. А вот что привело сюда тебя, милейший?

– Желание услужить вашей светлости, – в голосе Горонви не было ни грана подобострастия. Так один светский человек разговаривает с другим. – Однако не стану скрывать – не только оно. Я хотел оказаться здесь, чтоб увидеть вот это. – Он провел рукой перед собой.

– Зачем?

– Чтобы понять, что это было такое.

Лайгде слегка нахмурился. Этот тип в самом деле прочел его мысли? Или просто угадал? В общем-то проницательному человеку для такого волшбы не надо…

– И как, удалось?

– Еще не знаю. Но у меня есть предположения. Вашей светлости наверняка известно, что в одних местах магия действует сильнее, чем в других.

– Что-то такое я слышал. Но никто не мог внятно объяснить почему.

– Наиболее распространенное объяснение, ваша светлость, что там к поверхности земли подходят так называемые линии силы, средоточия магической энергии, пронизывающей мир.

– Кровеносные сосуды, – бросил Фиахра.

– С какой это стати ты заделался знатоком магии? – осадил его князь.

– Не сердитесь на него, ваша светлость. В прошлом разговоре с господином Фиахрой я употребил это сравнение. И, подобно тому, как вены на руках стареющего человека отходят вглубь от поверхности кожи и становятся почти невидимы, то же и с проводниками магической энергии.

– Значит, магическая энергия здесь исчерпана, – разочарованно произнес Лайгде.

– Она ослабела… или отступила. Может, поэтому жители Старой Дробезы покинули ее, и экзархат пришел в упадок. Но исчерпана ли? Это я и хотел узнать.

– Красиво рассказано! Но я так и не дождался ответа на вопрос, что означает эта постройка. Как тут когда-то копились чародейные силы, было бы понятно, если б тут построили колдовскую башню, как в Лейре. А это больше похоже на турнирную арену или на то сооружение в Нанне, где проводят бои быков.

На сей раз Горонви пристально взглянул на князя. Возможно, он не ожидал, что Лайгде проведет параллель между амфитеатром и Тысячекратной Убийцей. В самом деле, что общего между этой сияющей на солнце белизной и мрачными стенами башни в Лейре? Однако ведь сообразил…

– Действительно, эта постройка как будто предназначена для представлений. Но что это были за представления, не сохранилось никаких свидетельств. Оттого я и обращаюсь к вашей светлости за разрешением использовать свой дар, чтоб исследовать это.

– И когда?

– Зачем нам откладывать? Я могу попробовать прямо сейчас.

– И что, никаких приготовлений? Ритуалов? Заклинаний? – В голосе Лайгде прозвучало недоверие. Все, что он когда-либо слышал о магии, противоречило словам Горонви.

– Все это будет позже. Когда мы приступим к глубинному изучению природы здешних сил. Но, чтобы заглянуть за грань, достаточно просто сосредоточиться.

– Что ж, посмотрим.

Горонви коротко кивнул и стал спускаться по склону. Лайгде следил за ним с любопытством, а Фиахра – с подозрением. Он не представлял, что мошенник выкинет, но догадывался, что от него можно ждать любой пакости. Хитер, хитер, неприлично хитер, знает, как подействовать на воображение его светлости.

Горонви вышел на арену. Песок и каменное крошево хрустели под подошвами. Силы здесь не было. Неужто все мертво, как мертв камень, из которого сработана эта гигантская чаша?

Горонви ни единым словом не солгал князю, как раньше не лгал Фиахре. Говорить правду порою выгоднее, чем лгать. Не всю правду, разумеется.

И сейчас он не старался обманывать Лайгде и хотел сделать именно то, что обещал. Это было нужно ему самому. Если притом удастся заодно произвести впечатление на князя – почему бы нет?

Горонви прошелся вдоль