Малолетка 3. Не продавайся - Валерий Александрович Гуров

Отец Артура даже не отреагировал. Шмель, чтобы заполнить паузу, продолжал отыгрывать свою роль.

— Чего молчишь? — возмутился он. — У меня тут ущерб, между прочим! Я теперь как на этом корыте поеду? Оно и до тебя еле ехало!

Отец Артура смотрел только на меня.

— Сколько вам надо?

— Деньги сейчас не обсуждаем.

— Парень, ты понимаешь, с кем разговариваешь?

У него чуть дрогнула скула. Он привык, что люди перед ним либо мямлят, либо выпрашивают. Я не делал ни первого, ни второго.

— Если это разводка…

— Если бы это была разводка, мы бы не тормозили вас вот так.

Виктор бросил быстрый взгляд по сторонам. Толпа действительно уже набухала. У палатки с овощами остановились две женщины, грузчик с ящиком поставил свою ношу на землю.

— Мне нужны доказательства, — процедил отец Артура.

— Получите.

— Когда?

— Когда будете готовы слушать.

Виктор подошёл ко мне вплотную. Я остался на месте. Мужик посмотрел на меня уже без прежнего презрения. До доверия там было далеко, до спокойствия ещё дальше, но случайным уличным клоуном я для него быть перестал.

— Адрес. Где мой сын?

— Адреса не будет.

— Тогда зачем ты подошёл?

— Чтобы вы знали: Артур жив. Следующий контакт будет по телефону. Фраза простая: «Доставка беспокоит». Услышите её — будете знать, что это я.

— Ты… — начал было мужик, но я перебил.

— Мы вам позвоним. А пока с этим разберитесь, — я кивнул на слипшиеся после удара машины.

Виктор едва заметно перевёл взгляд на повреждение. Дверь его машины была зацеплена по касательной, краска содрана, железо чуть ушло внутрь. Неприятно, дорого, но совсем не страшно. Для него эта царапина уже перестала существовать, хотя пять минут назад за такое его водитель готов был сорваться в драку.

Водитель, кстати, всё ещё кипел.

— Виктор Павлович, я сейчас разберусь, тут этот клоун…

— Всё, — сказал отец Артура. — Садись.

Водитель обернулся, будто решил, что ослышался.

— Как всё? Там же…

— Я сказал, садись.

Водитель уже стоял у своей двери, но всё ещё не мог принять реальность. Но команду шефа оспаривать не стал. Отец Артура перед посадкой задержал взгляд на мне. Он запоминал лицо, рост, манеру стоять. Делал это быстро, явно умело. Я тоже смотрел на него. Первый крючок вошёл, теперь его нельзя было дёргать слишком грубо.

— Ждите звонка, — сказал я.

Он ничего не ответил. Сел в машину и захлопнул дверь. Водитель ещё секунду постоял, потом резко сел за руль. Иномарка тронулась, водитель вырулил в поток слишком резко, сзади снова заорали клаксоны.

Перед тем как уехать, водитель оглянулся на нас через боковое стекло, и в его глазах застыло честное непонимание: почему хозяин вдруг промолчал. Ведь мы очевидно были не правы.

Шмель проводил машину взглядом, потом повернулся ко мне. Лицо у него было напряжённое. Адреналин ещё не отпускал. Толпа вокруг начала расходиться, потеряв главный интерес.

— Поехали, — бросил я.

Шмель молча сел за руль. Мотор не заглох, что само по себе тянуло на маленькое чудо. Мы выкатились из рыночного шума, прошли мимо «Газели», которая всё ещё стояла вторым рядом, потом свернули. Ушли на соседнюю улицу, где пятиэтажки стояли серыми коробками.

Москвич гремел на ямах, подвеска стонала, под панелью снова зазвенело. Шмель уже начал дышать ровнее. Он держал руль крепко, но понемногу расслаблялся.

— Ну?

Я смотрел назад ещё несколько секунд. Поток жил сам по себе — на хвосте у нас никого не было.

— Чисто.

Шмель выдохнул с явным облегчением и повёл машину уже по нужной улице. Перед тем как задать следующий вопрос, браток с минуту молчал.

— Он поверил?

— Нет, — я покачал головой.

— Тогда чего мы добились?

— Он испугался, что это может оказаться правдой.

Шмель глянул на меня через жёлтые очки, но замолчал. Потом хмыкнул, включил поворотник и повёл Москвич к дому Сергея. В зеркало я посмотрел ещё раз. Просто по привычке, но на хвосте не было никого.

Мы подъехали к дому Сергея не сразу. Шмель вывел Москвич через двор с облезлыми гаражами, потом через соседнюю улицу, проехал мимо наливайки, где толпились работяги после заводской смены.

— Во двор не лезь, — сказал я. — Вон туда встань, у тополя.

Шмель поставил Москвич чуть в стороне от подъезда, возле старого тополя с побелённым низом. Двигатель заглушил не сразу. Пальцы у него ещё держали руль, хотя ехать уже было некуда. Жёлтые очки съехали на нос, ухо после драки с братками всё ещё краснело.

Я сидел рядом и смотрел во двор. У ларька двое подростков делили пачку жвачки, возле них крутилась облезлая собака, а на лавке у подъезда сидела старуха в платке и чистила семечки. Машины стояли обычные: «копейка» с ржавым крылом, синий «Запор», белая «Волга» с треснутым стеклом. Чужого хвоста во дворе тоже не было.

Шмель наконец заглушил мотор.

— Что дальше, надо добивать? — спросил Шмель. — Пока горячий. Позвоним ему сейчас, как на хату поднимемся, дадим Артуру трубку, пусть услышит пацана, и всё.

— Нет, — отрезал я.

— Почему?

— Потому что он может ментов поднять. С квартиры звонить нельзя.

— Поднимет. Людей поднимет. Связи… — согласился Шмель.

Он откинулся на спинку сиденья и выдохнул.

— Хорошо. С хаты не звоним. Тогда что дальше?

— Отец должен получить доказательство, что сын живой. Так что звонить придётся, но не из дома, — объяснил я. — Подготовим пацана, и скажет ровно столько, сколько нужно.

Шмель скептически глянул на подъезд.

— А он не начнёт орать? Папа, спаси, меня держат, эти все психи, один в жёлтых очках?

Я понимал, что такой вариант тоже нельзя исключать.

— Поэтому сначала поговорим с ним.

Шмель наконец снял очки, посмотрел на них и протёр пальцами глаза. Потом фыркнул, открыл дверь и вылез из машины. Я вышел следом, ещё раз посмотрел по двору. Старуха на лавке щёлкала семечки и смотрела на нас с любопытством. У ларька продавщица поправила на стекле картонку с надписью «Пепси есть», а из открытого окна первого этажа пахнуло жареной картошкой с луком.

Мы вошли в подъезд под взгляд старухи.

— Здрасьте, — выдал Шмель «пароль». — Как ваше здоровье?

Бабуля тотчас подобрела, заулыбалась и сразу приняла нас за своих.

Мы быстро поднялись на нужный этаж. Шмель шёл первым, но на площадке притормозил и дал мне выйти к двери. Я достал ключ и отпер замок. Дверь открылась, чуть скрипнув, и в коридоре тотчас появился Сергей, весь перепуганный до чёртиков и уставший после долгого ожидания.

— Ну?

— Всё в порядке, — бросил я и прошёл внутрь.

Сергей перевёл взгляд на Шмеля. Жёлтые очки и