Алхимия секретов - Стефани Гарбер

что сестра шутит. Но теперь, достав огромную коробку, задумалась: не ожидала ли Дженьюэри чего-то подобного? Очевидно, в ее жизни присутствовали вещи, о которых она не рассказывала.

Холланд вздрогнула, услышав какой-то шум, доносившийся из передней части дома. Оттуда, где она оставила Гейба… и посылку Профессора.

Глава шестнадцатая

Сердце Холланд снова ускорило ритм. А может, оно никогда и не переставало бешено колотиться.

Она выскочила из ванной, но тут же резко остановилась.

Гейб все еще сидел на ступеньках. Он задвинул посылку себе за спину, а сам устроился перед ней, одной рукой зажимая рану, а другой держа пистолет.

Холланд прерывисто вздохнула.

– Что такое? – спросил он и, хмуро поджав губы, посмотрел на нее. – Думала, что уйду с ней? – кивнул он в сторону посылки.

Холланд хотела сказать «нет», но этим вечером было произнесено так много лжи, что она не желала добавлять еще одну, пусть и маленькую.

– Я допускала такую мысль.

– Ты все еще мне не доверяешь?

– Не знаю, – честно призналась Холланд. Чуть ранее ее ответом стало бы простое «нет». Ей все еще казалось, что так и должно быть. Учитывая, что она узнала о Джейке и Адаме, было разумным не доверять никому – особенно мужчине, которого она находила привлекательным, – пока тот не пройдет проверку на детекторе лжи или не признается во всех своих грехах под воздействием сыворотки правды.

Но Гейб принял на себя пулю, охранял посылку и не бросил ее, Холланд.

К тому же она не хотела, чтобы он уходил.

Холланд не могла назвать это доверием, но все же это было лучше, чем ничего. Достаточно, чтобы, приблизившись к Гейбу, она почувствовала себя слегка взволнованной.

Парень подвинулся вправо, к перилам, чтобы позволить Холланд сесть рядом. На нем все еще был пиджак кобальтового цвета. Судя по тому, как тот сидел, стоил он недешево. То же можно было сказать и по ткани, которая оказалась гладкой на ощупь, когда Холланд коснулась ее, чтобы помочь Гейбу снять пиджак.

– Тебе не стоит, – сказал он.

– Не стоит что? – замерла она.

– Доверять мне. Я нехороший человек.

– Разве я дала понять, что считаю тебя хорошим человеком? – Холланд попыталась произнести это так, словно все еще хотела уколоть его, но совершила ошибку и посмотрела на Гейба. По-настоящему посмотрела. Впервые она увидела его при свете и оказалась права: глаза Гейба были темными, а на правой щеке, чуть ниже глаза, тянулся шрам. Он был точно таким, каким Холланд вообразила его, сидя тогда в машине.

Она заверила себя, что было нетрудно догадаться о том, что у такого мужчины, как Гейб, имелся шрам на лице. Но в этом шраме скрывалось что-то такое, отчего она почувствовала, будто уже видела его раньше. На секунду перед ее мысленным взором промелькнуло лицо Гейба, когда он наклонился к ней, глядя в глаза своими, покрасневшими и полными боли.

По легкому прищуру Холланд поняла, что парень заметил, что она пялилась на него.

Девушка поспешила отвести взгляд и сосредоточилась на том, чтобы снять пиджак. Рубашка под ним выглядела так, словно когда-то была белоснежной, но теперь оказалась залита кровью. Большим количеством крови. Гейб все еще прикрывал рану широкой ладонью, и Холланд понятия не имела, что произойдет, когда он отодвинет ее.

– Что нам делать дальше? Или что мне делать? – спросила она. Холланд было неприятно это признавать, но она почувствовала головокружение от одного только вида крови. – Мне снять с тебя рубашку, а потом попросить убрать руку? Или лучше убрать руку, а потом снять с тебя рубашку? Существует ли какой-то определенный порядок?

Гейб мрачно посмотрел на нее. Словно ожидал чего-то большего, словно думал, что она окажется Дженьюэри, которую не смутили бы ни кровь, ни сам Гейб.

– Я позабочусь о рубашке, а ты подготовь иголку и нитку.

Холланд дрожащими пальцами открыла аптечку. Внутри все было аккуратно разложено и помечено тревожными записками вроде «Если не хочешь ехать в больницу» или «В случае отравления».

И вдруг Холланд удостоверилась в том, что ее сестра знала, что произойдет нечто подобное. Она схватила пакет «Когда не хочешь ехать в больницу» и быстро разорвала его.

Внутри скрывалось еще несколько мешочков с перчатками, салфетками для дезинфицирования и обезболивания, которые использовали при хирургических операциях. Также там нашлись маленькие плоскогубцы, ножницы, иголки и нитки, которые напомнили Холланд о рыболовной проволоке. Только она знала, что это была не рыболовная проволока, а хирургические нити.

Ей срочно нужно было отвлечься.

– Полагаю, на самом деле моя сестра не разыскивает редкие книги?

– Этот вопрос стоит задать ей, а не мне.

– Можешь дать подсказку? Она – наемный убийца? Вы двое похищаете людей?

– Мы не работаем вместе, – произнес Гейб так, словно это было важно.

– Но ты же говорил… – Холланд не могла вспомнить, что именно он сказал ей в машине, то ли из-за шока от поездки, то ли из-за крови, которую видела прямо сейчас. Наверняка она могла утверждать лишь то, что Гейб и Дженьюэри не встречались.

– Я фрилансер, который хорош в поиске редких вещей. А теперь, – резко сказал Гейб, явно желая положить конец любым вопросам, – возьми одну из антисептических салфеток, чтобы промыть рану.

Холланд сделала, как было велено.

Гейб убрал руку. Там было так много крови и плоти, что…

Холланд была вынуждена закрыть глаза. Она не была Дженьюэри, не была способна на подобное. Хотела, но глаза отказывались открываться.

– Эй, – позвал Гейб. – Дорогуша, посмотри на меня.

– Не знаю, смогу ли сделать это…

– Не смотри на мою рану, – сказал он на удивление нежно. – Посмотри на меня.

Она услышала, как Гейб опустил пистолет, а затем почувствовала его руку на своей.

– Можешь расслабиться. – Его ладонь была теплой, когда он поднес ее пальцы к ране. – Сегодня я не умру.

– Ты этого не знаешь.

– Знаю. – Его голос стал еще мягче. – Точно так же, как ты знаешь дату своей смерти.

Холланд приоткрыла глаза.

– Ты разговаривал с Часовщиком?

Гейб направил ее руку, чтобы опустить антисептическую салфетку.

– Этим вечером я не умру.

Холланд вспомнила, как он вел машину, будто аварии случались только с другими людьми.

– Вот почему ты вел машину как умалишенный.

– Нет, у меня просто такой стиль вождения, – ответил Гейб. Она могла поклясться, что видела, как уголок его губ приподнялся на дюйм. Гейб терпеливо попросил Холланд надеть перчатки, а затем промокнуть салфеткой кожу вокруг раны.

Ей все еще не хотелось смотреть на то место, куда угодила пуля, но после рассказа Гейба о Часовщике она