Фантастика 2026-141 - Сергей Витальевич Карелин

— Этот… выскочка… убил Давида… с помощью зелья! — выдавил Матвей.

Сила графа тут же исчезла, и слуга упал на колени, тяжело дыша.

— Какого зелья? — спросил граф. Его гнев словно испарился.

— Зелья, которое превращает руки в раскаленный металл!

Александра Воронова словно ударили по затылку мешком с мукой. Он покачнулся, стоя на месте, протянул вперед руку, как будто хотел пожать ее невидимке, а его глаза невидяще уставились в стену напротив.

— И оно сработало? — тихо спросил граф.

— Я своими глазами видел, ваша светлость, как он выпил склянку и схватил трость вашего сына, которую вы подарили ему на совершеннолетие.

Граф сделал несколько шагов назад, споткнулся о кофейный столик — кофе выплеснулось и зашипело, растекаясь по раскаленной стенке кофейника, — и сел на диван. А спустя несколько мгновений зловеще захохотал.

— Похоже, Он действительно наконец явился!

* * *

Четверо человек почти синхронно замахнулись бутылками с горящими фитилями. Мне даже не хотелось представлять, что будет дальше. Все просто — мы с Григорием превратимся в головешки.

— Газу! — исступленно заорал я.

Григорий с хрустом вставил рычаг коробки передач и утопил педаль газа в пол. Машина принялась ускоряться, но недостаточно быстро. Бутылки с зажигательной смесью сорвались с рук атакующих и отправились в полет, а моя рука пыталась нащупать на поясе подходящее для ситуации зелье.

Горящие снаряды взмыли в воздух, и мы уезжали от них очень медленно. Мне казалось, что улитка быстрее ползет в такой ситуации. Но вдруг… бутылки, казалось, устремленные прямо в нас, пролетели над нашей крышей и упали прямо на седан на той стороне улицы.

Дальше события потекли с привычной скоростью. Пламя из разбитых сосудов растеклось по идеально отполированному авто и взмыло вверх. Из него выскочили мужчина лет сорока пяти и еще несколько парней крупного телосложения в костюмах. Мужчина окатил потоком ледяной взвеси крышу, сбивая огонь, а его телохранители бросились следом за нападавшими, на ходу открыв огонь из пистолетов. Мы к тому моменту уже уехали на несколько десятков метров вперед.

— Блин! — крикнул Григорий, глядя в зеркало заднего вида, где нападавшие пытались скрыться в той же подворотне, из которой появились. — Впервые я рад, что у меня недорогая отечественная машина! Так бы и нам прилетело…

— Будто с цепи сорвались и охоту на аристократов устроили… — изумленно проговорил я.

— Боюсь представить, какая дичь в Москве творится, — покачал головой Пантелеев.

Не нравились мне эти беспорядки. Жуть как не нравились. Если все продолжится вот так, то очень скоро наступит полнейший хаос, а возвращение магии только подольет масла в огонь, разрушит страну и погубит кучу людей. Плохих, хороших — всех подряд.

Словно кто-то знает о моих целях, но не может остановить, поэтому пытается сделать так, чтобы моя работа принесла больше вреда, чем пользы.

Что ж, ладно… посмотрим, кто кого.

Вскоре мы покинули злополучный район и направились в лавку Харона окольным путем. По дороге видели последствия нескольких подобных инцидентов, но только и всего. Как будто ситуация еще более-менее контролировалась правительством. Надеюсь, Роман в этой суматохе не будет ранен или еще что похуже. Направлю ему пару зелий тайно чуть позже. На всякий случай.

Да и действовать теперь нужно быстрее.

— Поднажми, Гриша, — сказал я водителю, стремясь выиграть хотя бы пару секунд.

Пантелеев выжал из машины все, что смог на узких улицах окраин, и через четверть часа мы уже были у лавки Харона.

Вокруг была тишь да гладь, что выглядело даже подозрительно. Я постучал в толстую металлическую дверь.

— Кто там⁈ — спросил из-за двери незнакомый мне голос.

Пара глаз выглянула в открывшуюся щель и тут же снова спряталась.

— Свои! — рявкнул я как можно убедительнее. — Мы за покупками.

— Велено никого не пускать! — был мне ответ.

Точно весь город с ума посходил. Даже криминальные элементы решили запереться у себя, чтобы избежать случайного народного гнева?

Пререканий, чтобы войти в лавку Харона, мне хватило и в прошлый раз. Так что в этот решил ускорить процесс.

— Открывай, или я высажу эту дверь вместе с тобой! — грубо ответил, сжимая в кармане гравитационную ракушку.

Магии я в нее накачал с помощью силового ядра, так что надолго хватит. Приятно, когда у тебя в загашнике такой козырь.

Нити сплелись в узлы, заставляя толстую железную дверь застонать от нагрузки.

С той стороны началась возня, кто-то рявкнул «Открывай давай!», затем раздалось несколько щелчков, и створки открылись, пуская нас внутрь. Едва мы вошли, я понял, что заведение чуть ли не на осадном положении. У четверки бойцов охраны были пистолеты и небольшие автоматы. В комнате сбоку пятый следил за мониторами, которые показывали всю территорию вокруг.

Дверь нам открыл знакомый амбал в майке с черепом. За поясом у него торчало две блестящих рукояти пистолетов, и в подмышках в кобурах красовались револьверы. Он держал за шкирку парня помоложе, уступавшего ему размерами.

— Прошу! — кивнул он, приглашая внутрь. — Этот новенький, не всех в лицо знает. У нас тут положение из-за событий в городе, так что приносим извинения за… некоторые неудобства. К Харону?

— Да, — ответил ему.

— Дорогу знаете, провожать не буду. Внутри вам ничего не грозит, господин Исаев, но снаружи… Пока такая бадяга, там вы сами за себя, — говорил Череп, отходя в сторону.

Надо же, он и мою фамилию уже знает? Интересно, откуда? И здесь уже этого народного героя Алхимика со мной связали? Такой себе звоночек, если честно, от таких моя паранойя приходит в крайнее возбуждение. Возьму этот факт себе на заметку, сберегу, как пазл от мозаики, который пока не знаешь, куда вставить. Место найдется позже.

— В курсе, не слепые, — отмахнулся от излишних предостережений Черепа и прошел вглубь темных коридоров, направляясь к самой лавке Харона.

Вслед нам с Григорием прилетел короткий разговор:

— Чуть дверь из-за тебя не потеряли, баклан!

— А я знал, кто это?

Ударясь о стены, прилетел звук затрещины.

— Теперь знаешь!

Сурово у них тут.

У Харона закупился как следует. Для алхимической лавки в мире без магии ассортимент здесь был неплохой, но для меня, привыкшего к иным реалиям, весьма скудный. Однако кое-что я все же приобрел, и теперь на выходные у меня есть работа. Остальное ушло в список для Григория. На всякий случай проверил и зелья, которые продавались здесь, но новых работ неизвестного алхимика Барона я не увидел.

Посредственность, сплошная посредственность.

После получасовых торгов с Хароном ушел со значительной скидкой. Старик, когда мы уходили, мелко дрожал и