Погоня за судьбой - Ди

— Да, мне определённо нужно выспаться, — пробормотала я. — А ещё мне понадобится новый скафандр…

Сбоку возникла Софи, протянула руку и помогла подняться.

— Не будем терять время, — затараторила она. — Я пока пороюсь в компьютере, а вы сходите вниз, разведайте обстановку. Надо тут все уголки обыскать — и побыстрее, иначе все мы рискуем заработать лучевую болезнь. И будьте осторожны, пожалуйста…

Мимо трёх распахнутых стенных ниш, где до поры спали роботы, мы поспешили на выход из пункта управления, в сторону лестницы. Технический этаж встретил нас ещё более высоким фоном и рядом запертых дверей без каких-либо обозначений. В дальнем конце коридора массивный шлюз со знаком радиационной опасности вёл, судя по всему, в реакторный зал, но туда мы твёрдо решили не ходить…

За неприметной, как и все остальные, дверью я обнаружила склад со стеллажами, которые рядами уходили вглубь помещения. На одном из стеллажей подобрала промышленный скотч, которым туго перемотала запястье — проплавленный скафандр дал течь и пропускал снаружи загрязнённый воздух. Помещение было завалено разнообразными деталями — какими-то редукторами, шестернями, металлическими коробами с ворохами проводов, а в самом углу замерла одинокая громоздкая фигура, при виде которой всё внутри меня перевернулось вверх ногами.

Робот стоял, припав на бок, дюжина манипуляторов свисала безжизненными плетьми, массивный цилиндр туловища на запылённых гусеничных траках был вскрыт и распотрошён. Я никогда и ни за что не спутала бы эту жестяную бочку ни с чем на свете!

Сердце бешено колотилось, норовя выпрыгнуть из груди. Подскочив к корпусу из-под дяди Вани, я принялась осматривать его со всех сторон. Энергоблоки были извлечены и лежали тут же, рядом. Внутри, в камере сопряжения было пусто — контейнер с самим дядей Ваней забрали, оставив только его механическую оболочку. Но куда?! Я просто обязана была найти старика — живого или мёртвого. Неизвестность — самое невыносимое, что может быть. Разве что, наверное, после разбитых надежд…

Я выскочила со склада и с размаху налетела на Василия. Тот смерил меня оценивающим взглядом и поинтересовался:

— Ты чего такая шальная? Чёрта увидела?

— Нет, старого друга, — выпалила я. — Вернее, то, что от него осталось, его корпус. Надо найти его самого, он должен быть где-то здесь…

— Да уж, где только не встретишь друга, — протянул Вася. — Мир чертовски тесен и имеет форму чемодана… Мне, наверное, не стоит задавать вопросы, но я рискну. В каком смысле — корпус?

— Корпус, в котором он долгое время существовал. Это длинная история старого трансгуманиста, как-нибудь расскажу. — Меня колотило от нервного возбуждения. — Но я теперь точно знаю, что здешние обитатели покинули эту базу не далее, чем две недели назад! А ты?! Ты что-нибудь обнаружил?

— Ничего особенного, здесь только хлам. — Василий забросил масс-драйвер на плечо и махнул рукой. — Похоже, это место служило каким-то временным перевалочным пунктом. Хорошо спрятанным, рассчитанным на долгое пребывание, но теперь заброшенным за ненадобностью. Или из предосторожности… Надо бы ещё жилые помещения осмотреть, и нужно валить отсюда, пока светиться в темноте не начали…

Коридоры жилых помещений были совершенно безжизненны, и в звенящей тишине я слышала треск счётчика Гейгера, что раздавался из скафандра Василия — он уже, кажется, стал привычным фоновым шумом. Мы шли вдоль коридора и открывали одну жилую комнату за другой, заглядывая внутрь — везде было идеально чисто и прибрано. Распахнув дверь в последнюю каюту, Василий подозвал меня.

Внутри крошечного помещения я увидела человека. «Вот, кажется, и наш Маленький Принц — единственный обитатель позабытого всеми астероида…» Он лежал прямо на полу, на спине, сложив руки на груди. Воздух в каюте был тяжёлый и застоявшийся, возле стены аккуратно стояли несколько блюдец с грязной водой и какими-то высохшими комьями, а рядом с мертвецом лежал небольшой шерстяной комочек.

С оружием наизготовку я вошла в каюту, и тут же к горлу подкатил тяжёлый влажный ком — шерстяной комочек оказался маленькой бурой собачонкой. Прижав уши к голове, она свернулась возле человека в недвижимый поблекший клубок, и на секунду мне показалось, что это Джей — сейчас он встрепенётся, поднимет голову и…

«Нет», — одёрнула я сама себя. — «Ты бредишь…»

Я присела на корточки и с робкой надеждой осторожно коснулась покрытого проплешинами бока собаки. Тронутая едва заметными следами разложения, она лежала не шелохнувшись, не дыша. Умерла, так и не оставив своего хозяина.

— Это тоже твой старый друг? — тихо спросил Василий.

— Нет, в первый раз его вижу. — Переборов себя, я кое-как проглотила ком неродившихся слёз, приблизилась к мужчине и склонилась над его телом — тот, похоже, тоже был мёртв, однако выглядел так, будто это случилось совсем недавно.

— Надо, наверное, забрать их с собой и похоронить, — сказал Василий. — Пошли наверх, позовём помощь. Тут связи совсем нет.

— Иди, я ещё разок пройдусь по этажам — может быть, удастся найти хозяина оставленной оболочки…

* * *

Я по второму разу обошла весь комплекс, заглянув буквально в каждую щель, но больше ничего и никого не обнаружила — ни признаков дяди Вани, ни следов других живых организмов. Подмывало зайти в реакторный отсек, но я отмела эту идею — если дядя Ваня там, то его уже совершенно точно не было в живых. А я, вероятнее всего, сразу получу смертельную дозу радиации…

На первом ярусе двое членов экипажа на носилках выносили погибшего Йоши Микадо. Василий и корабельный врач Габриэла Кляйн спускались в жилой отсек, чтобы обследовать найденного покойника, пока непривычно хмурая и молчаливая Софи сидела у терминала, с головой погрузившись в код.

— А ведь там, в доке, ещё две пушки, — пробормотала Софи при моём появлении. — Только от времени и космического излучения у них мозги выгорели. Заводской брак, экономия на запчастях — поставили дешёвые матплаты, вот они и прохудились.

Покачав головой, я заметила:

— Пожалуй, в этот день Феликс может праздновать своё второе рождение…

Я выбралась из ангара на поверхность. «Фидес» стоял в отдалении, а вокруг люка из реголита торчали обугленные остовы турелей. Спрятанные до поры, они включились вместе с защитой комплекса и убили второго бортинженера Нормана Вайса. Можно ли было сделать всё иначе и обойтись без жертв? Пожалуй, да, но переиграть ситуацию мы уже не могли…

— «Фидес», приём, — послышался голос доктора Кляйн в коммуникаторе. — Наш мертвец — андроид. Сильнейшие повреждения от облучения, состояние критическое. Он впал в автогибернацию, из которой уже не выйдет.

— Несите его на