Рассказы 25. Гипотеза мироздания - Ольга Цветкова

– Ты опять за свое, Шерлок? – Саня сегодня был недоволен, явно не выспался.

– Нет. – Женя отвел взгляд от педофила и принялся за работу.

С момента его знакомства с колдуньей прошло три дня. В конце их встречи она вручила Жене две вещи: пару штанов («с голым задом ходить по городу не комильфо, Прокудин»), а также пакетик с пахучими травами, якобы они должны были облегчить последствия отравления гнилью проклятого оборотня. Конечно, Женя пил их точно в соответствии с указаниями – два раза в день, утром и вечером. Вкус оказался кошмарный, зато эффект был налицо: если в ночь с пятницы на субботу его дико рвало, а голову словно кроили молотом, то теперь он просто чувствовал себя немного уставшим.

– И запомни, камрад, – сказала Жанна на прощание, прежде чем шагнула с балкона пятого этажа в летнюю ночь, – никому не говори ни слова о том, что узнал, от греха подальше. Возможно, теперь за тобой будут наблюдать силы, с которыми даже я не захотела бы иметь дел.

– Правда? – Женя побледнел. – А с тобой-то можно об этом всем говорить?

– Если еще свидимся, то можно. Ну, бывай.

Ветер подхватил ее, словно паутинку, и унес куда-то в ночь; попрощаться Женя не успел.

«И ведь даже обсудить это не с кем, – думал он теперь удрученно, выкладывая коробки на паллет. – Очень хитро все устроено, ничего не скажешь».

Влезать в новые передряги он, естественно, не хотел, а после всего случившегося не сомневался в правдивости слов Жанны. Самым любопытным из них оказалось объяснение того, почему из всех работников торгового зала волколак Эдуард обратился именно к нему.

– Ты, чувак, сверхвосприимчивый, – назидательно пояснила Жанна. – К гипнозу в том числе. Потому блохастый с тобой и сконнектился; ему, понимаешь, время было очень ценно, появляться надолго на публике никак нельзя. Большую часть времени для обычных людей он, как и прочие представители тонкого мира, совершенно невидим. Вот только ты на свою беду успел за время вашего общения настроиться, так скажем, на его волну. Потому и смог его заметить там, возле подъезда. Вообще говоря, если бы не вся эта связь, ты, как и остальные, просто прошел бы мимо – в своем нынешнем состоянии оборотень целенаправленно напасть на человека не может, да и полностью в материальный мир перейти тоже.

– То есть сейчас я единственный, кто смог бы его обнаружить?

– Не считая колдунов. Если ты вдруг подумал, что я из корыстных целей тебя подобрала, то спешу разочаровать: ты мне в вопросе поимки оборотня нужен не сильнее, чем пятая нога лошади.

* * *

Когда бес закончил свои грязные делишки, а мужчина поспешил тихонько скрыться в толпе, Женя, повинуясь внутреннему зову, последовал за обоими. Он видел, как устало трепещут крошечные крылья демонической твари, как дрожат руки у невысокого, ничем не примечательного посетителя торгового комплекса. На кассе тот взял три шоколадки, быстро расплатился за них наличкой и вышел в холл. Женя двинулся было за ним, но дорогу ему преградила Маша.

– Куда намылился? – грозно спросила она.

Он уже хотел было ответить, но тут же заметил очередную странность.

Над левым плечом Маши крутился маленький сгусток красного цвета. Сосредоточившись, Женя убедился, что перед ним еще один бес: этот экземпляр вместо прелюбодейства избрал своим кредо гнев – беззвучно, но очень убедительно орал что-то прямо в ухо своей носительнице, дико вращал глазами и жестикулировал.

«Интересно, я теперь везде буду натыкаться на эту чертовщину?»

– Ты оглох? – Маша свирепела буквально на глазах. – Иди работай!

– Слушай, а можно тебя на пару минут? – внезапно даже для самого себя сказал Женя. – Можем к тебе в подсобку зайти, переговорить срочно нужно.

Маша окинула его взглядом, в котором мешались недовольство и подозрение.

– Срочно?

– Срочно. Вопрос жизни и смерти.

Формулировка удивила начальницу. Хмыкнув, она зашагала по направлению к служебным помещениям, попутно раздавала грубые указания работницам, а те пугливо жались к стеллажам, словно бы и сами вдруг увидели над плечом Маши кроваво-красное нечто, непрестанно вопящее и вихляющее хвостом.

