Босс всех боссов - Наиль Эдуардович Выборнов

Но… Он сам выбрал этот путь. Когда отказался голосовать за запрет и решил, что его решение важнее решения Комиссии.

А значит, лучше встать на сторону Лучано. Полностью. Так Санто сможет уйти куда как дальше. Да и отказаться от наркоты — это действительно мудро. Уйти от охоты за сиюминутной выгодой, а вместо этого делать настоящее дело.

Санто принял решение. И был полностью уверен, что оно правильное.

Глава 9

Едва мы вернулись с Кубы, как меня сразу же закрутил круговорот дел. Несколько встреч, решение вопроса со швейным профсоюзом, потом — визит к поставщику, который из-за проблем с полицией не смог вовремя привезти партию самогона. Как говорится, босс не знает покоя.

Но Бруни, которого я оставил вместо себя, знал свое дело и делал его, в основном все было спокойно. А уж если учесть, что сейчас между Семьями был мир, так вообще все было хорошо. Крови не было — и это самое главное. И хорошо, пусть газеты и полиция немного успокоятся, а то после «ночи сицилийской вечерни», как журналисты окрестили тот день, когда мы разобрались с приближенными Маранцано, все стояли на ушах.

Я правда так и не понял, почему ночь, если все эти убийства произошли днем. Но по-видимому так было просто поэтичнее.

После встречи настроение было хорошее, пусть я и понимал, что затишье на самом деле временное, и в конечном итоге снова появятся проблемы. Пускай и с тем же самым Антинори. Потому что Траффиканте связался со мной и сказал, что его босс пообещал убить меня.

Ну пообещал и пообещал. Многие хотели, и ни у кого не получилось. Скоро уже год, как я в этом теле.

Проблема только в том, что я сам не мог разобраться с ним первым. Мне нужен был повод и одобрение Комиссии, а сейчас я его не получу. В будущем — да, так получится. Но я сам поставил такие правила, и долго к этому шел. Так что пусть все будет как идет.

Гэй, кстати, тоже была довольна, потому что два дня мы отдыхали, пили коктейли и валялись на пляже. И поместье ей понравилось, тем более, что она знала, что она в любой момент может отправиться туда. А еще будет считаться там полноправной хозяйкой — это ведь не съемное, это уже наше, даже по документам все прозрачно — Гарсия, который выкупил его изначально, оформил дарственную на мое имя.

Она, конечно, хотела бы остаться на подольше, да только вот времени не было. И она это поняла, она вообще все понимала, знала о нашем бизнесе, и вообще.

А под вечер пятницы я отправился в Мэдисон-сквер-гарден. Сегодня был первый бой нашей лиги, который проходил там, и атмосфера там была особенной. Потому что впервые на наше шоу пришли не бедняки, которым просто хотелось отвлечься от проблем, а респектабельные люди. Постепенно смешанные боевые искусства превращались из обычного мордобоя на потеху публики в элитарное зрелище. Собственно, к этому я и стремился, пусть и понимал, что бои для людей классом пониже будут продолжаться.

Я сидел в первом ряду ложи для важных гостей, справа от меня находился Костелло, а слева Багси. Ну и позади несколько наших людей, в качестве охраны, для престижа, ну и потому что им тоже хотелось посмотреть бои. Ведь сегодня будет настоящее зрелище — чемпионский бой. А перед этим несколько разогревочных.

В этом и была наша фишка. Обычно бой был один, и он шел долго, двенадцать раундов, или до того, как один из боксеров не сможет продолжать. А наши бои короткие — всего пять раундов, но идут один за другим. Понимание того, что они получат несколько боев вместо одного, заставляло людей идти на них.

Жаль только, что телевидения пока нет. Иначе очень скоро мы продали бы права на трансляцию и заработали бы еще больше. Не факт, что я доживу до этого, но мои потомки, если они будут, смогут зарабатывать исключительно на этом. Лига только растет.

Гэй осталась дома — она сказала, что ей не очень хочется смотреть, как люди бьют друг друга. Спорить я не стал. К тому же ей хотелось встретиться с подругами, похвастаться загаром, да и вообще.

Зал оказался полным. Мэдисон-сквер-гарден вмещал больше двадцати тысяч человек, и свободных мест не было — это было видно с возвышения практически сразу. Стоял гул, причем не просто шум, а толпа была в предвкушении. Люди пришли и ждали.

Как сказал Мэдден, билеты на сегодня разошлись за три дня. И даже нашлось несколько перекупов, которые закупили билеты, а потом пытались перепродать их, взвинчивая цены. Его ирландцам пришлось нанести визит к таким и объяснить, что так делать больше не нужно. Заодно отобрав билеты, лишив части имущества и определенной толики здоровья. Избили их, короче говоря.

Но первый чемпионский бой — это уже хорошо. А главное — это чемпионский бой в тяжелом весе. То есть потом мы сможем провести их и в других категориях. И все должно быть хорошо, если парни покажут зрелище.

В десять минут девятого, когда все уже расселись, начались разогревочные бои. Вышло двое парней, молодых совсем — один из Бронкса, а другой, судя по фамилии, откуда-то из восточной Европы — Польши или Чехословакии. Не очень известные, но они прошли уже несколько боев в нашей лиге и постоянные их знали. И те, кто слушали трансляции по радио, естественно, тоже.

Ну и сегодняшний бой тоже транслируют, и за права на это Мэдден вырвал крупную сумму. А значит, сегодня и я стану чуть богаче — мы же делим деньги.

Судил их не Демпси, он должен был выступить в качестве рефери только на чемпионском бое. Еще один способ придать ему интереса, ведь если легенда бокса собирается выйти на ринг, пусть даже и как рефери — это уже значит, что бой должен быть стоящим.

Началось. Первый раунд прошел в стойке — парни крутились друг напротив друга, выбрасывали джебы, но сойтись толком не пытались. Изучали друг друга — до этого они не встречались. А записей боев, чтобы посмотреть и изучить манеру боя друг друга, еще не было.

— Бронкс возьмет, — сказал Багси.

— А я думаю, поляк, — я улыбнулся.

— Ставим? — тут же спросил он.

Я не стал отвечать. Ставить на своих же бойцов я зарекся — это делает тебя заинтересованным в