Рысюхин, вы в 19 бароном стали? - Котус

если не в самой колёсной нише, то где-то под колесом либо рядом, судя по тому, как посечено крыло. Вполне возможно, что и механику-водителю досталось, если был внутри. Как минимум контузия гарантирована.

Подошёл поближе, рассмотреть в деталях. Рассмотрел — и ужаснулся. Там и полуось, похоже, была уничтожена, а запасные, видимо, кончились. Так что весь узел был построен, по выражению деда, в лучших традициях дендрофекальных[1] технологий. Причём в буквальном смысле! Я с удивлением смотрел на деревянный брусок, обмазанный какой-то тёмной дрянью, что пристроили между железной палкой, изображающей полуось и рессорным пакетом. Так, тяги и штанги на месте, пусть и гнутые кое-где, подвязаны верёвочками, мать их ети. Ладно-ладно, маги металла мои с батареей не поехали, они к родовой гвардии приписаны, и то — как вольнонаёмные, а там, видимо, знающего человека не нашлось. Или он не захотел заниматься. Но и так оставлять нельзя, это вот в любой момент может привести как минимум к аварии.

Хотел было поймать первого попавшегося бойца и озадачить его, но вовремя вспомнил устав. Мой статус по отношению к батарее как-то не слишком определён, я даже не знаю, являюсь ли для них не то, что прямым, а хоть каким начальником. так что придётся отвлекать зампотеха.

— Доброго дня.

— Здравия желаю, ваше высокоблагородие!

— Без титулований. Придержите отправку вон того БТР. Там состояние левой передней подвески — «пять минут до аварии». Прикажите подогнать ПАРМ, я сейчас постараюсь восстановить, насколько возможно.

— Как прикажете, господин гвардии капитан!

Пока подгоняли передвижную ремонтную мастерскую, я осмотрел «пациента» внимательнее. Да уж, досталось аппарату. Экипажу, конечно, тоже, но с этим я сейчас ничего не сделаю. Больше всего, конечно, впечатляет изуродованная турель на крыше. Левая половина щитка загнута почти под прямым углом назад, чуть-чуть не хватило до горизонтального положения. Правая — тоже загнута, но в вертикальном положении и наружу, под меньшим углом, зато ещё и винтом скручена, не сильно, на четверть оборота. И вся эта конструкция загнута в сторону люка, вертикальная стойка смята и искривлена. Ну и, разумеется, заклинило всё наглухо. Если в этот момент стрелок был наверху, то шансов у него явно не осталось. Но «Кроны» изуродованной в креплении нет, так что остаётся надежда, что прилетело, например, ночью.

Когда ремонтники приехали и выстроились перед своим автомобилем, я выслушал короткий доклад, о том, кто и к кому явился, и начал с главного:

— Итак, парни, скажу сразу: никаких претензий к вам лично у меня пока нет: делали, что могли из того, что было. Но дальше так жить нельзя! Так что ставим домкраты и снимайте это ваше…

Хотел сказать «творчество душевнобольных», но понял, что это будет незаслуженной обидой для бойцов, так что поменял формулировку:

— Эту вашу «творческую находку». И найдите мне, во-первых, нашу полуось со ступицей, в любом состоянии, чтобы с нуля не лепить, и какую-нибудь подменку: не в парадном же мундире ремонтом заниматься? И так уже пятно на рукаве посадил.

Благо, ремонтники были не чужие, а свои, знакомые, и моё желание заняться ремонтом лично у них вопросов не вызвало, равно как и сомнений. Чистые плечики для мундира нашли, показали, в какой шкафчик повесить, и даже чистый комплект полевой формы нашли, пусть не новый, но недавно постиранный, даже погоны ещё на место не поставили, но оно и к лучшему. Пока устанавливали домкраты — почва оказалась мягкой, пришлось доски подкладывать, да ещё и более-менее ровно горизонт выставлять, чтобы при подъёме груз не ушёл в сторону, а то может быть больно, пока поднимали — успели переодеться, и выбрать из ящика с четырьмя убитыми полуосями ту, в которой ступицу хотя бы не заклинило. Ну, а пока снимали всё, что наворотили — я её разогнул и починил, подсыпая порошок от тут же распылённых стального и латунного обломков. Когда ремонтники собрались было оттирать грязь, чтобы добраться до уцелевших деталей, решил испытать в полевых условиях недавно освоенный фокус.

— Так, завязывайте ерундой страдать! Дайте пройти.

И, когда подпустили к автомобилю — положил руку на закрывающий колёсную нишу изнутри лист металла, а потом пустил по нему вибрацию. Особую — долго подбирали с дедом оптимальные параметры, получилось высокочастотная, но с малой амплитудой. Дед назвал это «ультразвук без корыта и внешнего инициатора». Ну, да — порядка сорока тысяч колебаний в секунду, непросто было научиться заставлять металл вибрировать с такой частотой. Зато грязь любая отваливается просто замечательно!

Даже слишком замечательно — облако мелкой пыли так и рвануло из-под крыла! Что ж, в лабораторных условиях, где наносил немножко грязи кисточкой, такого эффекта не было, теперь буду знать ещё один недостаток метода. Первый и главный, что надо каждую деталь чистить отдельно: при прохождении через соединительные узлы, особенно шарниры, вибрация или гасилась, или искажалась. А иные соединения так и разрушить можно было! Ну, и подбирать воздействие к каждой железяке нужно тоже индивидуально, поскольку собственная частота колебаний, резонансные явления и всякое такое прочее… Зато все внутренности узла подвески сияют, как новые.

Вру — масла и прочие жиры на сухую плохо отмываются, хоть брызги и летят. Нужна или ванночка с каким-то раствором, или хоть тряпочкой протереть. Но в целом всё чисто, смазка в технике грязью не считается. Мы, правда, взамен изрядно припыленные — очень правильно сделал, что переоделся. Правда, перед тем, как переодеваться обратно придётся где-то как-то помыться, хотя бы лицо и руки, но, думаю, вопрос решаемый: на станции колонка точно найдётся, мыло в ПАРМе есть, а погода вполне позволяет ополоснуться на свежем воздухе.

Бойцы уже заканчивали закручивать и контрить последние гайки, а я обтирал руки ветошью, когда сзади раздался незнакомый голос с претензией:

— Что здесь происходит? Почему посторонние на территории? Кто разрешил проводить работы?

Я обернулся. Какой-то совершенно незнакомый хлыщ в незнакомом же мундире и с погонами поручика. А самомнения-то в голосе — на полковника, не меньше.

— Мне тоже интересно, почему посторонние в расположении части.

— Что за цирк тут устроили⁈ Кто таков, немедленно доложить!

— Я? Я-то, как раз, владелец цирка. А вот вам не плохо бы представиться для начала, как того уставы требуют.

— Что⁈ Я по крайней мере в форме, а не какой-то непонятный хам!

— В форме, которая не даёт никакого права находиться в расположении моей батареи, а тем более — чего-то здесь требовать. Но в целом… Так, у кого там руки чистые — принесите