Любовь до гроба и после - Пальмира Керлис

свое отражение в зеркале. Балахон Виларда мне шел, пусть и был великоват. Черный, длинный, с объемным капюшоном. Я тонула в нем и приятном горьковатом запахе, теряясь в догадках. Зачем некромант жег полынь? Так себе благовоние. Это было для какого-то ритуала? Отогреваясь, я запустила ладони в карманы и обнаружила в них… кладбищенские камушки. Еще интереснее.

Увы, выпитое вино не позволяло строить две логические цепочки одновременно. Выстраивалась одна — про то, что уборная рядом с погребом. Удобное месторасположение, чтобы дождаться, пока Мэгги спустится по лестнице, и последовать за ней. Это можно проделать тихо и незаметно, прокравшись по лестнице, она короткая. А для этого душегуб должен был знать, что жертва туда пойдет. А кто об этом знал? Анора! Вывод мне очень нравился, но нельзя было не признать: любой из присутствующих в апартаментах мог высунуть нос из комнаты и заметить, что Мэгги направляется в погреб. Или убийца поджидал бедняжку там, раз она даже бутылку взять не успела? Затаиться бы удалось легко — сбоку от стеллажа, на котором стоял бронзовый конь.

Выйдя из уборной, я наткнулась на перепуганного дворецкого у бара, которому Вилард выговаривал за то, что тот плохо следит за исправностью замков и гостями. Пользуясь моментом, я быстренько заскочила в комнаты. Везде царила стерильная чистота, никакой надежды найти улики. Зато я освежила в памяти, что в первой комнате секретничали Мэгги и Анора. Во второй — я и Домра. В третьей, бильярдной, мэр Вестовер с помощницей Иларией обсуждали окучивание нетрезвого спонсора на приеме. В четвертой, где волшебное массажное кресло, набрасывал статью Брайс. А Гарет валялся под барной стойкой в проходной. Нужно будет зарисовать схему планировки и наметить возможные маршруты убийцы. Если выживу после разговора с наставником, конечно…

Глава 12

Мы вышли из особняка мэра, и я заранее настраивалась, что сейчас меня будут отчитывать. С особой жестокостью и применением самых язвительных фраз. Ну что ж, я давно привычная. Хочешь вести расследование — будь готова заплатить соответствующую цену. Поэтому я внутренне собралась, обдумывая веские аргументы в свою защиту. Только вот мы уже минут пять вышагивали по освещенной яркими фонарями главной улице, а Вилард молчал. Наверное, старательно подбирал выражения. Смиренно ждать я не осилила! Выпитое вино бурлило в крови, слова просились наружу со страшной силой.

— Я не виновата в том, что дурацкий замок защелкнулся, и предположить этого никак не могла. Между прочим, в данном случае я потерпевшая сторона. Если бы не замок, пришла бы домой вовремя.

В последнем я не была убеждена на сто процентов… В конце концов, мало ли что еще случилось бы. Но проверить это нельзя — следовательно, и уличить меня во лжи тоже.

— Согласен, — спокойно сказал Вилард. — Чистая случайность. Не повезло.

— Серьезно? — Я на него покосилась с сомнением. — Даже отчитывать не будете?

— А зачем? — Он пожал плечами. — Да и на каком основании? Ты девушка взрослая, совершеннолетняя, сама решаешь, что тебе делать.

Ого! Это что-то новое в наших отношениях.

— Что угодно? И приходить во сколько захочу?

— Разумеется.

Мне стало как-то не по себе. Что значит «делать что угодно»? Вдобавок приходить, когда захочу!

— Вы несете за меня ответственность, — напомнила я.

— Только по части учебной практики. Заклинания, зелья, ритуалы. За это, конечно, спрошу со всей строгостью.

Я перевела дух. Ну вот, кажется, все нормально, все по-прежнему. Но некромант, оказывается, не закончил:

— Остальное — твое личное дело.

Ай, не совсем нормально.

— А если я ночевать не приду, что скажете?

— Ничего. Ты и не обязана жить со мной в одном доме. Можешь переехать в общежитие. Никаких препятствий этому больше нет. К тому же там красивые обои.

— Вы что, меня выгоняете? — воскликнула я в ужасе.

— Нет. Просто говорю, что такой вариант вполне допустим и тебе решать, где жить. Хочешь остаться — оставайся.

— Останусь!

Еще бы я ушла, когда с моим наставником творится неладное. Не верю, чтобы он, находясь в здравом уме и твердой памяти, вздумал от меня избавиться. Это на него невеста так плохо повлияла? Наверняка наговаривает ему на меня, как сушеная вобла на Домру. Да-да, некромант попал под дурное влияние и несет всякую ерунду. Вероятно, она и вовсе поставила ему ультиматум, мол, или выгоняй эту слишком умную, сообразительную и прекрасную подопечную, или… или не знаю что. Но Анора придумала бы что-то каверзное. Точно, все из-за нее. А в действительности моя судьба ему небезразлична.

Я продолжила искоса изучать Виларда. Лицо у него было наглухо непроницаемое. Ничего, сейчас я его выведу на чистую воду! Станет ясно, что ему все-таки есть до меня дело.

— Вы знаете, что завтра похороны Мэгги?

— Знаю, — скупо кивнул он.

— Посетите их?

— Обязательно.

— Вы же не любите публичные мероприятия…

— Ее смерть очень взволновала мою невесту. Она намерена туда пойти, и, естественно, я поддержу Анору в этот скорбный день.

Нет, ну это ни в какие ворота! Околдовала она его, что ли? Необходимо отправить Бэллочку в ее комнату с целью обыска. Там явно хранятся какие-нибудь жуткие амулеты, запрещенные книги и специфические травки с порошками. Почему я этого раньше не сделала?

Ладно, с обысками разберемся позже.

— Я пойду с вами.

Сказала словно между делом и, внутренне торжествуя, приготовилась выслушивать ценные указания: вести себя прилично, людей не пугать, Бэллочку не брать, чтобы она тоже никого не пугала. И прочее, что положено в таких случаях.

А Вилард лишь ровно выдохнул:

— Хорошо.

Что? Эй! Какое тут хорошо? Что вообще хорошего?

Мне бы замолчать, но алкоголь по-прежнему бил в голову, а язык чесался высказаться. Вот оно — истинное зелье болтливости! Надо было его Аноре подливать.

— Я ведь пойду на похороны как сыщик. Веду расследование, поэтому мне необходимо там быть. Слушать, что говорят, расспрашивать, присматриваться к подозреваемым…

Я внимательно смотрела на Виларда: не дрогнет ли на его красивом лице хоть один мускул. Не дрогнул.

— Я так и понял, — равнодушно ответил он.

Катастрофа… Просто катастрофа! Я судорожно думала, чем бы еще таким его ошарашить, чтобы пробить броню безразличия, но было поздно: мы дошли до особняка.

— Спокойной ночи, — попрощался он со мной в коридоре. — Завтра у нас выходной, никакой практики, но не забудь, что послезавтра я жду от тебя письменную работу над ошибками на тему прошлого занятия.

Да уж не забуду! У меня как раз с головой все в порядке, не то что у некоторых.

Наверх я поднималась будто в тумане. Не видела