ЭнергоМорф V. Холпек Том II. Мёрзлый Фронтир. - Максим Балашов

— Существует ещё один, очень важный, и, скажу я тебе, крайне неприятный нюанс, кратно, в разы увеличивающий сложность и опасность добычи проклятого метеоритного железа. Дело в том, что метеоры, эти небесные странники, падали на Холпек не абы где, а, так уж распорядилась судьба, преимущественно в районы, приближенные к его мощным, геомагнитным полюсам. А там, друг мой, как ты, наверное, уже догадываешься, даже по сравнению с этим гиблым, холодным местом, царят самые суровые, немыслимые, абсолютно смертельные для любого живого существа условия. Там двухсотградусный мороз — норма, там ветер срывает камни с места. Они-то и стали природными, неприступными хранилищами космических сокровищ.

Он внимательно посмотрел на Краса, оценивая его реакцию.

— Ещё будут какие-нибудь вопросы от тебя, Хан, или на сегодня лимит твоего любопытства исчерпан? Я, если честно, готов и дальше делиться всеми известными мне тайнами сурового, но удивительного мира.

— Да, будут, — Крас, не раздумывая, кивнул, но затем его лицо приняло несколько сконфуженное, даже болезненное выражение. Он слегка поёжился, и его желудок издал предательское, громкое урчание, но уже совсем иного, прозаического свойства. — Только сначала, Кожи, ответь мне на два сугубо практических, жизненно важных вопроса. Во-первых, где, чёрт возьми, в данный момент находится наш бесценный, вездесущий Марик? И во-вторых, скажи мне, ради всех богов, где здесь, в этой древней, ледяной пещере, можно, простите, нормально, по-человечески, посрать? — с кислой, почти трагической миной на лице спросил Крас.

Кожи не выдержал, от души, раскатисто расхохотался, хлопая себя по коленям.

— Прости, братан, — отсмеявшись, ответил он с привычной, лёгкой иронией в голосе. — Выбери любой, самый дальний закуток в нашей древней, ледяной пещере, где тебя никто не увидит. Иди и минируй её на здоровье, благо температура здесь, по сравнению с поверхностью, вполне себе комфортная, даже терпимая. Не замёрзнешь, не бойся. И вот что я тебе ещё скажу: примерно через часок-другой, когда ты уже точно закончишь свои дела, Холпек самым, что ни на есть, естественным и незаметным образом сам заберёт твои биологические отходы.

Кожи в очередной раз доказал Красу свою осведомлённость, наглядно продемонстрировав удивительную эффективность и продуманность глобальной, вековой системы рециклинга на странной планете.

— А Марик, не волнуйся, — добавил гигант успокаивающе, — он отлучился ненадолго, пошёл на небольшую разведку дальних подземелий, проверить обстановку. Думаю, он скоро вернётся. И ещё, это… Хан, — Кожи, немного замялся, почесал макушку, — будь так добр, верни мне, пожалуйста, мои верные мечи. А то я без них, как без рук, чувствую себя не в своей тарелке. Вдруг какая нечисть заявится?

— Конечно, держи, — Крас, не раздумывая, мысленно отдал чёткую команду своей волшебной котомке на немедленное извлечение оружия. Он плавно, торжественно поднял руки к плечам, и в его ладонях, прямо из воздуха, моментально, с лёгким, едва слышимым хлопком, материализовалась пара тяжёлых, искусно обработанных мечей. — Оказывается, твой Холпек, даже на говно, простите, настоящий, патологический жадюга. Ему ничего не жалко, всему найдёт применение, — задумчиво произнёс Сергей, бережно протягивая оружие обратно хозяину и вновь возвращаясь к прерванной трапезе. — А я вот всегда удивлялся, раньше, почему это, интересно, все подземелья такие чистые, почему нигде нет специфического, амбре, почему города не тонут в дерьме, почему нужники в таких заведениях, как «Два шахтёра», всегда стерильно вылизаны? А оказывается, вон оно как, всё дело в могучей, вселенской магии самоочищения природы.

