Фантастика 2026-141 - Сергей Витальевич Карелин

В конце концов почти сразу за указателем, означавшим, что город остался позади, заехали на территорию, огороженную старым бетонным забором, сквозь покосившиеся ржавые ворота.

— Это раньше грузовая пристань была, лет сорок назад, — пояснял Григорий, лавируя между останками портовых кранов и ввалившимися внутрь грузовыми контейнерами. — Она давно закрылась, а новые владельцы часть территории превратили в склады. Стоят не сильно дешево, зато видеонаблюдения нет, так что можно мутить делюги хоть днем. Никто не узнает. А насчет охраны не беспокойся — если ее не видно, не значит, что ее тут нет. Так что тут эта, как ее… полная конфе… конфу…

— Конфиденциальность?

— Да, она самая!

Я кивнул, одобряя выбор Григория. Камеры нам не нужны — это лишние следы. А с возможными ворами если не разберется охрана, разберусь я. Пару ловушек сделать — дело нехитрое.

Машину Григорий подвел к целому кварталу из грузовых контейнеров, выставленных аж в четыре этажа. На второй, третий и четвертый можно было забраться по лестнице и дойти по металлическому балкону. Углубились внутрь, оказавшись в сумерках, и Пантелеев остановился возле ничем не примечательных железных боксов.

— Эти четыре наши, — сказал он, показывая рукой на двери с числами со «113» по «116».

Внутри были электричество и свет, морозильные лари, холодильные установки, стеллажи, небольшие контейнеры. В одном из боксов, с номером «114», стоял небольшой стол по центру, возле которого мы с Григорием и остановились. Я выставил несессер, а он выложил несколько обмотанных пакетами пачек денег.

— Продал остатки с нашей последней вылазки. Здесь около миллиона рублей, — почесал лысину Григорий. — Но больше торговать нечем.

— Хорошо, — сухо ответил и, открыв сумку, стал выставлять зелья на стол. — Теперь продавай это, как договаривались. Деньги на этот счет, — выложил из кармана заранее подготовленную бумажку с реквизитами Листницкого. — Отмывать будем через этот благотворительный фонд.

— Ловко, ловко… — уважительно покачал головой Григорий. — Вот о чем вы там с бароном терли за широкими дверями, хех! Говорю же, бугор…

— Нужно все продать к следующей пятнице. Дальше — бал, и начнем работать с аристократами напрямую…

На этих моих словах Григорий поперхнулся и закашлялся.

— Вот так сразу? Найдутся те, кому это дубовым пряником поперек глотки встанет… — просипел он.

— Вопрос с крышей я уже решил.

— Ладно, понял, — сдаваясь, вытянул вверх руки Пантелеев. — Масштабно работаешь…

— Да, кстати, о масштабах… — Григорий удачно напомнил мне еще одну мысль. — Надо масштабировать производство, потому что спрос будет расти со временем. Сведи меня с тем алхимиком Барона.

— Это тебе не в дулю свистнуть… Но я сделаю, бугор. Я… как бы это сказать, верю тебе, что ли? В общем, вот.

Я вытащил из кармана телефон, чтобы узнать время. Все вопросы были утрясены, пора было возвращаться. Вернулось беспокойство по поводу Романа, но телефон показывал, что здесь связь не ловит. Видимо, город из железных складов блокировал сигнал.

Какая капризная технология…

— Поехали в лавку, Григорий, — сказал я. — Нужно закупиться. Кое-что купим сейчас, а остальное найдешь по списку, который дам.

— А я думал, мы за хабаром поедем. Подготовился даже… — разочарованно прогудел водитель, закрывая за нами дверь.

— Бал в пятницу слишком важен, нужно много зелий, — ответил ему. — Некогда лазить по руинам. Но в планах у меня есть как минимум еще одна вылазка.

— Понял! — радостно осклабился Пантелеев, показав свои слегка желтые и широко стоящие зубы.

Когда выехали с территории складов, телефон неожиданно просигналил. Пришло сообщение от Романа, которое я прослушал. Друг говорил, что его отправили на усиление из-за каких-то… бунтов?

— Ты что-нибудь слышал о беспорядках в городе? — спросил Григория, пока мы въезжали обратно в город. — Давно они идут?

— Да ты новости вообще не смотришь? — удивился водитель. — А причина… причина в тебе, бугор! — сказал он и сделал радио погромче.

Глава 24

— Не понимаю, о чем ты, Григорий… — начал я возражать, но тут вслушался в слова диктора новостей на радио.

— … охватили стихийные бунты, — сухо чеканила женщина в колонках. — Разрозненные группы простолюдинов бессистемно атакуют кафе, рестораны, лавки и небольшие предприятия, принадлежащие дворянскому сословию Империи. Используют камни, бутылки с зажигательной смесью и перцовые баллончики. Ситуация быстро переходит в разряд критической, полиция и экстренные службы не справляются с обилием погромов и пожаров. Число жертв среди гражданского населения продолжает быстро расти… В некоторых городах уже вводится комендантский час, патрули полиции усиливаются подразделениями армии Империи и дворянскими дружинами. Мы просим всех, кто нас слышит, сохранять спокойствие и стараться не выходить из дома без крайней на то нужды.

— Звучит, как апокалипсис… — нахмурился я и посмотрел в окно на мирно спящие в субботнее утро окраины. — Но в то же время…

— А ты туда глянь… — наклонился над рулевым колесом Григорий и взглядом указал вперед.

Последовал его примеру и посмотрел. Серая дорога тянулась к центру между невысокими старыми домами, а впереди из-за их крыш в пасмурное небо поднимались небольшие столбы черного дыма.

— С ума сойти, — прошептал я, пораженный увиденным. — Но ведь все было нормально еще вчера, я уверен! И при чем здесь я?

— Сразу видно, человек в интернет не заглядывает, — покачал головой Григорий. — Это уже пару недель как началось…

— В интернете? — еще больше удивился. Никогда за всю прошлую жизнь не встречался с бунтами из интернета. — Давай-ка по порядку, Григорий. Что началось? Когда и как? И при чем здесь я?

Григорий снизил скорость машины и поплелся по правой полосе дороги. Задумчиво провел рукой по лысой голове и вздохнул:

— Ладно, попробую по порядку. Весь этот кипеж…

— И по-русски, пожалуйста.

— Волнения народных масс, — старательно исправился Григорий, — начались совсем недавно, но перед этим… Когда точно все это начало выплескиваться на улицы, я тебе не скажу, бугор. Просто… народу надоело.

— Надоело что-то конкретное?

— Ага, — кивнул Пантелеев. — Умирать надоело. Ты, может, не заметил, но за последние десять лет резко увеличилась смертность среди старшего поколения… А хотя да, я-то молодой, а ты еще моложе. В таком возрасте по сторонам мало смотришь.

Мне не понравилась легкая снисходительность, промелькнувшая в голосе Григория, но я решил не цепляться к этому. Во-первых, почти плевать, во-вторых, мне нужна информация, а не ее эмоциональная окраска. Отчасти Григорий был прав: я не смотрел по сторонам, так как был занят работой.

— С другой стороны, — продолжал водитель, — молодые больше времени в социальных сетях проводят, а там-то все и стало набирать обороты.

— Я не сижу в социальных сетях, Гриша, — перебил его. — Это пустая трата времени. Ближе к делу.

— Да-да, понял тебя… Короче, расклад такой