Алхимия секретов - Стефани Гарбер

что она вот-вот потеряет самоконтроль и убежит или и то и другое. – Клянусь, я говорю правду, – заверил он. Адам смотрел на нее так, будто от нее зависела вся его жизнь, будто только ее мнение о нем и имело значение, будто он принял бы пулю, поверь она ему. И на долю секунды Холланд захотелось поверить.

В следующее мгновение тишину разорвал выстрел.

Когда он прогремел, взгляд Холланд все еще был прикован к умоляющему лицу Адама.

Звук был такой, словно наступил конец света. Земля раскололась. Горы рухнули.

Затем кто-то схватил ее за плечи и потащил к двери.

Гейб. Ее тащил Гейб.

Холланд видела, как шевелятся его губы, но не могла разобрать и слова. В ушах у нее звенело. Комната превратилась в одну из тех расфокусированных картинок, где все, за исключением одного, становится расплывчатым. И единственное, что осталось четким, – Адам, распростертый на полу, посреди комнаты.

– Нет! – закричала Холланд, и мир внезапно снова обрел четкость. Она почувствовала исходящий от двери за ее спиной холод, который контрастировал с жаром кровожадных рук пытающегося оттащить ее Гейба. – Отпусти меня!

– Нужно убираться отсюда! – прорычал Гейб, прежде чем поднять Холланд на руки.

– Поставь меня на землю! – задрыгала она ногами. – В его убийстве не было необходимости!

– Не волнуйся, этого ублюдка не так легко убить. И… – Гейб судорожно вздохнул, притягивая ее ближе, прижимая к себе. – Это он выстрелил первым.

Именно тогда Холланд почувствовала влагу на его груди. Кровь. Она не видела, как Адам нажал на курок. Она была слишком сосредоточена на его глазах – как и тогда, в офисе, когда один только его взгляд заставил ее покраснеть. Адам снова обманул ее. Одолеваемая неприятным, тошнотворным чувством, она задумалась, не проделал ли он то же самое с Дженьюэри.

Холланд тут же перестала сопротивляться.

– Опусти. Тебе не следует меня нести.

– Я же не при смерти, – проворчал Гейб. Однако Холланд почувствовала, что его хватка ослабла, и осторожно высвободилась.

Напротив них Адам все еще лежал на полу: глаза закрыты, усыпанная золотистыми волосами голова наклонена набок. Но, если присмотреться, можно было заметить, что он дышал. Несмотря на то что его ранили прямо в сердце, он каким-то образом все еще был жив.

– Нужно уходить! – Схватив Холланд за руку, Гейб потянул ее к двери. – Лучше, если нас здесь не будет, когда он проснется.

Глава пятнадцатая

В соседских домах было больше света, чем Холланд помнила.

Несколько людей с тревогой выглядывали наружу из-за открытых дверей, гадая, откуда донесся выстрел.

– Поезжай, – приказал Гейб. Он устроился на пассажирском сиденье, обхватив себя за ребра и склонив голову набок.

– Это одна из тех машин, с которыми можно разговаривать? – спросила Холланд.

Он прищурился – а может, его глаза с самого начала были полуоткрыты.

– Зачем разговаривать с машиной?

– Мне нужно отвезти тебя в больницу, но я не знаю, где она. – Она вцепилась в руль так, что побелели костяшки пальцев. Они сдвинулись с места, но Холланд понятия не имела, куда ехать. Она лишь понимала, что нужно убираться отсюда. Соседи перешли от веранд на тротуары. По крайней мере один сделал снимок. Холланд надеялась, что уже стало слишком темно, чтобы разобрать ее лицо. В противном случае ее, возможно, будут разыскивать в связи с двойным убийством.

– Никаких больниц. – Гейб развязал одной рукой галстук. – Заштопаешь рану у меня дома.

– О нет, – возразила Холланд. – Я не зашиваю людей. У меня не выходит зашить даже вещи, которые предназначены для того, чтобы их зашивали.

– Ты справишься. Просто представь, что закалываешь меня иголкой.

– Но я не хочу тебя закалывать.

Уголок его рта дернулся.

– А раньше хотела.

Холланд не могла это опровергнуть.

– Расслабься, все не так уж плохо. Кажется, пуля отскочила от ребра, – заверил Гейб, но это звучало так, словно он только что совершил долгую пробежку. К тому же Холланд не думала, что отскакивающая пуля – это хорошо.

Гейб показывал, где свернуть, пока они не выехали на главную улицу. Уличные фонари сменились светофорами и неоновыми вывесками фастфудов. Холланд казалось, что она едет одновременно и слишком быстро, и слишком медленно. Каждый раз, когда на светофоре загорался красный, она задерживала дыхание до тех пор, пока не могла снова нажать на газ.

Они проехали мимо щита с мерцающей рекламой бала в честь Хэллоуина в «Рузвельте». Изображение то появлялось, то гасло. Только что на нем была знаменитая вывеска отеля «Рузвельт», а затем надпись сменилась на «Счастливого Хэллоуина».

Поздравление светилось неоново-красным, и внезапно Холланд вспомнила слова, напечатанные в уголке бумажного пакета, который видела ранее. Поначалу она решила, что в посылке очередная эзотерическая книга о дьяволе, но теперь осознала, что, возможно, Профессор прислала ей что-то еще.

– Нам нужно заехать ко мне, – сообщила она.

– Нет, – тут же ответил Гейб.

Но Холланд уже направлялась к автостраде, которая должна была привести их обратно в Санта-Монику.

– Ты едешь не в ту сторону, – заметил Гейб.

– Ты только что сказал, что не находишься при смерти. Профессор прислала мне кое-что, что может нам понадобиться. Я только что вспомнила об этом: когда увидела надпись «Счастливого Хэллоуина» – на посылке была марка с точно такими же словами. Теперь мне интересно, не прислала ли она свой ежедневник.

– Зачем ей это делать?

– Я ее любимая ученица. Если она знала, что грядет что-то плохое, то отправила бы его мне на сохранение. Нам нужно забрать ежедневник. Если только у тебя нет другой зацепки, ведущей к Сердцу Алхимика.

Гейб сжал челюсти, как будто хотел возразить, но не мог.

– Есть еще какие-нибудь секреты или сюрпризы, о которых ты хочешь мне рассказать?

– Я не держала посылку в секрете, – поправила Холланд. – Я правда о ней забыла.

– Может, ты еще о чем-нибудь забыла?

– Возможно. Сегодня много всего произошло. – На самом деле многое произошло лишь за последние несколько часов. Холланд все еще ощущала на ногах опавшие листья со двора Профессора и воду из разбрызгивателей у тела Джейка. Казалось, эта ночь из тех, что никогда не забудутся. И все же Холланд чувствовала, что уже забывает кое-какие части.

Она попыталась мысленно составить список того, что знала и что еще оставалось загадкой.

Холланд убедилась, что мифы Профессора реальны. А это означало, что предсказание Часовщика сбудется. Холланд умрет завтра, если только не найдет Сердце Алхимика. Только вот она понятия не имела, где искать, а увидев дом Профессора, была уверена, что за Сердцем гонятся и другие.

Гейб упомянул список дат, указывающих на