Алхимия секретов - Стефани Гарбер

Но Гейб не сказал ничего из вышеперечисленного. У него был такой вид, словно он не подписывался на подобное, когда решил помочь Дженьюэри.

– Я просто говорю правду, – объяснил он. – Часовщик не ошибается.

– Подожди, откуда ты знаешь о Часовщике?

– Лучше спросить, откуда о нем знаешь ты? – Гейб снова посмотрел на нее так, будто она не произвела на него особого впечатления, будто он не мог понять, откуда ей вообще что-то известно, не говоря уже о столь редком мифе.

Выпрямившись, Холланд смело встретила его пренебрежительный взгляд.

– Может, я и не умею убегать с места преступления или скрывать свои эмоции, но я сильна в фольклоре, а Профессор, к которой я хочу обратиться, – эксперт по городским мифам и легендам. Если кто и знает, где найти это Сердце Алхимика, так это она. Я пыталась спросить Гугл, но…

– Сердце Алхимика в Гугле не найдешь, – усмехнулся Гейб.

Холланд почувствовала, как ее лицо снова заливается краской.

– Теперь я об этом знаю. Так что, пожалуйста, скажи, что это такое?

– Это миф, – вздохнул Гейб.

Обычно Холланд нравилось слово «миф». Когда она слышала его, ей казалось, что ее мир вот-вот станет больше. Она верила, что в каждой истории имелась доля правды. Должны же были мифы и легенды откуда-то взяться. Но, судя по голосу Гейба, он в это не верил. Он произнес слово «миф» так, как родитель говорил слово «сказка» очень маленькому ребенку.

– И я хочу его услышать, – сообщила Холланд.

– Ладно, – неохотно согласился Гейб. – Ты когда-нибудь слышала о Священном ордене Параллельной Зари?

Холланд вдруг вспомнилась блестящая брошюра с надписью «Добро пожаловать, новичок!». Однако она была уверена, что это был плод ее чересчур активного ума, который пытался связать услышанное с занятием, посвященным тайным обществам, поскольку речь определенно шла об одном из них.

– Не думаю, что когда-либо слышала о нем, – призналась она. – Но я знакома с орденом Солнечного храма и Закрытым орденом Золотой Зари.

Гейб не выглядел слишком впечатленным.

– Это тайное общество древнее любого из них. Оно было создано в начале Средневековья группой людей, которые верили в существование параллельного мира, наполненного магией. История гласит, что один из членов группы умер, а затем вернулся к жизни во время ритуала и заявил, что посетил этот самый параллельный мир и привез доказательство – предмет, который позже стал известен как Сердце Алхимика.

Движение на автостраде остановилось. Гейб скользнул взглядом по соседним машинам, проверил все стекла и зеркала, а затем продолжил:

– Никто не знает, как выглядит Сердце Алхимика, но поговаривают, что оно настолько могущественное, что любой приблизившийся к нему человек обретает волшебную способность, а любой предмет, к которому оно прикасается, наполняется магией. Священный орден слишком поздно осознал, что любую уже созданную форму волшебства невозможно уничтожить. Будь то магия или способность, они просто передавались другому человеку или предмету. Именно тогда в Священном ордене Параллельной Зари произошел раскол. Одна группа хотела уничтожить Сердце Алхимика…

– Подожди, – прервала его Холланд, – ты же сказал, что магию нельзя уничтожить.

– Нельзя, – подтвердил Гейб. – Но Сердце Алхимика – источник всей магии, и некоторые люди верят, что, уничтожив его, они уничтожат и созданную им магию.

– Похоже, это самый могущественный предмет в мире, – заметила Холланд.

Гейб бросил на нее взгляд, который, казалось бы, говорил: «Спасибо, что озвучила очевидное, малышка».

– Я не просто озвучила очевидное. Профессор посвятила этому одно из занятий. Она рассказывала о предмете, спрятанном в библиотеке, книги в которой прикованы к полкам цепями. – Холланд вкратце пересказала историю средневекового короля Гейбу, закончив тем, как книга вернулась уже пустой. – Только Профессор никогда не называла этот предмет Сердцем Алхимика, лишь говорила, что это самый могущественный предмет в мире.

– Речь определенно шла о Сердце. – Гейб посмотрел на Холланд так, словно та оказалась не совсем уж безнадежной.

Она старалась скрыть улыбку. На самом деле Холланд не пыталась произвести на Гейба впечатление. Просто было приятно наконец-то разобраться в происходящем.

– Интересно, почему Профессор так и не произнесла его названия?

– Вероятно, потому, что существует целая организация, стремящаяся стереть Сердце Алхимика из истории, – ответил Гейб. – Лекция Профессора достаточно размытая, чтобы не привлекать их внимания. А вот тебя после истории, которую я рассказал, они вполне могут убить.

– Тогда откуда ты это знаешь?

– Ты задаешь много вопросов, – нахмурился Гейб.

– Я просто пытаюсь выжить.

– Неприятно говорить об этом, но твои шансы невелики. Как я уже заметил, Сердце Алхимика – миф. Ходят слухи о списке дат – с указанием года и месяца, когда оно появится, но, насколько я знаю, этот список лишь приводит к смерти тех, кто стремится отыскать Сердце.

– Тебе не обязательно мне помогать, если боишься погибнуть, – заметила Холланд. – Просто подбрось меня до дома Профессора.

Гейб вздохнул. Холланд не могла понять, означал ли этот вздох «Вот бы избавиться от нее» или «Я совсем не боюсь умереть».

– Ты так доверяешь этому своему Профессору?

– Готова доверить ей собственную жизнь, – заверила Холланд.

– Напомни, где она живет?

– Вообще-то нужно повернуть на следующем съезде. – Машины на автостраде снова пришли в движение, и Холланд поспешила объяснить, куда ехать.

– Я отвезу тебя, – сообщил Гейб. – Но, если скажу, что пора уходить, мы уедем без лишних вопросов.

Холланд кивнула. Хотя Гейб явно был сумасшедшим, раз решил, что она снова сядет с ним в машину.

Глава двенадцатая

Профессор жила в одном из тех классических американских кварталов, всегда пахнущих свежескошенной травой и выглядевших как съемочная площадка фильма 1950-х. Почти на каждом крыльце горел свет, дорожки были подметены, и большинство домов были готовы к Хэллоуину. Ступеньки украшали пухлые оранжевые тыквы, а дружелюбные привидения из простыней раскачивались на старых деревьях.

Немного ранее соседи, вероятно, выгуливали собак, и кто-нибудь обязательно заметил бы босоногую молодую женщину, выходящую из машины, припаркованной перед единственным домом, на крыльце которого не горел фонарь.

В окнах не было света, изнутри не слышалось ни звука. Гейб вышел следом за Холланд. Он оказался выше, чем она полагала. Холланд чувствовала, как он нависает над ней, двигаясь слишком близко. Настолько близко, что ей казалось, отойди она больше чем на шаг, он схватил бы и притянул ее обратно.

Гейб коснулся ее руки костяшками пальцев и прошептал:

– Даже не думай сбегать.

– Считаешь, я далеко убегу? На мне же нет обуви. – Холланд пошевелила пальцами ног.

Гейб опустил взгляд на ее ступни. Хоть он и выглядел недовольным, Холланд могла поклясться, что его взгляд задержался на ее обнаженной икре, прежде чем