Окутанный морозным воздухом и пробирающим до самых костей ледяным, коварным сквозняком, который, казалось, проникал повсюду, Крас, бережно прихватив с собой кусок хлеба, и отправился на поиски уединённого, тихого местечка, чтобы справить свою естественную, физиологическую нужду. Его осторожные, тяжеловатые шаги гулко, зловеще отдавались в пустоте древнего подземелья, придавая этому, казалось бы, прозаическому, интимному моменту даже некоторую, почти церемониальную торжественность, смешанную с гнетущим чувством одиночества посреди вечного холода.

Вернувшись обратно в лагерь, Сергей был приятно удивлён, восхищён невероятным, практически виртуозным мастерством Марика по созданию незаметного, идеального укрытия. Лагерь, на который он наткнулся почти случайно, казалось, волшебным образом, полностью сливался с мрачной, серой окружающей средой, превращаясь в недосягаемый, неразличимый для любопытных глаз и злых умыслом призрак. Энергетический купол, созданный опытной рукой бармена, был подобен тончайшему, почти невесомому, переливающемуся шёлковому покрывалу. Он надёжно, как стена, защищал находившихся внутри от всех внешних, смертельных угроз, и при этом оставался абсолютно, девяносто девять процентов невидимым для обычного человеческого глаза. Крас, обладая, к счастью, уникальной, загадочной способностью отчётливо видеть в полной, кромешной темноте, не пользовался фонариком и смог, тем не менее, лично, на практике, оценить высокую, прямо-таки поразительную эффективность этой необычной маскировки. Даже с минимально близкого расстояния, всего в каких-то двадцать метров, не было заметно даже лёгкого, едва уловимого колыхания магического энергетического полога, что говорило о высочайшем, недосягаемом классе его создателя.

Сергей, поторапливаясь, решительно шагнул вперёд. Он хотел максимально, с умом, воспользоваться сложившейся, уникальной ситуацией, пока могучий, бывалый гигант по имени Кожи по-прежнему считал себя пребывающим в неоплатном, долгу перед Красом и, благодаря этому, охотно, почти без утайки, развязывал свой язык, щедро делясь бесценными, с трудом добытыми знаниями.

Преодолев, наконец, невидимую, но физически ощутимую границу защитного купола, Крас с наслаждением смог воочию насладиться удивительным, почти домашним зрелищем того уютного, обжитого уголка, который умудрился создать, буквально из ничего, заботливый Кожи.

Перед ним предстала удивительная, сюрреалистическая для ледяного царства картина: настоящий, складной походный столик, аккуратно, сервированный на три персоны, поражал воображение разнообразием и калорийностью выставленных на обозрение блюд. Жареные до совершенной, аппетитной золотистой корочки, источающие неописуемый, божественный аромат сочные, толстые стейки; румяные, лоснящиеся от жира колбаски; хрустящие, аккуратно нарезанные тосты; свежие, маринованные овощи, которые, казалось, только что были сорваны с грядки. Всё это великолепие составляло основу их скромного, но сытного, неожиданного пиршества. А дополняло гастрономическую идиллию сладкое, фруктовое ассорти, и невероятно ароматный, пряный чай, источающий запах лета и мёда.

Жуя прямо на ходу шикарный, истекающий соком бутерброд, буквально таявший во рту, ублажая каждый из его изголодавшихся, капризных вкусовых рецепторов, Крас усиленно, лихорадочно решал, о чём бы ещё таком важном, сокровенном спросить Кожи, пока тот был настроен столь благодушно и разговорчиво. Он кожей, каждой клеточкой своего тела чувствовал, что каждый драгоценный миг, проведённый сейчас в этом необычном, таинственном месте, открывает перед ним новую, уникальную возможность обогатиться бесценными, доселе неведомыми знаниями, которые могут спасти ему жизнь в