Песнь Ариадны - Guiltythree

На самом деле, они проигрывали медленно, а не быстро, потому что среди них были Святая и Убийца, служащие бастионом, защищающим Теневой Легион, и острым клинком, вырезающим его врагов.

Санни на мгновение задумался, размышляя, будет ли мудрым призвать Изобилие, Кукловода или Крысиного Короля.

В конце концов, он просто взглянул на Нефис и Ананке.

«Ананке… тебе придётся уничтожить фантомов, которых украла эта мерзкая тварь. Тебе также придётся попытаться ослабить Птицу-Воровку насколько это возможно. Мы с Нефис справимся с этой отвратительной птицей, как только она уничтожит Архонта».

Наступило мгновение тишины, а затем Нефис спросила, напрягая голос, чтобы её было слышно в оглушительной какофонии:

«Ты уверен, что Архонт будет уничтожен?»

Санни задержался на секунду, а затем кивнул.

«Да».

Его мрачный голос звучал уверенно.

Это потому, что он заметил кое-что, наблюдая за схваткой двух божеств.

Бессмертный Дух, казалось, оттеснил Мерзкую Птицу-Воровку в оборону… но на самом деле, с каждым нанесённым им ударом что-то в бессмертном боге Пустыни Кошмаров менялось.

Это были золотые обручи, украшавшие древние кости гигантского скелета. Каждый раз, когда Птица-Воровка, казалось, едва уклонялась от его уничтожающих атак, всё больше и больше этих обручей исчезало бесследно.

На его посохе уже не хватало кристалла, а одна из его глазниц потеряла свою золотую оправу.

…Проклятая птица не отступала от Бессмертного Духа. Она просто была больше сосредоточена на том, чтобы украсть блестящее золото с его чёрных костей, чем на том, чтобы разобрать его кость за костью.

У Санни не было сомнений, что как только Птица-Воровка утолит свою алчность, Странствующий Архонт долго не продержится. Нефис просто кивнула, доверяя его словам. Однако у неё был другой вопрос:

«Как мы тогда навредим Птице-Воровке? Ты ведь уже видел это. Она легко стряхнула и твою убийственную Волю, и моё пламя».

Она слабо улыбнулась.

«Конечно, ни один из нас ещё не использовал всю свою силу. Даже если качества нашей Воли недостаточно, чтобы убить этого Ужаса, количество может сработать».

Санни пристально посмотрел на неё, сделал паузу, а затем тихо сказал:

«На этот раз наши атаки навредят ей — потому что ты ослабишь её Волю. Всё, что тебе нужно сделать, это заговорить с ней. Ты должна сказать…»

Он на мгновение замолчал, а затем ровным тоном добавил:

«…Лишённый Света, я приказываю тебе умереть».

Глава 2957

Водопад из ядовитых змей, заменивших волосы Ананке, извивался и шипел, их чешуя поблёскивала, словно тёмные драгоценности, в то время как её глаза пылали янтарным светом. Сжимая свой гарпун, она бросила последний взгляд на Нефис и Санни, улыбнулась и устремилась в битву против Волка и украденных фантомов.

Огромная туманность серебряных нитей тянулась за ней в воздухе, извиваясь, когда каждая нить шёлка устремлялась к вражескому легиону. Каждая бесконечно тонкая нить была острее бритвы, рассекая воинов Мерзкого Порождения, когда Ананке двигала пальцами свободной руки, натягивая её.

В то же время на них обрушился колоссальный мотылёк в урагане из нитей шёлковой тьмы, сея смерть и разрушение среди безмолвных фантомов.

С присоединившимися к Святой и Убийце Ананке и Кукловодом Теневой Легион должен был переломить ход битвы и уничтожить врага… собственных фантомов Санни… в ближайшее время — особенно из-за того, насколько смертоносной была Ананке в бою против них.

Санни и Нефис, тем временем…

Должны были противостоять Мерзкой Птице-Воровке.

Пока же они выжидали — его ужасная рана медленно исцелялась успокаивающим теплом её пламени, в то время как её боль успокаивалась холодным колдовством проклятой цепи, которую он выковал.

Они не собирались ждать, пока отвратительная Птица-Воровка уничтожит Бессмертного Духа, и намеревались атаковать, как только Санни исцелится.

«Скоро…»

Окружённые хаосом и резнёй, оглушённые громовым грохотом катастрофической битвы, Санни и Нефис наблюдали, как сражаются два падших богов.

Архонт выглядел столь же непреклонным, как всегда, но его движения казались напряжёнными. Его безграничная Воля, которая могла преобразовывать Ад Ариэля по его прихоти, теперь была подобна зверю в клетке — свирепая и яростная, но бессильная против несокрушимых прутьев своей клетки.

Этой клеткой была Воля Проклятого Ужаса, которому он противостоял — древнего, безумного создания, вернувшегося в мир живых после побега из Кошмара, созданного Заклятием.

Птица-Воровка пока просто отступала, каркая и визжа, чудесным образом избегая сокрушительных атак Архонта. И в то же время её ужасные глаза тлели всё более тёмной и страшной злобой.

С каждой секундой золото, покрывавшее обширные просторы огромного скелета, уменьшалось. Его посох уже был голым и тусклым, лишившись своего сияющего гребня. Его череп теперь был лишён украшений, и только корона всё ещё сияла в солнечном свете, словно золотой маяк.

Рёбра Санни срослись, и его лёгкие больше не булькали кровавой пеной. Его сердце тоже билось ровно — теперь оставалось только восстановить мышцы, чтобы он мог вступить в бой в наилучшей форме.

Конечно, он не сомневался, что его тело снова превратится в кашу к концу битвы…

К сожалению, Мерзкая Птица-Воровка не дала ему времени на восстановление.

Задолго до того, как Санни полностью исцелился, последний кусок золота исчез со скелета Странствующего Архонта. Мерзкая Птица-Воровка отпрыгнула назад, создавая дистанцию между собой и Бессмертным Духом, а затем подняла голову, подбросив что-то в воздух.

Схватив золотую корону клювом, Проклятый Ужас довольно каркнул, а затем устремил тёмный взгляд своих ужасающих глаз на Архонта.

Внезапно Санни почувствовал, как по его спине пробежал холодный озноб.

В следующий момент мир внезапно окутал ужасающий водоворот чёрных перьев, яркий свет украденных солнц утонул в их безумном вихре. Трепещущая белая мантия Архонта стала неразличима, его колоссальную фигуру почти невозможно было разглядеть в опускающейся тьме. И всё же Санни всё ещё видел ужасный силуэт Птицы-Воровки, сталкивающейся с возвышающимся богом Ада Ариэля, её когти пронзали его грудь.

Вцепившись когтями в рёбра Архонта, Птица-Воровка уселась на них и отбила его руки прочь своими безмерными могучими крыльями.

Затем она вонзила клюв в одну из пустых глазниц Архонта.

Издалека это выглядело так, будто ворона клюёт глаз мертвеца.

Конечно, Мерзкая Птица-Воровка не была вороной… а у Странствующего Архонта не было глаз.

И всё же, когда жуткий Проклятый Ужас отвёл голову назад, показалось, будто что-то тёмное и скользкое зажато в его клюве. Птица-Воровка подняла голову и проглотила бесплотную, извивающуюся вещь, которую украла из глубин существа Бессмертного Духа.

В следующий миг Странствующий Архонт странно замер.

Его руки упали, плечи поникли.

Его череп безжизненно откинулся назад…

А затем огромный скелет