Возвышение - Александр Изотов

Затем я вскочил в седло и задумчиво уставился на дорогу. Что-то не везёт мне — какого зверя не встречу, все что-то хотят от меня. Одна служить требовала, другие продать хотели, а третьи вот убить.

Подумав, я заставил коня перешагнуть через ограду и направил его в травостой. На дороге первушник точно найдёт приключения на свою задницу, поэтому лучше по полю, так вернее…

Едва я отъехал на несколько десятков метров, как ветер вдруг принёс мне странное ощущение. И такое это было ощущение, что я тут же пришпорил коня, пустив его галопом. Конечно, скакать по полю во весь опор было опасно, лошадь могла и ноги поломать, но и попасться человеку мне тоже не хотелось. Тем более, как раз после убийства трёх зверей, чьи трупы ещё не исчезнут, когда он их найдёт.

То, что я почуял человека, сомнений у меня не было. Чем ещё объяснить это давление на мою меру? Оно катилась по полям, словно волна перед громадным кораблём… Уж не знаю, почуял ли меня этот человек, но даже узнавать это мне было неохота!

Так-то понятно, что мне всё равно придётся встретиться с людьми, я ведь еду в столицу, где их много. Но там уж я найду, как это сделать…

Наверное, я проскакал около километра прежде, чем почувствовал, что грудь и разум ничего не сдавливает. Притормозил взмыленную лошадь, да и сам с облегчением отдышался. Уф-ф, кажется, пронесло!

Оказывается, я скакал всё время в гору. Точнее, в холм, потому что горой эту возвышенность было трудно назвать… Но теперь я, наблюдая с вершины пологого холма, мог увидеть в лунном свете, что далеко внизу, как раз рядом с небольшим озером расположилось какое-то селение.

Работорговцы выехали к дороге совсем с другой стороны, и это селение я видеть до этого не мог. Кто же там? Звери? Первушники? Нули?

Так-то припасов у меня хватило бы и до самой столицы, путь туда занял бы всего несколько часов. Но то ли любопытство, то ли ещё какое чутьё, но всё же я послал лошадь неторопливой рысцой вниз.

Правда, тут же мне пришлось снова пустить лошадь галопом, потому что ветер донёс до меня чьи-то крики. Даже не ветер — он ещё не долетел, а стихия воздуха уже гулко зазвенела:

— Помогите!

Женский это был голос или детский, я не смог разобрать с такого расстояния. Кажется, мелькнула чья-то голова в далёком зеркале озера, послышался всплеск.

Я пригнулся, прижимаясь к гриве. Коснулся разума лошади, пытаясь заставить её скакать ещё быстрее… Ну же, ну!!!

Глава 11

Озеро

Животное слушалось прекрасно, и до озера я долетел за считанные минуты. Правда, к этому моменту крики уже стихли, и на поверхности воды никого видно не было.

Но Небо явно сегодня благоволило мне. Ветер почти отсутствовал, и на спокойной глади озера ещё остались расходящиеся в стороны круги. Определить, где тот самый центр, откуда они пошли, оказалось не трудно. Незнакомец потонул метрах в пятнадцати от берега.

Доскакав до берега, я на ходу спрыгнул. И, не задумываясь, понёсся к воде… Лук висел у меня на спине, потому как отказываться от силы, которую он мне дарил, я не собирался.

Тут же воззвал к стихии воздуха. Помнится, друг Макото учил меня лисьей технике копья, и там было много воздушных элементов. Сейчас его наука, как ни странно, сама собой влилась в мои мышцы — я, едва касаясь стопами воды, пробежал прямо по ней практически все эти пятнадцать метров.

Правда, едва у меня потемнело перед глазами от недостатка меры для таких кульбитов, я тут же оттолкнулся посильнее в последнем толчке. И, сгруппировавшись щучкой, нырнул.

Я не особо надеялся на чудо, просто делал то, что должно… И, когда моя рука вдруг коснулась кого-то под водой, а потом мои пальцы обхватили чью-то тонкую кисть, моей радости не было предела.

Сразу появились дополнительные силы. Я рванул вверх, словно пробка… Стихия воды больше подходила для плавания, но когда знаешь принципы, это на самом деле не так уж и трудно. Тем более стихия воздуха позволяла мне облегчать тело, и для этого не нужен был контакт с самой стихией. Достаточно было мучительной близости — вот же он, воздух, всего в метре надо мной!

Оказалось, что чудо надо заслужить. В мою ступню тут же уцепились чьи-то острые зубы. К счастью, зубы эти были очень мелкими и частыми, вот только их массивный хозяин легко стал утягивать нас обоих на дно.

В тёмной толще мне не было видно, кто это, но я сразу коснулся разума чудовища. Оно было равно мне по мере, и можно было рискнуть. Правда, сил сражаться с его волей, когда я уже надорвался со стихией воздуха, у меня не было.

Но дар Соколов — такая же боевая магия, как и другие дары, и, как и в любом боевом искусстве, тут были свои хитрости. Поэтому я внушил монстру совсем другую мысль… Зачем тянуть, если можно толкнуть?

Тут же монстр рванул вверх, бодая меня массивной головой. Я был готов — в моей руке появился нож, который тут же вонзился в глаз чудищу. Оно тут же дёрнулось, исчезнув в толще. Мерами мы были равны, поэтому хищник не рискнул возвращаться.

Вынырнув, я вытянул тщедушное тельце за собой и спокойно погрёб к берегу. Пока плыл, приложил ладонь ко рту утопленника… И живо представил, как вгоняю воздух в его лёгкие.

Ноша в моих руках тут же закашлялась. Я в это время уже глянул его меру. Мальчишка-первушник, вторая ступень, стихии… ох, как же тебе не повезло-то, малец! У него были две стихии, огня и воды. И это на самом деле была не только редкость, но ещё и громадная для него проблема.

Маг, владеющий противоположными стихиями, всегда очень могуч. Вот только они хороши тогда, когда ими уже мастерски владеешь. Но попробуй ими овладеть…

Тем же зверям гораздо легче это сделать. Вторая мера сильна стихией духа, а дух является универсально прокладкой между всеми материальными стихиями. У первушника такой лазейки нет, и стихии приходится осваивать напрямую. Но противоположные стихии на то и противоположные, что мешают друг другу, так что чаще всего такие первушники не могут овладеть даже одной.

Размеренно загребая одной рукой, я вскоре почуял илистое дно. Вылез, устало доплёлся до кромки и наконец положил паренька на траву… Тот перевернулся на бок, откашливая воду. Похрипел,