Канун летнего солнцестояния - Джин Фукадзава

– Так вот что у фей за танцы.

– Ну, есть и другие, – сказал Лэнс, залезая в сумку у меня на плече, чтобы достать телефон и запечатлеть вид на камеру. – Похоже, мальчик здесь и исчез.

– Как вообще дети их находят?

Впрочем, здесь наверняка бывали не только дети. Необычный камень привлекал внимание, да и располагался удобно: за кустами. Хорошее место для игры в прятки, например. А тут и круг такой странный. Любой ребенок бы подошел посмотреть.

Возможно, и я тоже.

Следующим Лэнс достал складной нож. Он присел, опустил глаза и что-то пробормотал себе под нос. После этого он, не колеблясь, срезал ножку гриба у основания. Я засунул руки в карманы и посмотрел вниз.

– И все?

– Проще так, чем пытаться запечатать магией.

– А их можно есть?

– Можно, но они галлюциногенные.

– Я бы в таком случае сказал, что все-таки нельзя.

За бессмысленным диалогом мы обрезали все грибы, оставив после себя жуткую картину. Теперь Кольцо напоминало город, уничтоженный Годзиллой. Лэнс даже сделал фотографию.

Юноша встал и покачнулся, поэтому я протянул руку, чтобы поддержать его.

– Да все нормально… просто в глазах темнеет, когда поднимаюсь.

– Знаю. Ты прям как дед старый.

– А ты становишься все беспощаднее.

– Ты на меня плохо влияешь. Так что будем делать?

Лэнс взъерошил свои рыжие волосы.

– Свяжемся с Джоном и Люси и тоже отправимся в дом Нортонов, чтобы выяснить, как дети здесь оказались.

Как только мы вышли из леса на луг, Лэнс начал беспрестанно чихать.

– Я же говорил, – пробормотал я. Парень пожал плечами и вместо ответа снова чихнул.

Путь занял минут сорок.

Гнусавый голос поведал нам, что восьмилетнего мальчика звали Уолтер, а его четырехлетнюю сестру – Бет. Маловероятно, что такие крохи прошли бы такое большое расстояние. Лэнс предположил, что они могли срезать через соседскую территорию.

Мы не стали заходить внутрь, а осмотрели дом снаружи. По периметру его огибал сад – настолько огромный, что его владелец, вероятно, и не заметил бы незваных гостей. К тому же в заборе была дыра, достаточно большая, чтобы через нее мог пролезть ребенок.

В отличие от соседа, Нортоны жили в уютном, кремового цвета домике, задний двор которого выходил на луг. На крыше я заметил дымоход, а на двери – табличку «Добро пожаловать». Вся эта картинка напоминала детский рисунок мелками.

Я нажал на кнопку звонка. Все замерло. Примерно через минуту дверь открылась с очень раздражающим скрипом. На пороге появился Джон. Парень фыркнул, взглянув на промокшего Лэнса.

– Мы закончили, и я уже обо всем доложил Эду, – начал Фарлонг.

– Да я и так вижу. Круто, – угрюмо произнес Джон и быстро пошел по коридору, такому узкому, что в нем едва помещались двое взрослых. Мы направились следом. Дом был наполнен каким-то запахом, похожим на корицу и невольно пробуждавшим воспоминания. На стенах висели вышивки стихов из Библии и детские рисунки динозавров.

Прошло немало времени с тех пор, как я бывал в подобном месте. В семейном гнезде, где все родное и милое сердцу. Ощущение было совсем иное, чем в квартире Кейт.

Вскоре мы вошли в гостиную. В доме жили всего четыре человека, но он был примерно такого же размера, как наш. Перед камином стоял большой диван, на котором лежала женщина… кажется, мать семейства. Ее укутали в коричневое одеяло, на лоб положили белое полотенце. Рядом с ней, уткнувшись лицом в руки, сидела маленькая девочка в светло-голубом платье. Люси расположилась на другом диване, скрестив ноги, с выражением лица, которое говорило, что она сыта по горло всем на свете.

– Его отец в командировке в Дублине. Мать потеряла сознание, услышав о феях. Ребенок тоже молчит, – небрежно объяснил Джон.

Люси нахмурилась, словно увидела что-то отвратительное.

– Тебе не следовало совершать тот ритуал. Зачем ты всегда попусту тратишь силы? Их и так немного.

Впервые в жизни я был с ней согласен.

Лэнс шмыгнул носом и подошел к девочке, игнорируя слова напарницы. Он опустился на колени и присел на корточки.

– Ты – Элизабет Нортон. Я – Лэнс Фарлонг.

Девочка не подняла глаз, но на мгновение перестала рыдать. Казалось, она прислушивалась к его вкрадчивому голосу.

Лэнс открыл рот, чтобы продолжить говорить, но вместо этого снова чихнул, и девочка посмотрела на него с недоумением. Ее каштановые волосы были растрепаны, а личико покрывали веснушки. Милый ребенок.

– Почему ты постоянно чихаешь?

– В озеро упал. – Юноша склонил голову набок.

Неясно, что заставило девочку начать диалог. Возможно, она решила, что Лэнс – идиот и бояться его не стоило. Несколько секунд она смотрела на него, а потом указала на мать.

– Она без сознания.

– Знаю. Бэт, ты очень добрая.

– Почему?

– Ты ухаживаешь за мамой.

Несмотря на то что Лэнс выглядел глупо и говорил в нос, голос его оставался мягким – совсем не таким, как у Джона или Люси. Девочка пыталась сдержаться еще несколько секунд, но вскоре не выдержала и снова расплакалась.

– Но ведь, но… если мамы… мамы не станет… у меня только она осталась… братик исчез…

– Все будет хорошо, – попытался успокоить ее Лэнс и погладил по голове, отчего Бэт кинулась к нему в объятия. Она прижалась к его груди и хотела разреветься, но быстро подняла глаза.

– Ты весь мокрый.

– Я же в озеро упал, – сказал он и снова чихнул.

– Переоденешься в мою одежду?

– Спасибо, но я не думаю, что она будет мне по размеру. Я был бы очень рад, если бы ты одолжила мне полотенце.

Девочка кивнула и, забыв, что собиралась вот-вот заплакать, убежала. Всем резко стало неловко.

– То есть тебе надо было прыгать в воду, просто чтобы поговорить с ребенком?

Джон разочарованно вздохнул, садясь рядом с Люси. Лэнс, пошатываясь, опустился на пол и пробормотал себе под нос: «Видите? Это не так страшно…»

– Мы ничего и не боимся. Чего тут можно испугаться?

– Поэтому у вас такие лица? – пробормотал я, но, кажется, слишком громко.

Джон и Люси уставились на Лэнса, а тот укоризненно посмотрел на них в ответ. Прежде чем Люси успела начать возмущаться, прибежала Бэт. Розовое полотенце в ее руках было таким огромным, что она, споткнувшись, чуть не упала и напугала всех вокруг. Восстановив равновесие, девочка радостно протянула Лэнсу полотенце, как будто бы ничего и не произошло.

– С цветочками!

– Какое милое. Можно я схожу в ванную?

– Ага! Я провожу!

– Спасибо.

Лэнс с трудом поднялся. Девочка