Леди пепла - Мелисса Рёрих

Почему тени ей не помогут? Защитили же они ее от детей ночи несколько месяцев назад. Они жалили их и обволакивали ее, когда она пребыла в мрачном настроении. Они были рядом, когда сам Сорин не мог пробиться. Почему же она не использует их сейчас?

– Мы обязательно найдем ее, Сорин, – заверил Сайрус низким напряженным голосом, не сводя глаз со своего принца. – Мы вернем Скарлетт, только, пожалуйста, не забывай, что ты повелеваешь огнем, а в этом здании находятся невинные дети. Держи себя в руках.

Сорин глубоко вдохнул. Ему показалось, что воздуха недостаточно. Без Скарлетт он ощущал нехватку всего вокруг.

Сайрус прав. Они найдут ее. И тогда он спалит дотла каждого ублюдка, который прикасался к ней, пока даже пепел не превратится в ничто.

– Позови остальных, – велел Сорин низким смертоносным тоном, направляясь к двери. – Встретимся на пляже.

Ни слова больше не говоря, он вышел из комнаты, спустился на четыре лестничных пролета и через несколько минут выскользнул через заднюю дверь прямиком на причал и остановился, только когда ступни погрузились в мокрый песок, а волны стали лизать пальцы ног. Покидая склад, Сорин не удосужился надеть ботинки, несмотря на зимнюю погоду. С ревом, исполненным переполнявших душу ярости, беспомощности и тоски, он пустил по воде поток пламени. Раздалось шипение, от поверхности повалил пар.

Он услышал за спиной приближающиеся шаги членов своего Внутреннего двора, но промолчал. Говорить было нечего – уже четыре дня как. Их королева и его жена пропала. Ее похитили. Она попала в лапы того единственного, кто хуже Микейла. Того, кто знал, как ее сломить. С Микейлом Скарлетт могла справиться. Она выдержит любое прикосновение и любую гадость, которую тот сделает и скажет. Но Лорд наемников – совсем другое дело. Он мастер манипуляций и, к тому же, изучил ее вдоль и поперек. Ему точно известно, насколько она сильна и как разрушить эту силу. Он способен причинить ей вред, от которого она могла и не оправиться, даже с помощью Сорина.

«Когда вы ее найдете, она не будет прежней».

Слова Оракула преследовали Сорина с тех пор, как прозвучали в его кабинете два дня назад. Он старался не думать о худшем. Изречения провидицы часто бывали туманны и имели двоякое толкование, а их истинный смысл становился ясен только после того, как события происходили. Но знать, что Скарлетт находится в руках своего бывшего хозяина?

«Когда вы ее найдете, она не будет прежней».

Единственным звуком был шум волн да редкие крики пролетавших в вышине чаек. Сорин не знал, сколько минуло времени, – Внутренний двор обеспечивал ему надежный тыл. Он смотрел на море до тех пор, пока не начал кожей ощущать холодный воздух. Повернувшись к своей семье, он показал себя истинным принцем Двора Огня, чье лицо приводило смертных в ужас и являлось им в ночных кошмарах. Исполненные решимости Сайрус, Рейнер и Элиза ни в чем не уступали своему принцу. Они пришли за тем, что принадлежит им, и да помогут боги любому, кто встанет у них на пути.

– Скарлетт держат в Черном синдикате, – низким смертоносным голосом объявил Сорин. – Нужно найти Нури и Кассиуса. Они знают, как там все устроено и что делать.

– Ты чувствуешь ее? – спросил Рейнер.

– Наша связь проявилась на короткий миг. Скарлетт… плохо, – ответил он, с трудом подавляя вспыхнувшую с новой силой ярость. Мокрый песок под ним начал дымиться.

С еще более мрачными лицами, чем прежде, члены его семьи повернулись и дружно зашагали обратно на склад. Вернувшись в комнату, которую делил с Сайрусом, Сорин оделся и, подойдя к умывальнику, обмыл лицо и руки. Когда он появился в комнате на втором этаже, его Внутренний двор уже собрался там вместе с Азраилом Луаном, Арианной и Нури.

– Кассиус придет с Дрейком и Тавой, – сдавленно пояснила Нури. В руках у нее было несколько ножей, которые она один за другим метала в деревянную балку в другом конце комнаты, попадая в одну и ту же цель. Когда в воздухе просвистел последний нож, она отправилась забрать их и обронила через плечо: – Ты считаешь, что она у Аларика.

Это был не вопрос, но утверждение, и Сорин уловил в ее тоне скептицизм.

– Я знаю, что она у Аларика, – поправил он.

– У меня есть соглядатаи внутри Братства, генерал, – ответила она. – Никто и словом не обмолвился о том, что она там.

– Тем не менее она там, – процедил Сорин сквозь зубы.

– Я имею в виду, что не стоит полностью отказываться от других вариантов, – возразила Нури, подходя к нему с ножами в руках. – Можно обыскать Синдикат, но, как мне кажется, не стоит сбрасывать со счетов и дом Лэйрвудов…

– В этом нет необходимости, – перебил Сорин. – Все усилия должны быть сосредоточены на Черном синдикате.

– Вдруг ты ошибаешься? – огрызнулась она. – Если станем искать, могут появиться новые зацепки…

– Нет, – прорычал Сорин. – Она у твоего хозяина. Опять угодила в дыру, которую ты называешь домом. Где над ней годами измывались, а ты ничего не предпринимала, хоть и знала, что происходит. Вы с Джульеттой допустили, чтобы ее…

В следующий миг один из ножей, который Нури держала в руках, просвистел в воздухе, и Сорин едва успел поднять щит, чтобы отразить удар. Внутренний двор дружно заслонил его своими телами, а Нури приготовилась метнуть еще один нож.

– Оставь клинок в покое, иначе пожалеешь, – низким предостерегающим голосом произнес Сайрус.

Черты Нури исказила зловещая ухмылка, она выпустила клыки.

– Это ты пожалеешь, огненный ублюдок, – парировала она.

Почувствовав, как ее шелковистый и текучий как мед голос просачивается ему в душу, Сорин понял, что она пустила в ход свои гипнотические способности. Прежде чем он успел что-либо предпринять, вокруг ног и туловища Нури обвились гибкие древесные плети, перехватили ее запястья и связали за спиной. Она возмущенно зашипела. Обернувшись, Сорин увидел Азраила, небрежно прислонившегося к стене. Его лицо было суровым и в то же время скучающим.

– Если не собираешься играть по правилам, дорогая Нури, то и мы тоже не будем, – с издевательской ухмылкой поддразнил Сорин.

– Да пошел ты, Сорин,– вспылила она.– Сидишь здесь и обвиняешь меня в том, что Скарлетт пережила в Черном синдикате. Так вот знай, что она не единственная подвергалась суровому обращению. Нас с Джульеттой обучали не менее жестко. Я бы сказала, что наши тренировки были еще более изнуряющими, потому