Оказавшись наедине с менеджером – Маша расположилась за своим небольшим столом, гость остался стоять – Женя внимательно посмотрел на беса; тот будто заметил, что за ним наблюдают, и удивленно притих.

– Там, в торговом зале, один мужик уже который раз приходит к детской зоне и на детей странно поглядывает. Ты можешь с охраной поговорить, может они как-то это дело урегулируют?

– Куда ты смотришь?

– Никуда. Так ты скажешь охране, что у нас тут педофил отирается?

– Ну отирается и отирается, – пожала плечами менеджер, – ты мне лучше скажи, чего в последнее время такой смелый стал? Пошли, говорит, дело срочное. Работать кто будет, Прокудин?

Женя переменился в лице.

– Ты хочешь, чтобы этот гад сначала кого-нибудь из детей увел, а когда будет поздно, все спохватились?

– Я хочу, чтобы ты занимался своими прямыми обязанностями! – Маша вскипела, бес приник к ее уху и выл туда, словно в бездонную трубу. – Слишком много на себя берешь! Ничего из себя не представляешь, а куда-то лезешь!

Глаза Маши сверкали, щеки покраснели. Женя кинул взгляд на спутника ее ярости – тварёныш раздувался от злобы и орал, орал, орал в ухо жертвы…

– И хватит на него смотреть! – крикнула внезапно Маша; дальше все происходило очень быстро.

Прикрыв рот ладонями, она тонко, на высокой ноте закричала; бес в то же мгновение обрел вес и осязаемость, клацнул полной острейших зубов челюстью – и на месте уха Маши моментально образовался темно-багровый провал; тотчас она рухнула на пол, по-видимому от болевого шока, и попутно приложилась головой о стол.

– Черт! – воскликнул Женя и бросился к обмякшему телу начальницы; в это же время ее мучитель взлетел под потолок кабинета и там с громким хлопком рассыпался пеплом, оставив густой запах тухлых яиц.

* * *

Когда медик ушел, а все сочувствующие, коих сыскалось немного, были отправлены работать дальше, Маша откинулась на спинку стула и осторожно ощупала повязку на ухе. Потом медленно, глядя в потолок и держась обеими руками за ушибленную голову, сказала:

– Значит, ты в курсе.

Женя не стал уточнять, что именно Маша имела в виду, но на всякий случай кивнул.

– Да уж. Не думала, что такому балбесу могут быть открыты тайные знания.

– А я не думал, что тебя терзает демоническая сущность.

– Ну и обороты у тебя. «Демоническая сущность»! Да этот паршивец в прежние времена даже не сунулся бы ко мне, я бы его одним взглядом на ртуть и серу разложила!

– Значит, ты была колдуньей?

– Еще какой, – буркнула Маша. – Весьма многообещающей.

– Что же случилось?

– Случилось… Марфа Петровна случилась.

– Это ведьма? – догадался Женя.

– Верховная ведьма Глиняного Кургана. Если по-простому, она в городе главная, и никто с ней в этом спорить не может. Ну… сейчас уже точно.

– Ты, значит, пробовала?

– Ага. За это и поплатилась. Марфа забрала мои силы и вдобавок наградила этим заморышем, который меня с ума сводил пару лет. Без колдовства я совсем отчаялась, да и жить среди обычных людей оказалось хуже горькой редьки. Вернуться к своим братьям и сестрам я не могу – Верховная отлучила меня. С концами.

Маша вздохнула.

– Одно радует: за нарушенного обета молчания обошлась малой кровью. Я, признаться, боялась, что бес в таком случае насмерть меня загрызет, но то ли проклятие Марфы со временем ослабло, то ли она меня еще помучить в этом мире хочет – не знаю.

– Значит, ты теперь не будешь на всех орать? – Женя сначала спросил, а уже после понял, что сморозил глупость.

– Думаешь, это бес на меня так влиял? А может, я от природы такая?

– Не исключено, – признал Женя и грустно вздохнул.

Маша нахмурилась… и улыбнулась.

6

Вечером они вместе вышли из душного склада в долгожданную дождливую прохладу.

– Значит, к нам в магазин оборотень ходил?

– По кличке Эдуард, ага. Судя по всему, редкий экземпляр. Гипнотизер, людоед-гурман, а еще жертва проклятия этой вашей Марфы Петровны.

– Нехилый набор. А он-то Марфе чем насолил?

– Скушал ее внука. – Сказав это, Женя