Кошмарная клиника - Юлия Зубарева

коллективе всегда всё на виду. Надька его застала прям на рабочем месте в позе более чем недвусмысленной. Подсказали подруги, почему Ромочка её на работе задерживается. Скандал был некрасивый, дошло до начальства, вот Ромка и уволился. С квартиры он как честный человек тоже съехал, оставив половину вещей и разбитое сердце подруги за дверью. Вот такой урок на всю жизнь: и любимую женщину потерял, и работу в один момент.

Это они уже на кухне сидели, продолжая вечерний психоанализ. Выговориться человеку со стороны легче, чем близкому, а Роман и близким-то особо ничего не рассказывал. Болтался вторую неделю неприкаянным, как астронавт на орбите. Вот на дачу к родителям уехал, чтоб подумать, а тут Иван как с неба свалился.

— Не боись. Ты теперь в моей команде. Наладится всё. Знаешь, как я с отцом помирился? Я ему приснился! А ты говоришь, Надька тебя никогда не простит. Мы ей приснимся, и простит, как миленькая.

С пьяных глаз тянуло на подвиги — хотелось рассказать старому другу про тайные сны. Но Иван поймал себя в самый последний момент, свернул разговор и пошёл искать бельё свежее, предупредив Ромика, что иногда к ним соседский кот может просочиться, — чтоб не пугался.

— Напугал ветеринара соседским котом, — невесело пошутил тот в ответ. — Пусть это он меня боится.

— Ну-ну.

Не найдя нормальную гостевую подушку, Иван отдал свою с кровати, а сам лёг на Василискину, вдыхая слабый запах её шампуня и крема. Этот едва уловимый аромат щекотал ноздри, рисовал призрачные картинки: вот Василиса сидит у зеркала, неторопливо расчесывает волосы, в вот сопит рядом, смешно укрыв нос одеялом.

Иван закрыл глаза, позволяя себе на секунду задержаться в этом образе, он успокаивал, напоминал о том, что у Ивана все хорошо в семейной жизни и никакие адьюльтеры брак их разбить не смогут.

За стеной тихо пошевелился Ромка — устраивался на диване. Иван прислушался к размеренному дыханию друга и улыбнулся. Хорошо, что тот сегодня здесь. Хорошо, что можно помочь. Хорошо, что есть кому помочь.

Глава 12

Команда

Ромик стоял посреди Иванова кабинета босиком, в майке и труселях, как укладывался спать на гостевом диване. Он разглядывал просторный кабинет со столом и массивным креслом, как будто в музей попал, и совершенно не замечал самого Ивана, что в этом кресле сидел.

— Кхм. Шеф, можем начинать приём?

Машера, внутренним чутьем всегда знавшая, что шеф оказался на рабочем месте, приоткрыла дверь. И впервые за время знакомства Иван увидел, как безупречные черты лица его ассистентки пытаются выразить незнакомую до сегодняшнего момента эмоцию. Машера удивилась! Её надбровные дуги поднялись вверх, а рот с синими пухлыми губами округлился, как на картинке в аниме. Казалось, даже носик приподнялся, расширенными ноздрями ловя незнакомый доселе запах.

Ромик оглянулся к двери и замер, будто ударенный молнией. Было непонятно — от восхищения или просто испугался синекожей красотки с рогами и хвостом в белом халате.

— Да отомри уже, Поганкин. Это тебе снится. Знакомься: Машера — это мой хороший приятель. Он тут случайно и не надолго, наверно.

— Очень приятно. У тебя тут прям царские палаты и девушки такие красивые, — Ромка шагнул, стукнул пятками и поклонился по-гусарски перед застывшей в проеме Машкой. Осмелев, что его никто убивать не собирается, взял опущенную руку с черными изогнутыми коготками в свою и поцеловал со всей галантностью, на что был способен. — Очень приятно. Роман. Ваш новый узист.

Машера не отрываясь смотрела на Ивана. Её итак не маленькие глаза стали такими большими и выразительными, что Иван даже испугался немного за синекожую свою помощницу. Похоже, ей ещё руки никто не целовал до этого. «Эх, мало она с настоящими мужиками общалась. Все мечом норовили победить, а тут пришел в трусах герой, и спеклась воительница», — подумал он мимоходом. Стало смешно от всей этой дурацкой ситуации, но на правах начальства пришлось держать лицо и не хихикать.

— У нас халаты есть свободные? Не в трусах же ему экскурсию проводить, как думаешь? Не всё тебе новых работников нам подыскивать, смотри — какой специалист устраиваться пришел.

— В термах есть подходящие размеры, — ответила Машера.

Судя по движению её спины, закрывающей проем в коридор, Машера пока была не готова знакомить пациентов с таким вкусным и питательным, новым доктором. Она сама старалась не слишком раздувать ноздри от запаха здорового полнокровного мужчины — безоружного и без доспехов. Инстинкты выли, что это враг и мясо, но шеф сказал — «хороший», значит, так тому и быть.

Иван только сейчас понял, какая рисковая шутка могла бы получиться, выведи он Ромика к своим ручным монстрикам. Он быстро пересек кабинет и захлопнул дверь. Подтолкнул зависшего Романа к лифту в стене за декоративной панелью и попросил Машеру, доверяя ей как никому другому в этом мире:

— Проследи, чтобы гость ни в чём не нуждался и остался доволен. Я только тебя об этом могу попросить.

— Конечно, шеф. Гость останется довольным, — ответила Машера.

Фраза прозвучала несколько двусмысленно, но Иван останавливать сладкую парочку не стал. «Взрослые люди — сами разберутся», — решил он.

— Как там кот? — крикнул он в закрывающуюся дверь.

— Всё хорошо, девочки за ним присматривают, не волнуйтесь. Он почти всегда тут, — донеслось из шахты, и дверь закрылась.

«Ну что ж, почти всегда — лучше, чем сбежал и не появлялся», — подумал Иван. Пора было приниматься за приём. Больные, калечные и увечные ждать не будут.

Сегодня пациенты были как никогда беспокойные. Сначала они с погонщиком ловили по кабинету разлетевшихся из корзинки недавно рожденных обезьян с крыльями.

Зачем лысая перекаченная образина — сам похожий на депилированного шимпанзе — притащил целый выводок здоровых и подвижных летучих малышей, Иван поначалу и не понял. Пока угукающий хозяин вытаскивал из заплечной корзины одного хвостатого детеныша, остальные разбежались по кабинету из-под крышки.

Ловить эту орду по одному и запихивать обратно оказалось делом суетливым и крайне неблагодарным. Ивану дико не хватало Машеры на приёме: та понимала любое наречие, шипение и хрипы, спокойно объясняла Ивану, что у кого болит, — и при ней такого безобразия точно бы не случилось.

Прыгучие пациенты разносили кабинет со скоростью ядерной реакции. Иван залез на стол, чтобы скинуть с огромной, опасно раскачивающейся люстры горсть этого хвостатого безобразия, но лишь распугал мелюзгу.

Хозяин или погонщик, как вначале казалось, действовал более эффективно. Он подпрыгивал, цепляясь за минимально выступающие детали отделки стен длинными руками, и в полёте выхватывал очередное верещащее чудо, что не