Цена выживания - Тао Вонг

– А если всё это не сработает, она пришлёт Лабаши?

– Да, – мрачно сказал он.

– Мы можем отбиться?

– Если она пошлёт всё войско? Нет. Даже если лишь небольшую часть – и то едва ли.

– И…

– Обычный способ борьбы с наёмниками – это сделать так, чтобы их контракт стал обходиться им слишком дорого. Или чтоб их наниматель заплатил за разрыв контракта.

– То есть залить их кровью наши улицы и пляжи, да?

– В Уайтхорсе нет пляжей, которые стоило бы защищать такой ценой, – проговорил Роксли.

Я вздохнул. Поумничал, что называется.

Некоторое время мы молчали, затем Роксли заговорил снова.

– У тебя остались ещё какие-то вопросы?

– Нет, на данный момент нет, – ответил я и поднялся, потому что разговор, очевидно, подошёл к концу. Он был прав: как бы интересно и познавательно всё это ни было, но пора идти. Всё ещё опираясь рукой о стол, я продолжал в задумчивости смотреть на эльфа.

– Что, Джон?..

– Извини. Я просто не люблю сидеть в осаде.

Труиннар со свистом выдохнул воздух сквозь зубы, затем подошёл и схватил меня за руку.

– Джон, не надо. Они сильнее, чем ты можешь предположить. И пока мы будем играть по правилам, они не станут предпринимать дальнейших действий.

– Но так мы, скорее всего, проиграем.

– Если станем нарушать их правила, то проиграем с такой же вероятностью, – тихо сказал Роксли. – Пообещай мне, что не станешь делать никаких глупостей.

– Ладно. Просто мне это всё не нравится, – проворчал я. Нет, не то чтобы у меня был какой-то конкретный план, только предчувствие.

Роксли отпустил мою руку, и я принялся её разминать. Он склонил голову набок, уголок его губ слегка приподнялся…

– Ну, мне пора, – хрипло сказал я.

– Но мы же ещё даже не потренировались, – возразил Роксли, указывая в сторону тренировочного зала.

Я моргнул, припомнив былые встречи, когда мы иногда проводили вместе тренировки, и насторожился.

– Точно, мне пора, – пробормотал я, но обнаружил, что ноги отказываются двигаться с места.

Я сосредоточился, собрал в кулак внимание и волю, и заставил себя сделать шаг. Да. Мне определённо пора идти.

В спину мне прозвучал мягкий тягучий смешок.

Проклятый эльф.

Глава 7

Дорога до дома на мотоцикле заняла всего ничего, но мне хватило, чтобы в голове прояснилось. И это было хорошо, потому что я никак не ожидал увидеть здоровенного клыкастого орка, выходящего из дверей моего дома. Я едва не схватился за ружьё, когда вдруг понял, что знаю этого конкретного хакарта.

– Привет, Лабаши, – приветствовал я крупного зелёного гуманоида, который, кажется, слегка удивился мне, но потом расплылся в широченной улыбке.

– Привет, Джон, – сказал он.

– Привет, Али, – сам с собой поздоровался Дух и, увидев, что никто из нас не обращает особого внимания на его попытку присоединиться к беседе, вернулся к своим экранам.

– Ты что здесь делаешь? – с глухим стоном поинтересовался я. В ушах у меня всё ещё звенело от разговора с Роксли.

– Друга навещал, – Лабаши кивнул в сторону дома. – Я хотел выразить Лане свои соболезнования по поводу трагической утраты брата.

– Ах вот как? – проговорил я с сомнением. Как-то это… ну… странно для кого-то, кто знал их обоих так мало. А может, то, что я нахожу это странным, больше говорит обо мне? Ведь я всегда сожалею о смерти и ненавижу её, но в то же время не ощущаю так остро. Чувства мои всегда чуточку притуплены – все, кроме огромного пузыря ярости, который сидит у меня внутри.

– Да, – сказал Лабаши, – мне нравился Ричард и нравится его сестра. Они оба сильные личности, пусть даже его больше нет.

– Как она? – я кивнул на дверь. Любопытно было узнать, что об этом думает более опытный хакарт. И пусть всем нам пришлось научиться справляться с горем, но Лабаши и его люди были в этом асами.

– Бывает и хуже, – ответил он. – Первая серьёзная потеря всегда самая сложная. Некоторым не удаётся справиться.

Я скривился, разочарованный услышанным. Но его винить было не в чем, и его слова нельзя было сбрасывать со счетов. Наверное, можно сказать, что мне повезло – ведь я свою первую серьёзную утрату пережил много лет назад, когда был ещё совсем ребёнком, и когда умерла моя мать. Поздняя ночь, неосторожный водитель – и мир перевернулся. У меня ушло много лет на то, чтобы полностью осознать утрату, а отцу это так и не удалось. Отношения, которые раньше были просто натянутыми, переросли в нечто столь едкое, что даже теперь, когда я знал, что его нет в живых, всё равно мало что чувствовал, кроме гнева.

– Пока, Джон, – голос Лабаши прервал мои раздумья, когда он, пройдя мимо, направился обратно в город.

– Эй, Лабаши, – окликнул я, и хакарт обернулся. – А что ты вообще здесь делаешь?

– Работаю, – ответил он и пошёл прочь.

Я сказал «до свиданья», глядя ему вслед, между тем обдумывая его слова. Войдя в дом, я обнаружил, что Ланы нет ни в кухне, ни в гостиной, а дверь её комнаты запрета. Я подумал, не постучаться ли, но потом отбросил эту мысль. Я не знал, что ещё сказать такого, чего я раньше не говорил. Время. Вот что ей сейчас нужно.

Меня подбросило от звуков увертюры «1812 год»⁠[4], ударивших с громкостью в тысячу децибел. Я перекатился по кровати, схватил со стула пистолет, в другой руке у меня появился меч, и только тут я обнаружил, что никаких видимых угроз нет. Быстрый взгляд на мини-карту ничего не дал, однако я услышал, как наверху затопали и загомонили проснувшиеся Микито и Лана с питомцами.

– Какого чёрта, Али? – заорал я, как только музыка смолкла.

– Беда идёт. Одевайся, мальчик мой, – прокричал Али прямо через стену под аккомпанемент новых воплей и криков.

Вскоре тарарам стих, Али с гнусной ухмылкой просочился сквозь пол обратно ко мне, а я как раз заканчивал одеваться.

– Что, пришлось использовать пушки? – проворчал я, накидывая на шею обруч, в который складывался мой шлем.

– Нет, – Али скривился и поторопил: – Давай быстрее, лежебока. Девочки уже почти готовы.

Готов спорить на что угодно, паршивец получил массу удовольствия, подгоняя их. Нет, серьёзно, он – всего лишь воплощённый сгусток энергии и живёт в своём собственном измерении. Когда, к чертям, он успел превратиться в мелкого извращенца? Застёгивая ремень и направляясь к двери, я подумал, что с другой стороны, Али ведь говорил, что свою «человеческую» внешность он выудил из глубин моего сознания, так что, может быть, пора перестать задавать глупые вопросы. Потому что ответ мне может не понравиться.

– Джон, – Лана успела умыться, но на лице у неё не было ни капли косметики.

А вот Микито сделала макияж – хоть и самый лёгкий. Это многое