Малолетка 3. Не продавайся - Валерий Александрович Гуров

Пешеходы шли где хотели. Бабуля с сумкой на колёсиках нагло пересекала дорогу по диагонали, пацан в олимпийке перепрыгнул лужу и чуть не влетел под автобус, водитель высунулся и выдал ему такую тираду на русском могучем, что рядом даже продавец сигарет уважительно притих. На асфальте плавали окурки, бумажные стаканчики, шкурка от банана и какая-то размокшая газета с фотографией жирного депутата, у которого демократическая жизнь явно удалась.

— Вон там, после «Газели», — сказал я. — Дальше поворот и переход.

Шмель медленно кивнул, поправил жёлтые очки. Хотя место мы уже проверяли заранее.

Мы проехали мимо «Газели», потом свернули чуть правее и встали у края, носом к улице. Получалось вполне естественно: старое корыто ждёт, когда появится щель между машинами, водитель нервничает, пассажир сидит, людям вокруг плевать.

Мы начали ждать. У бизнесмена, у которого был ненормированный рабочий день, он мог закончиться в любой момент, поэтому важно оставаться начеку.

— Слушай внимательно, — сказал я Шмелю. — Когда он появится, пристраивайся следом и притри так, будто габариты не рассчитал. Надо прежде посмотреть, с какой стороны сидит батя Артура, и втираться именно туда.

— Почему именно туда?

Я объяснил братку свою логику, и у того аж лицо вытянулось.

— Ни хрена ты продуманный…

— С водителем сцепишься, но драку не начинай, — продолжил я.

— Не вопрос, ну если что, я могу его головой боднуть для приличия, — захорохорился Шмель.

Ему явно не нравилось, что отомстить братку за боковой не получилось. И он был бы совсем не прочь отыграться на водителе отца Артура.

— Это лишнее.

— Только когда он теперь появится — вот это хреново знает, — вздохнул браток. — Можем тут и до позднего вечера куковать…

Он говорил всё правильно — в офисе, куда поехал батя Артура, тот мог задержаться абсолютно на любое время. Я вспомнил, что вечером мне ещё надо забирать пса у ветеринарши — ещё бы, правда, понять, куда Тайсона потом девать, не притащить его в детский дом. Или притащишь?

Шмель рядом уже располагался поудобнее, полагая, что нам придётся долго ждать. Он набрал полную грудь воздуха и хотел уже что-то сказать, но я поднял руку. Я в этот момент совершенно случайно посмотрел на поток машин и замер. В потоке прошла тёмная иномарка отца Артура. Ждать долго не пришлось…

Шмель аж напрягся.

— Он?

— Заводись!

— Точно?

— После вон той «Газели» начинаешь выкатываться, — я не обратил внимания на вопрос братка и уже говорил, что делать дальше. — Пусть выглядит так, будто ты его не видел.

Шмель положил руки на руль, чуть подался вперёд, одновременно заводя Москвич. Жёлтые очки делали его похожим на водителя из плохого клипа. Браток завёл нашу колымагу. Москвич кашлянул, дёрнулся и пополз по дороге.

В этот же миг нужная машина шла рядом, водитель уже обходил «Газель», которая закрывала ему часть обзора. Всё случилось именно так, как требовалось. Металл скребнул металл. Короткий удар прошёл по кузову, Москвич качнулся. Водитель иномарки ударил по тормозам. Но Москвич остановился ровно там, где я и просил — перекрывая заднюю левую дверь.

Шмель распахнул дверь и вылетел наружу первым.

— Ты куда летишь, летун⁈ Тут рынок, тут люди ходят!

Водитель отца Артура выскочил почти одновременно. Крепкий мужик. Он глянул на замятую дверь, побагровел и перевёл взгляд на Шмеля.

— Ты куда прёшь, баран⁈

— Я пру? — Шмель ткнул пальцем в «Газель». — Ты глаза протри! Тут «Газель» стоит, люди ходят, а ты несёшься, как будто у тебя жена рожает!

— Ты мне машину поцарапал!

Сзади загудели. Продавец одной из палаток высунулся с куском колбасы в руке.

— Э, командиры, вы машины уберите!

— Сейчас мы тут всё оформим! — крикнул Шмель и повернулся обратно к водителю. — ГАИ вызывай!

— Сам вызывай!

— У меня времени вагон, я сегодня свободный человек!

Вокруг уже собирались первые зрители: бабка с авоськой, парень в спортивном костюме, грузчик с ящиком. Бабка, конечно, не выдержала.

— Раньше ездили спокойнее, — сказала она всем сразу. — А теперь понакупали иномарок, людям пройти нельзя. Потому что за людей других не считают!

— Мать, тут Москвич виноват! — рявкнул водитель.

— Все вы виноваты, — отрезала бабка. — И правительство тоже.

Я уже не слушал. Спокойно вышел из Москвича, натягивая панаму. Пока Шмель держал водителя, я двинулся к задней двери иномарки.

Я просил Шмеля врезаться в иномарку так, чтобы отец Артура не вышел сразу. Для этого ему понадобилось бы немного времени, чтобы переместить жопу по салону от левой двери к правой. А для этого следовало изловчиться и перелезть через подлокотник. В общем, немного времени у меня оставалось до того, как мужик выйдет наружу. Я подошёл к двери, которая как раз в этот момент начала открываться. Из салона появился высокий, собранный мужчина с нервным лицом. Плащ, туфли — всё буквально так и кричало, что бабок здесь дохрена.

Я вырос перед ним и не стал откладывать дело в долгий ящик.

— Ваш сын жив.

От автора:

Что если ты вернулся в школу со всеми знаниями, которые накопил?

Что если здесь учится сын того, кто тебя застрелил?

В девяностых, он был опером и погиб, защищая невинного. Но не умер, а стал десятиклассником в нашем времени. А значит история ещё не закончена.

ВТОРОГОДКА

Дмитрий Ромов 1 том здесь: https://author.today/reader/470570/

10 том: https://author.today/work/588620

Глава 11

Рынок продолжал жить своей жизнью. За спиной орал водитель, Шмель в жёлтых очках махал руками возле Москвича, сзади кто-то раздражённо давил на клаксон. Продавец колбасы ругался из палатки, а бабка с авоськой объясняла всем устройство государства. Но для мужчины в дорогом плаще всё это ушло куда-то в сторону, как звук телевизора в соседней комнате.

Он повернул голову медленно. Только что передо мной стоял раздражённый хозяин положения, которому какая-то рыночная авария испортила вечер. Теперь же на его лице осталась та же холодная складка у рта, но глаза стали другими: внимательными, тяжёлыми, злыми.

— Что? — спросил он.

Я не стал повторять. Рядом водитель как раз шагнул к Шмелю и ткнул пальцем в сторону крыла.

— Да он сам вылез! Я тормозил, а этот…

— Разговор про Артура, — сказал я. — Короткий.

Мужчина смотрел на меня. На руке блеснули часы, на пальце тяжёлое кольцо. Он держался спокойно, но внутри у него уже всё сжалось в точку.

Я заметил, как он чуть повернулся, закрывая нас от водителя.

— Ты кто такой? — прошептал он. — Где мой сын?

— Там, куда ваши люди сейчас не доедут.

Он сделал короткий вдох. Водитель опять попытался вмешаться: