Фантастика 2026-141 - Сергей Витальевич Карелин

все-таки реальная личность… Алхимию запретили не просто так. Она убивает людей. И любой, кто поверит в россказни, что какой-то подпольный зельевар спасает жизни своими настойками, рискует свою потерять…

— Да что ты несешь⁈ — прервал речь барона другой голос, грубый, слегка хриплый, и очень злой. Видимо, Воронцов. — Просто он таким, как ты, вашбродь, поперек горла встал. И вы боитесь! Боитесь, что люди за ним пойдут и свергнут вас всех…

— Пф… Кишка тонка, — ответил барон.

— Давид Воронов тоже так думал, пока не сгорел вместе со своим особняком! Развели там рассадник греха и лжи, измывались над простыми людьми, а он, как вы говорите сказочный персонаж, уничтожил этот гнойный нарыв! Ой, а вы, вашбродь, случайно, не поэтому его не любите? Если проверить файлы Воронова, я ведь вас там не найду, верно, барон?

— Как ты говоришь со мной, смерд… — ядовито процедили колонки голосом барона.

— Господин Воронцов, давайте без инсинуаций! — почти выкрикнул с паникой в голосе ведущий. — И соблюдайте этикет, вы говорите с бароном, а не с прохожим с улицы! Иначе я буду вынужден попросить вас покинуть студию.

— Да он просто боится, что Алхимик сейчас где-то рядом или слушает нашу передачу, — зло рассмеялся Воронцов. — Вдруг вы следующий, а, господин барон? Вот и взяли вас на прицел! Целый полк полиции с кучей вертолетов не смогли поймать его тогда, на острове.

— Опять эти сказки про летающего алхимика, да? Прям массовое помешательство какое-то… — усмехался барон Гаманов.

— Это не сказки, весь город видел этот выпуск новостей. А кадры до сих пор по сети гуляют.

— Какой еще выпуск новостей? Не было никакого выпуска. Массовая галлюцинация, не более. Про эффект Распутина слышали? Вот то-то и оно. Погуглите в вашем интернете, если не знаете, что это…

— Такой выпуск! Посреди ночи весь город проснулся от этого выпуска.

— Ага, ни одного кадра до сих пор мне никто не смог показать. Такие, как вы, горазды лодку раскачивать и больше ничего, — засмеялся барон. — А ночью я сплю. Использую, кстати, снотворное от «Воронов». Прекрасное средство: сплю крепко, как младенец, и просыпаюсь полным сил.

— Гривенник золотой тебе за эту рекламу заплатили, барон? — выйдя из себя, закричал Воронцов. — И вы, и Вороновы — одного поля ягоды! Как-то подозрительно много долгожителей стало среди вас, дворян, а мы, простые люди, старость можем не встретить! Да будь моя воля, я бы каждого из вас…

— Пошел вон, провокатор! — теперь уже закричал барон.

— Господа, я вынужден обоих попросить удалиться! — перекричал всех ведущий. — Охрана!

В колонках раздалась глухая возня, перемежаемая всхлипами, кряхтением и недовольным возгласами. Но вскоре установилась относительная тишина.

— Они что, барону руки заломали? — удивился я, всецело захваченный происходящим в невидимой студии.

— Ага! — довольно осклабился Григорий. — Да ты не парься, бугор, во-первых, шоу, а во-вторых, эту студию один богатый герцог держит. Что ему претензии этого Гаманова…

Тем временем шоу продолжилось, хотя я ожидал, что передача в итоге прервется.

— Прошу прощения у наших слушателей за этот инцидент, — вновь заговорил ведущий. Голос его опять стал спокойным и ровным. — Сейчас многие из нас на взводе из-за происходящего. Господин Потапов, вы на удивление молчаливы. Торговая Гильдия не дает комментарием по поводу происходящего?

— Что тут скажешь… — услышал я знакомый голос Авдея, с которым совсем недавно заключил сделку. — Члены нашей гильдии страдают не меньше во время этих беспорядков. Люди сейчас даже просто успешного предпринимателя считают за дворянина и громят кафе, торговые лавки и склады. Кто бы ни стоял за этими беспорядками, он вредит в первую очередь собственной стране и бизнесу, чем дворянскому сословию.

— Очень мудрые слова, господин Потапов. А что насчет алхимика? Или даже Алхимика, с большой буквы.

— Думаю, он реальный человек, который преследует свои цели. Просто кто-то хочет использовать его образ себе на руку. А на самом деле ему нет дела до борьбы со сложившимися устоями общества…

На этом я уже не выдержал и выключил радио. Авдей говорил лишь ту правду, которую он во мне увидел. Зачем? Этого я не знаю. Стелил себе соломку на будущее, если наша сделка станет достоянием общественности? Мол, я понятия не имел о его целях и так далее. Или еще что? Хм, нет, скорее, он, как и любой торгаш, пытался почуять, куда ветер дует, чтобы вовремя свой флюгер развернуть.

Но Авдей был не прав. Мне не «нет дела» до борьбы с устоями общества. Наоборот, я это общество намерен разрушить до основания, чтобы построить новое — без Порчи, что отравляет мир.

Но должен заметить, обстоятельства складывались не лучшим образом. Ложилось все одно к другому уж больно гладко, и у меня складывалось впечатление, что это искусственная история, которую кто-то специально проталкивает в народные массы. А меня, точнее, созданный на основе моего образ мятежного алхимика, который помогает простым смертным, опять пытались использовать втемную. О чем и упомянул Авдей. Тут он ветер верно почуял. Сделали из меня этакого народного мстителя, а меня не спросили.

И зачем? Здесь уже, полагаю, верно высказался этот Гаманов. Чтобы объединить протестующих вокруг Алхимика, как вокруг идеи. А эта ремарка про «Воронов Фармацевтика»? Либо барон очень тупой, либо очень умный. Но не он, а тот, кто за ним стоит. Гаманов просто говорящая голова, выставленная на обозрение публике, в этом я уверен. И этой ремаркой хотели направить народный гнев против «Вороновых».

Неужели, кто-то, кроме меня, знает в чем дело? Или мотивы противной стороны несколько проще?

Странно все это. В стихийные бунты я не верю, такие вещи сами по себе не возникают. Но пока могу только наблюдать и делать свое дело. Только так я смогу не дать сделать меня пешкой в чужих руках. И пропихну эту пешку туда, где солнце никогда не светит. Если, конечно, не выпить специальное зелье…

Что-то я отвлекся.

— Ну и представление, — покачал головой, будто раздумывал несколько секунд.

— Не то слово. Все в кучу смешали, — отвечал Григорий, поворачивая на другую улицу. — Это ты еще выступление главного врача больницы, в которой дочка Листницкого лежала, не слышал. Он, видимо, что-то видел, дак теперь по всяким ток-шоу ходит и рассказывает про некое зелье, которое спасло дочку Листницкого, но убило других пациентов. Причем, — хохотнул водитель, — с каждым рассказом число жертв растет!

— Какой бред… — потер я лоб пальцами. Внезапно заболела голова.

Только таких проблем мне не хватало. Чем больше будут болтать об этом «Алхимике», тем тщательнее будут меня искать. Если даже Григорий догадался… Вот она, обратная сторона решения выйти